Следователь из 6-го района.

1. Луис лучится счастьем, по ней это видно. Манабу крепко обнимает ее за талию, не рассчитывая только на зрение. Шум вокруг нарастает, Луис тоже что-то кричит, поднимая руки. А на сцене появляются вокалисты. На них надеты обычные рубашки в клетку и светло-коричные, почти рыжие, штаны под цвет ярких волос. Две пары голубых глаз улыбаются залу, разглядывая гостей. Манабу сглатывает. Братья Фелпс собственной персоной. - Спасибо всем, что пришли! – Оливер, как всегда счастливо улыбается. – Мы даже нашили буквы на кармашки, чтобы нас можно было отличить. - Правда неизвестно надели ли мы правильно рубашки, - заметил Джеймс с лукавой усмешкой. - И видят ли эти буквы те, кто стоят далеко… - Но вы же нас знаете, это совершенно неважно, - заявили они одновременно, лучась от удовольствия. - Джем! Оли! – закричала Луис, и братья послали ей воздушный поцелуй. Манабу крепче обнял девушку. - А теперь, мы начинаем… - сообщил Оливер. - И в рамках начала, мы хотели бы пригласить на сцену человека… - … перед которым мы виноваты. - И, позволить спеть с нами… - Underwear! – объявили братья, а зал взорвался воплями. - Луис! – Оливер протянул руку, зовя ее на сцену. Манабу чувствовал, как у него поднимается температура тела. Но зал скандировал имя Клифф, и ему пришлось отпустить ее. Луис совершенно счастливая поднялась на сцену, а Джеймс резво начал вступление. Юки аж скрипнул зубами. Оливер тут же взял Луис за руки, и те принялись танцевать. Это было похоже на какой-то рок-н-ролл по представлениям Манабу: New girl, hot girl on the new job New boss Mr. Moore, he's a real snob High heels, long legs, tight skirt, great skin Джеймс указал на Луис рукой, а девушка поддержала его игру, подмигивая. Inducing thoughts of sin Involuntary action His primitive satisfaction Gets down, lays down, she goes: Луис явно знала слова: "Tell me Mr. Moore what are you doing on the floor?" Оливер чуть подбросил ее вверх, прокатил под своими ногами, снова дернул за руки, ставя на ноги и продолжил петь, держа за руки и не переставая выплясывать: I can see your underwear from down here I can see your underwear from down here I'm not even gonna lie Baby this I can't deny I can see your underwear from down here Дальше Оливер и продолжил, а Джеймс получил в объятья Луис, продолжая танец: Mr. Moore feels bad when the day ends Ask her out, not a date, just to make amends Apology accepted, fancy dinner fancy place The waiter Mr. Gable sneaks in under the table To find he's not alone Луис весело бросила в микрофон: "Tell me Mr. Moore why everyone is on the floor?" Близнецы продолжили дальше вместе: We can see your underwear from down here We can see your underwear from down here We're not even gonna lie Baby this we can't deny We can see your underwear from down here We can see your underwear from down here We're not even gonna lie Baby this we can't deny… Манабу не мог не признать, что эта глупая песня в стиле близнецов, высмеивающих таким образом человеческие пороки. Но слава богу им не пришла в голову мысль самим прокатиться под юбкой Луис. Клифф бы восприняла это как шутку, а вот Юки и так еле сдерживался. Зал вопил и пританцовывал, благо места было много. Возможно, на это и рассчитывали близнецы, разрешая продать так мало билетов. Манабу с удивлением увидел, как Джеймс спустился вместе с Луис, отдавая ее, как говорится, с рук на руки. Где-то в этот момент сквозь толпу до них добрались Хирума и Сена. Джеймс раскланялся. - Тут можно только сказать спасибо бойфренду Луис… - … за его сдержанность, - лучезарно улыбнулся Оливер со сцены. - А теперь то, что вы хотели услышать, - сообщил Джеймс. – Песенка практически о нас. - Хотя и не совсем. Но что поделать. Музе не прикажешь! – продолжил его брат. Хирума