Под запретом

Стрелки часов приближаются к девяти. Красочный стол с разнообразием блюд, таким, что может показаться, будто к нам соберется родня со всех концов земли, был накрыт уже два часа назад. Все выглядит очень аппетитным. Но мама ни в какую не разрешает даже бутербродом закусить - «Надо Сашеньку дождаться!». Вся эта мамина суета напомнила мне наш типичный Новый Год. Я сижу на нашем большом подоконнике в гостиной и любуюсь красивым жгучим закатом, отражающимся в окнах дома напротив. Отец, смирившись с тем, что до приезда сына не получит и куска хлеба со стола, уселся перед телеком. -Ты звонила ему? Когда его ждать-то? Ночью? – начал возмущаться папа. -Он сам звонил, говорит, пробки. На такси же. Вроде памятник уже проехал, - успокаивала мама. -И когда это было? -Да вот, с часу назад. -С часу… - недовольно хмыкнув, начал набирать номер Саши. – Ну, Сашка, я те устрою. Я перевела взгляд на двор и тут же приметила яркую желтую иномарку со значками такси наверху. Сердце от чего-то будто подпрыгнуло и непривычно быстро заколотилось – может, от предстоящей встречи. Машина припарковалась у нашего подъезда. Передняя дверца иномарки открывается, и я вижу Сашку. Боже… Вот это да! Такой высокий, подтянутый, окрепший молодой человек. Отстриг свои когда-то длинные темно-русые локоны и сделал красивую стрижку. Белая майка с каким-то принтом отлично сидела, и при каждом движении хорошо просматривалась игра мышц. За тобой, наверное, девки табунами бегают! -Пап, не звони, вон Сашка! – восторженно крикнула я. -Где? – родители тоже подошли к окну. -Ба-а, вот это наш парень! Смотри, прям качок какой-то. Он ж приезжал – худощавый был, хилый такой, как недокормленный, - папа никак не мог налюбоваться, а после добавил в мою сторону. – Женька, тебе бы вот такого парня найти! И все. И я был бы спокоен за детей. Я, кажется, в момент покраснела и отвела взгляд от окна. Такого же парня… Хах, да вот же он, папа, достает чемодан из багажника и заходит к нам в подъезд. Так, нет. Выбрось это из головы. Это брат. Это не парень. Всего лишь брат. И только… Но мой брат и есть, черт возьми, шикарный парень! Вообще я не верю в любовь с первого взгляда. С первого взгляда можно только понять, что человек нравится тебе внешне, что ты питаешь к нему симпатию. А любовь нет, это совсем другое, устоявшееся чувство, прочное и закрепленное, возможно, годами. Прекрасный пример - мои родители. Брата я люблю… как брата. Все, он сейчас войдет. За открытой дверью в квартиру я слышу, как поднимается лифт. Я сейчас увижу своего Сашку. Лифт открывается, и здоровый братец входит домой, затаскивая свою сумку-чемодан, чем-то набитую вплотную так, что местами начал расходиться замок. Мать с радостными воплями спешит зацеловать сыночка до смерти, отец ждет очереди, чтобы обнять его, причитая при этом, как он изменился, возмужал, а я стою в некотором неловком ступоре и мысленно соглашаюсь с папой – и правда, возмужал. Когда все нацеловались, наобнимались, глаза Сашки, наконец, встретились с моими, парень улыбнулся все той же ласковой широкой улыбкой и открыл руки для объятий, а я медленно, разглядывая его лицо, на котором увидела новый еле заметный шрам на щеке, направилась к нему. Прижалась к его такому теплому телу крепко-крепко, от чего брат удивился и тоже обхватил своими сильными руками мою талию, словно укрыл двумя крыльями от какой бы то ни было опасности окружающего мира. Никто никогда меня так не обнимал. -Сестренка, - с улыбкой протянул он и, все еще обнимая, на секунду приподнял над землей, - как ты вымахала! Я не могла его отпустить. Надо было уже разжать руки, но не получалось. Уткнувшись ему в шею, как маленький ребенок, нуждающийся в ласке и жалости, обиженно произнесла: -Почему тебя так долго не было? -Прости, были дела… Такого больше не повторится. Честно. -Я соскучилась, - еле выдавила я из себя, хотя изначально договорилась сама с собой не показывать никаких чувств. Наконец, прекратила обнимать уставшего с дороги парня и отошла на пару шагов, дабы опять не вцепиться в шею. Ух, я страстный вампир! Жуть. Мать спешила усадить всех за стол, доставая из духовки курицу, которая вот-вот могла остыть, ожидая гостя. Папа скорее потащил большую сумку в комнату сына, который шмыгнул в ванную, пока горячие блюда раскладывались по тарелкам. Я уселась напротив своей уже «застолбившей» тарелки и уставилась на салат. Через минут тридцать все собрались вместе, как в добрые времена, родители расспрашивали Сашку об учебе, новых интересах, планах на будущее. Я внимательно и молча слушала, пережевывая курицу, боковым зрением замечала, как парень с интересом за мной наблюдал, и стеснялась поднять глаза. Когда разговоры поплыли в сторону личной жизни братика, я навострила уши. -Не-е, никакой невесты, вы чего, - смеялся он, - рановато пока. Я пыталась сдержать улыбку. -Ну а девушка хоть нравится какая-нибудь? У вас же там столько студентов учится, – не унималась мама, но ее сын опять хмыкнул и покачал головой. -А Женька тут как? Замуж не собирается? – внезапно поинтересовался он, и я, чуть не подавившись своей курицей, резко подняла глаза. Мы соприкоснулись взглядами. По коже будто ток пробежал, затем мурашки. На несколько секунд воцарилась немая тишина, только звуки пережевывающейся пищи разбавляли это молчание. Мы с братом просто тупо смотрим друг на друга, причем он так странно прищурился, от чего по моей коже второй раз прошелся ток. -Я ей дам замуж! – усмехнулся папа, сглотнув кусок. – Ее забота одна – учеба. Саша, не отрывая от меня хитрый взгляд, странно улыбнулся. Наконец, я снова уткнулась в тарелку, а тема разговора быстро сменилась на другую. Фух, напряженный вечерок. Поскорей бы лечь спать.