Акты гордыни

В палату очень тихо проскальзывает фигура и садится на койку, в ноги больного, чтобы не потревожить его, но ЁнДжэ сразу просыпается и, не открывая глаз, бормочет: - ХимЧан, пошел вон отсюда, иначе я закричу, и тут окажется весь этаж. - Я тихо посижу и не буду тебя трогать, я… - Меня тошнит даже от запаха твоего одеколона, так что проваливай, ХимЧан, - открыв глаза, ЁнДжэ хорошенько пинает ХимЧана, но тот только ловит его ноги, запутанные в одеяле, и кладет себе на колени, поглаживая по икрам теплыми пальцами. - Какой ты добренький. Что, кто-то хочет выяснить, кто меня изнасиловал и избил? Или кто-то уже накатал заяву на тебя? Ай… - Джэ неудачно двигается и, слишком резко сев, зажмуривается. ХимЧан наклоняется и осторожно сажает ЁнДжэ себе на колени, обнимая за талию, немного раздвигает ноги, чтобы младший не чувствовал дискомфорта. Ю пытается отодвинуться, но его не отпускают крепкие руки, которые слишком сильно прижимают его к старшему. - Знал бы ты, как я тебя сейчас хочу… - тихий шепот заставляет младшего вздрогнуть и сжаться в клубок, но Чан целует его в макушку и тихо шепчет: - Прости меня… - Нет. Убирайся отсюда и больше не трогай меня. Я мог многое простить, но не это, - ЁнДжэ с трудом переползает на свою кровать; тяжело дыша и обняв прохладную подушку, успокаивается: ему легче лежать на животе – тело не так болит. - ЁнДжэ, ты пойми, это… - Дверь по правую руку, воспользуйся ею, - сладко зевает Ю. - Хочешь, я на колени встану? – палату оглушает хохот Джэ, который хватается за больной живот и голову, но продолжает смеяться, как ненормальный: - Ты? На колени? Передо мной? Господи, тебе самому-то не смешно, Ким? - Нет, не смешно. И долго еще не будет смешно после того, как… Я просто потерял контроль, услышав от тебя подобное… - оправдывается парень, опустив голову. - Я рад, но тебя я видеть не хочу, - злится блондин, но добавляет чуть мягче: - По крайней мере, сейчас… - Ты любишь меня? Хотя бы немного… - Хочешь моего прощения? – Джэ резко дергается, глядя на брюнета, тот кивает, как заведенный. - Тогда измени старших. Убери тех монстров, которые живут в них… Слышишь меня? – Ю медленно встает с больничной койки и чуть не падает, хватаясь за постель. ХимЧан осторожно придерживает его, и, медленно взяв на руки, кладет обратно в постель. - Куда ты собрался? - Пить хочу и в туалет, - фыркнув, ЁнДжэ убирает теплые ладони со своих плеч. - Я помогу дойти и принесу тебе сока, пойдем, - ХимЧан уже тянется к блондину, но тот останавливает его одним взглядом: - Не трогай меня сейчас, Ким, иначе, я действительно позову врачей и весь медицинский персонал этого этажа, - блондин осторожно встает и, с трудом направляясь к двери, выглядывает в коридор, словно там его ждет стая цепных псов. - И все же я помогу тебе, - тихий голос раздается совсем рядом и Ю зажмуривается, ожидая удара от неповиновения. Но его не следует. Только ладони ложатся на его бедра и, придерживая, ведут по коридору в сторону уборной. - Клоун, - шипит Джэ и, поскользнувшись на полу, чуть не падает, но ХимЧан крепко держит его и не позволяет встретиться с холодным кафелем, который нарочито громко передает шаги двух парней. ЁнДжэ удается отделаться от Кима только у дверей туалета: тот, видно, решает помочь ему во всем, что раздражает Ю. ХимЧан быстро бежит за соком в первый попавшийся ночной магазин, но, подойдя к палате, понимает, что Джэ заперся и оставил его ночевать в коридоре одного. - Согласен, я это заслужил… И… Малыш, я выполню твои условия. Займусь парнями, - громко говорит старший, чтобы парень его услышал. - Отлично, тогда езжай домой и дай поспать уже. Видеть твою морду не хочу… - Но я… - До завтрашнего утра точно не хочу! – ХимЧан невольно улыбается, понимая намек и, взяв куртку, идет вниз, в ночное кафе, чтобы провести там оставшиеся часы. В его голове крутится одна фраза: «Как я заставлю Гука и Дэ забыть о наркоте и алкоголе? А грубость? Бля, Ю, ну ты умеешь вынести мне мозг!»