тем временем сжал плечи Манабу. - Выдохни. Они ее не тронут, - уверенно заявил Йоичи. Джеймс начал петь, поднимаясь обратно: I know it’s over and so do you We were together but now we’re through And I wanna ask you something and I hope that it’s alright Even though it’s over, can I still spend the night? Дальше они спели вдвоем: Why did we become strangers, friends and lovers? How did we become such a tragedy? Why did we become strangers, friends and lovers and strangers again? После проигрыша, продолжил Оливер: I remember when you knew me better than I knew myself Now it’s like you don’t know me at all Fuck yea, I’mma be some crazy midnight stalker Yea I’mma be Tony captain walker Припев они снова пели вместе, и Манабу слышал, как Луис подпевает, как, впрочем, почти каждый в зале: Why did we become strangers, friends and lovers? How did we become such a tragedy? Why did we become strangers, friends and lovers and strangers again? Оливер сыграл соло, которое подхватил Джеймс, поглядывая уже со сцены на зрителей. I knew it so well and so did you We were together but now we’re through And I wanna ask you something and I hope that it’s alright Even though it’s over, can I still spend the night? Дальше весь зал пел вместе с ними: Why did we become strangers, friends and lovers? How did we become such a tragedy? Why did we become strangers, friends and lovers? How did we become such a tragedy? Why did we become strangers, friends and lovers and strangers again? And again and again and again Луис прижалась спиной к Манабу и тот обнял ее руками. О чем думала Клифф сейчас? Просто наслаждалась музыкой? Братья пели уже следующую песню: I keep my motor clean Full steam spacemachine when you're behind a wheel Full steam spacemachine I love to lie with Lucy in the sky no one can ever know in time and space we'll find a secret place where no one else can go dress up for love now dress up for love (5,4,3,2) А Клифф тихонько сказала: - Вы же счастливы, несмотря ни на что, верно? Джимми… Оливка… Манабу чувствовал, что она беззвучно плачет. Она их знает? Видимо, очень давно. Луис развернулась и крепко сжала Юки за талию. - Я тебя никому не отдам. Никому не позволю тронуть, - шептала она, но Манабу слышал ее сквозь музыку. – Я знаю, что я всего лишь слабый человек… Но найдется и то, что я смогу сделать. Правда же? - Она знает, - шепнул Хирума на ухо Манабу. - Чиби тебя сдал еще в парке. Юкимитсу слабо усмехнулся, проведя рукой по светлым волосам. - Не плачь, Лу, - его пальцы немного дрожали, но он надеялся, что это незаметно. - Твои друзья несомненно счастливы. И мы тоже. Наша жизнь такая, какая она есть. Это не повод от нее отказываться, и всегда можно сделать лучше. - Говоришь как Сена… - Да? Ну мы с ним уже полгода общаемся почти. Все мозги своей философией выел наверное. - Я вообще с тобой мало разговариваю, - буркнул Кобаякава, и все невольно расхохотались. 2. Оливер и Джеймс уселись на сцену. Они нашли глазами Сену, который, не отрываясь, смотрел на них, и кивнули, перевели взгляд на Луис, прищуриваясь, намекая, что плакать как-то неуместно. Слегка кивнули Манабу и Хируме. А потом Джеймс указал брату взглядом на парня, который стоял ближе всех к сцене. Его волосы были пепельными, а свою маску он снял, она болталась на шее, чем-то напоминая клюв ворона по форме. Они начали вступление, и зал тут же затих. - Это песня для тех, кто понимает, в каком мире мы живем… - Ради чего мы живем… - И если люди не научатся оборачиваться назад, то никогда не поймут... - … что же вообще происходит в их реальности… All around me are familiar faces Worn out places, worn out faces Bright and early for the daily races Going nowhere, going nowhere Their tears are filling up their glasses No expression, no