Unbreakable

Вечером, когда все фракции уже собирались лечь спать, Бесстрашие бодрствовало. Мы часто не спали ночами, тусовались внизу, многие распивали алкогольные коктейли, веселились и шумели. От всего этого сердце мое билось чаще, в душе разливалось тепло. Меня ни на секунду не покидала уверенность в правильности выбора фракции. Лидеры, Фор и остальные пятеро, да и многие из Бесстрашия были, похоже, душами компании. Эрик стоял в сторонке, в тени, и спокойно пил виски, лишь изредка бросая короткие, но попадающие в цель шуточки, и тогда весь зал начинал хохотать. От прежнего, дневного Эрика не оставалось и следа. Это был совсем другой человек. В Бесстрашии по вечерам пили практически все. Крепкость напитка никак не зависела от возраста. На моих глазах один семнадцатилетний чувак выпил на глазах у изумленной публики две трети бутылки коньяка. Правда, потом его унесли из зала, но толпу это, похоже, не очень волновало. Я тоже иногда брала себе мохито или какой другой коктейль, но ничего крепче я не пила. Не хотела опозориться перед всеми в пьяном виде. Хотя, похоже, в Бесстрашии это не новинка. Я, по обыкновению, устроилась на высоком стуле около барной стойки. Бармен отсутствовал, все наливали себе сами. Для алкаша это рай, пожалуй. Вся наша компания из пяти человек: я, Лили, Анжелика, Риз и Эд, устроились в одном месте и начали оживленно болтать. Я мельком глянула на часы и поняла, что через какие-то пять минут начнутся танцы. Включат музыку, яркий свет софитов будет слепить глаза, Бесстрашные выйдут на танцпол и станет жарко. Я никогда не участвовала в танцах, считая, что двигаюсь, как корова на льду. Поэтому мы с Эриком в одиночестве сидели около барной стойки и наслаждались атмосферой счастья и веселья. Играет громкая музыка, все устремились на танцпол и танцуют, кто во что горазд. - Грейс. Я обернулась. Эрик? - Что? - Почему ты не танцуешь? Я иронично хмыкнула. - Я танцую наврядли лучше этой барной стойки. А ты? Его лицо исказила ухмылка. - Ты хотя бы представляешь физиономии всех этих, - он кивнул на бесстрашных, - когда они увидят, что их злой и жестокий лидер-садист танцует? Думай, что говоришь. Я грустно взглянула на него. - Почему же ты стал таким? Он ответил не сразу. - Бесстрашие меняет людей. Делает их более сдержанными.. или наоборот. Кому как. Но я всегда был таким. Мне это нравится. Меня это забавляет. - Нет. - тихо ответила я, поднимаясь с места, - За своей маской садиста ты пытаешься.. скрыть эмоции. Показаться другим. Никому не удается тебя раскусить, твою истинную личину. Но я-то все знаю. Он прошипел мне на ухо таким голосом эти слова, что у меня аж мурашки по коже пошли. - Глупая. Самонадеянная. Девчонка. Что ты хочешь этим доказать, а? Самую умную решила из себя построить? Не получится. Еще одно слово, и ты вылетаешь. Слишком много на себя берешь. Он поднялся с места, я сделала то же самое. - Не злись на меня. Ты мне нравишься именно таким - жестоким садистом, которого все боятся. И впилась поцелуем в его губы, он отвечает на поцелуй. Нам нравится эта игра. Вдыхаю привычный запах кофе и.. алкоголя. Да, мы слегка выпили. И только тут я поняла, что музыка затихла, и вся фракция смотрит на нас. Ай, плевать. Меня никто теперь не остановит. Да, хороший мохито попался, однако. Надо бы почаще его брать. Отрываюсь от губ Эрика и с победной улыбкой удаляюсь, даже не удосужившись оглянуться.