Ненастоящее

В Москве который день подряд шел дождь — шептал навязчивым шорохом в приоткрытые грязные окна, звонкой дробью отбивал стаккато по крышам соседних домов, превращая в ручьи переулки и безжалостно, с ярой веселой злостью, подтопляя подземные переходы. Комната была погружена в сумрак, лишь прозрачный стеклянный стол для компьютера был освещен направленным светом. Молодая женщина потянулась, крутанула кожаное кресло и вздохнула — скучно. Экран вирт-общения мигнул новым сообщением. - Кого еще в такую погоду. Не спится им, - вздохнула она и щелкнула мышью, открывая окно. «Девичник». Это вирт-подруги, которых она никогда не видела в реальности и, наверное, не увидит. Конечно, все возможно. До Питера четыре часа на скоростном поезде, а там можно посидеть в каком-нибудь ресторанчике. Вот только зачем? - Ну, что там новенького? Окно мигнуло надписью. Прочитав, усмехнулась — знакомая злилась. Это было заметно даже по буквам и построениям фраз: колючим, острым, жалящим. «Нет, вы только посмотрите. Что он пишет! Бред какой-то! Меня достало это патриархально-заплесневелое воспитание!» Дальше шла ссылка на коммент на сайте, на котором эта самая знакомая была хозяйкой, а все они печатали собственные ориджи. Ольга привычно щелкнула мышью, переходя по ссылке, прочла и толком не поняла содержания. Манера изложения у автора и впрямь была весьма своеобразной. Она взглянула на ник-нэйм — Bars. Возможно, мужчина. По крайней мере, в комменте автор говорил о себе в мужском роде, что, впрочем, не могло быть стопроцентной гарантией. Вирт тем и хорош, что ты можешь оставаться невидимкой. Для нее самой сохранение инкогнито было самым важным правилом. Она перечитала текст еще раз. Стало ясно, что так возмутило Марию - мужчина пытался что-то этакое, не как у всех, из себя выдавить. Вроде и восхищался, но как-то неправильно, словно с издевкой. Так и виделась на незнакомом лице ехидная усмешка. «По-моему, он забавный» - кинула она пост в конференцию. «Марина Старый маразматик! Ему 52 года. Вот и сидел бы в своем городишке, водку пил! Ольга Милан Кто? Анкара Они о Barse. По-моему, обычный тихий шизофреник. Марина Я его отправила на перемодерацию и сделала последнее предупреждение!» Она еще раз взглянула на коммент и открыла страницу пользователя Bars. Там были все сообщения, оставленные пользователем в последнее время. И все они были исполнены в той же своеобразной манере. И в каждом было или несогласие, или восхищение. Но если второе, то непременно с «целую ручки» и чем-то в том же роде — не запоминалось, но оставляло знакомое псевдогусарское послевкусие. Так обычно вели себя желавшие показаться галантными мужчины. Вот только эффект от подобного был так себе. Разве что на официантку в привокзальном баре можно было бы впечатление произвести. «Они сказали — 62 года и маленький городок. Многое объясняет» Почему-то показалось столь ярое неприятие человека несправедливым. Хотя, какое ей дело до патриархального пенсионера? Особенно сильный порыв ветра с грохотом распахнул раму окна и опрокинул стоявшие в вазе тюльпаны. Лужа мгновенно расползлась по пластику подоконника и устремилась на паркет. Она неспешно закрыла окно, поставила вазу и попыталась вспомнить, где домработница оставила швабру. Упорно не вспоминалось. Тогда из ванной было взято обычное полотенце, и им был вытерт пол. Современные средства для стирки и не с таким справятся. Зато пятно не успело добраться до дорогого овального светлого ковра. Его бы точно пришлось сдавать в химчистку. Так, что там было? Влада снова вернулась к экрану. Девушки уже обсуждали заграничный отдых и подорожание туров. Из беседы выходило, что они собираются ограничиваться личными дачами. Она вздохнула: ее доходы в период кризиса даже немного выросли, но говорить об этом собеседницам не хотелось. «Марина, я скинула тебе на почту свою новую главу — разместишь? Марина Заметила. Уже делаю. Влада Знаешь, не стоит так нападать на Барсика. Марина Да кому он нужен? Влада Марина, на всяком уважающем себя сайте должно быть свое приведение. Пусть он будет нашим. Марина Да ладно. Пусть будет. Мне не жалко» Казалось бы, банальная жалость и скука. Вот только «приведение», за которое отчего-то захотелось заступиться, осталось на сайте. И ей еще предстояло с ним встретиться. Как раз в комментах к своей новой главе.