expression Hide my head I wanna drown my sorrow No tomorrow, no tomorrow (Я смотрю: вокруг – знакомые лица, Всё тот же город, всё те же лица. Их погони с первым голосом птицы Тянут в пропасть, гонят в пропасть. Стёкла глаз закрыли слёзы от солнца Взгляды пустые. Нет эмоций. Уходя в себя, топлю своё горе. «Завтра не будет») Джеймс и Оливер смотрели сейчас на этого парня в маске. Они встречались с ним один раз. Тогда он пришел к ним с просьбой, которую близнецам совсем не хотелось исполнять. Совершенно спокойный и флегматичный, он показался им якорем в бурном море. Да и юмор их не очень понимал. And I find it kind of funny I find it kind of sad The dreams in which I’m dying Are the best I’ve ever had I find it hard to tell you I find it hard to take (Это несколько забавно, Печально в тот же миг. В лучших грёзах я с отрадой Покидаю этот мир. Сказать об этом сложно, Не легче и принять. ) Джеймс перевел взгляд на Сену. Как же тот был похож на своего отца. Не только внешне, но и суждениями. Сможет ли он изменить этот мир? Есть ли у него желание? Достанет ли сил? Хватит ли упрямства? When people run in circles It's a very very Mad world, mad world (Если люди мчат по кругу, Это очень, очень… Безумный мир. ) Парень, что убедил их разрешить открыть на своей территории Антейк, чтобы гули могли спокойно общаться, внимательно следил за ними взглядом, вслушивался в слова песни. Это внимание было приятно. Но сейчас весь зал слушал их, затаив дыхание. Вопрос только в том, понимали ли люди, о чем они хотели сказать на самом деле? Гули, скорее всего, догадывались, если знали английский на неплохом уровне. Скорее всего. Children waiting for the day They feel good happy birthday, happy birthday And I feel the way that every child should Sit and listen, sit and listen Went to school and I was very nervous No one knew me, no one knew me Hello teacher tell me what’s my lesson Look right through me, look right through me (Дети верят в день, когда им всё же Станет лучше. В День Рождения. И, мне кажется, ребёнок должен Просто слушать. Сидеть и слушать. В школу я ходил, волнуясь сильно: Нет знакомых. Незнакомый. Я задал вопрос, но мой учитель Смотрит мимо и не видит.) Они хотели сказать не о школе, конечно. А о том безразличии, в которое погружен основной мир. Некоторые даже не верят в существование гулей. А те кто знает, закрывают глаза, надеясь, что их это никогда не коснется. Они смотрят мимо. Смотрят сквозь, замкнувшись в мире, который считают своим. Они не хотят видеть. К чему они вынуждают этим безразличием? Чего они хотят? Почему не могут понять, что они тоже люди? Что тоже хотят жить? And I find it kind of funny I find it kind of sad The dreams in which I’m dying Are the best I’ve ever had I find it hard to tell you I find it hard to take When people run in circles It's a very very Mad world, mad world (Это несколько забавно, Печально в тот же миг. В лучших грёзах я с отрадой Покидаю этот мир. Сказать об этом сложно, Не легче и принять. Если люди мчат по кругу, Это очень, очень… Безумный мир. ) - На сегодня все, ребятки, - сообщили близнецы, слабо улыбнувшись, одновременно склоняя головы на бок. Зал тонул в овациях, а на сцене никого уже не было. Оливер и Джеймс, взявшись за руки, вышли из здания через черный ход. - Классно отыграли, - сказал им взрослый голос, который они тут же узнали. – Идите-ка сюда… Шуума крепко обнял их обоих, хотя они уже были сильно выше его, так что скорее это они обнимали своего дядюшку. - Я скажу вам, что люди и по отношению друг к другу безразличны. Достаточно иметь тех, кому не все равно. Тогда жизнь будет прекрасной, что бы ни творилось вокруг. - Мы знаем. - Приходите в гости. - Но… - Я тоже скучаю по вам. Так что будьте осторожны и приходите. - Спасибо, дядя…