Зима

Фраза: Довольно странная зима. Более точный прогноз синоптики сделать не решились... В России никогда не было чёткого разграничения на четыре времени года. Лето было сумбурным и каким-то дождливо-душным. Весна и осень вовсе длились всего пару недель и являлись маленьким промежутком между дикой стужей и невыносимой жарой. Зима... зима всегда была немного странная. Приходила рано, уходила поздно. Утром мог выпасть снег, днём расстаять, к вечеру смело доставай коньки. - Но это же не Россия! Это, мать его, Америка! Вашингтон! - возмущается Старк на всю лабораторию. За стенами "школы" давно выпал снег. А они всё танцуют чёртов балет, выписывают очередное па. Никаких эмоций, никаких чувств, холод и безразличие. Но ведь так хочется! Ты же девушка... Так хочется любить, улыбаться, шутить, цепляться за что-то тёплое и родное, поцеловать... хоть раз! Нельзя. Забудь. Выжги. Закрой и выброси. Не думай. Не мечтай. Ты холодная, как самый прекрасный, но смертоносный кинжал. Наташа закрывает глаза, вдыхает холодный воздух и стреляет. Человек с мешком на голове ничком падает на пол. За окном снова идёт снег. Смешно, потому что, вообще-то, конец февраля. - Странная зима. На плечи ложатся тяжёлые руки. Жар от них идёт, словно от печки, даже не от печки, от открытого огня. У Тора |как бы| есть Джейн Фостер. Чёртовы как бы не даёт покоя... Романова готова уйти в любой момент. В любую секунду... но горячие руки всё ещё сжимают плечи, да и уходить с чёртового балкона как-то не хочется. Сожги. Брось. Уйди. Даже не думай! Но так хочется... можно же? Совсем чуть-чуть? Забыть обо всём... довериться этим рукам? Можно... Ведь ты же девушка. Снежинки быстро тают на горячей коже. Приятно стоять и наслаждаться тишиной. Вместе. Вместе с тем, кого... Наташа поспешно стряхивает с волос мокрый снег. Бог грома тихо смеётся и ласково проводит руками по огненно-рыжим кудрям. Наташа мысленно рисует образ Тора золотыми нитями в своём воображении. Словно на холсте бумаги вырисовывает и ясные голубые глаза, и могучий силуэт, и эти чёртовски сильные руки. Образ выходит каким-то неживым и картонным, на фоне настоящего Одинсона. Быстрая улыбка. Лёгкие объятия. Смазанный поцелуй. Нет, не в губы, в лоб. И вот она уже ускользает. Исчезает в коридорах Щ.И.Т.а, надевая личину агента Романовой, жёсткой и смертоносной, как самый прекрасный кинжал. А он не останавливает. Словно знает, что так надо. Его зимняя валькирия снова пропадает. - Странная в этом году зима. - Клинт потирает переносицу и роняет фразу так, конкретно ни к кому не обращаясь. Снег слишком быстро тает и превращается в грязную кашу. Ну и к чёрту, думает Романова, зима в этом году, действительно, какая-то странная. Двери организации Щ.И.Т. шумно закрываются за её спиной. Вечером смело доставайте коньки...