Лед и Пламень

POV Уильям.       Утро встретило меня... А впрочем утро ли? Чувство такта, времени, местности упрямо отказывались подчиняться, на смену им пришли головная боль, тошнота и прочие радости похмельного синдрома. Столько лет я ненавидел и презирал демонов, полностью владел контролем над эмоциями, и что теперь? А теперь, уважаемый Уильям Ти Спирс, глава управленческого отдела шинигами, позорно напился с демоном вчера вечером на глазах у подчиненных и собственными руками отдал тому его душу. На прокат, конечно, но дела это не меняет. И где сейчас мое самообладание?       Во рту стояла сухость, что не добавляло приятных ощущений. Собрав в кулак все самообладание, усилием воли заставил себя подняться и раскрыть глаза. Поочередно. Обстановка не блистала белоснежными шторами, свежим бельем и обширной кроватью с водою на тумбочке. Жаль, очень жаль, я б не отказался. Взор сумел выхватить привычный диван личного кабинета в управлении и пиджак под головой. Благо не мой, иначе не жить подчиненным. Со стоном откинувшись на спинку дивана, прикрыл глаза, вновь отдаваясь воле блаженной темноты.       Посидеть в тишине мне не позволили, на ходу раскрыв дверь и влетев в мой кабинет. Надев привычную маску безразличия и холодности, встал с дивана и, не обращая внимания на свой помятый вид и паршивое состояние, которое немного нормализовалось по сравнению с предыдущим пробуждением, переместился к личному креслу. - Уильям, - оглушая криком, произнес вошедший. Вот век бы ему стонать от наслаждение с таким-то голосом. Да в моей постели. - Уильям, вот скажи мне, а то другие отказываются: мне больше идет длина плащика чуть ниже коленей или до пят?       Грелль, а кто еще мог ввалиться в мой кабинет с дурацким вопросом, принялся прикладывать к себе алые плащи, попеременно кружась на месте, дабы начальство оценило его наряд. Начальство оценило, а как же без этого! - Сатклифф, если я не ошибаюсь, сегодня ты работаешь в архиве? - вопросительно приподняв бровь, не взирая на безумную слабость, холодно взглянул на подчиненного. - Не-е-ет, - задумчиво протянул Грелль, прекратив кружение и закусив прядь кроваво-алых волос. - Сегодня я на местности. - И? - Что и? Там скучно! - заныл он, привычно усаживаясь на край моего стола. Изверг. - И вообще, ты так и не сказал что лучше, а?       По мне как, то ходил бы ты голым, было бы лучше! Как же порой надоедает скрываться под масками, не имея возможности открыто заявить о собственных чувствах. Сейчас я полная противоположность мне прежнему, что когда-то ступил за порог организации шинигами.       Вечно холодный, вечно рационально думающий, ответственно подходящий к делу и преданный работе. Маска равнодушия на лице и ни одного чувства, ни одной эмоции. Когда я стал иным? Может, когда мимо меня проскочило аловолосое чудо в красном плаще, радостным возгласом наполняя помещение? Или когда видел умилительные глазки, прилагающиеся к просящему списать домашнюю работу Греллю? Или когда он безразлично смотрел на умершего от его учебной косы человека? Когда, почему? Отчего не пресек все то, что бушует сейчас внутри? Теперь за масками скрывается ураган, что увеличивает свою мощность всякий раз, стоит Греллю появиться рядом и начать ворковать с кем-либо. Мне стоит больших усилий скрывать то ревность, то нежность и любовь, чувства не ведомые мне до ныне. Жизнь разделилась на до и после. И "после" стало кошмаром, ведь главе шинигами не дозволено любить и быть любимым.       Рукой машинально коснулась дужки очков. Глупый жест, никак не отвыкну. - Сатклифф, иди работать. Быстро. - Ты как пообщался с тем букой, - опять Фантомхав виноват в чем-то, - что моего Себастьянчика увел, - и кого убить: его или Михаэлиса? - так совсем злой-злой стал. - Работать, Сатклифф, работать!       Грелль, обиженно надув губы, соскочил с моего стола, заставляя бумаги ворохом осыпаться на пол, и направился на выход. Кроваво-алые волосы взметнулись от резкого порыва ветра, росчерками рассекая пространство. Дверь опять не закроет. А нет, с силой захлопнул. Темпераментный.       Пять минут прошли в спокойствии, нервы все же надо беречь - не железные. Сняв очки, помассировал переносицу. Грелль, Грелль, какой же ты глупец, бежишь за призрачной мечтой, что больше никогда не сбудется, а по сторонам не смотришь. Сколько лет мы сосуществуем рядом? Пять, десять, пятьдесят, сто? Сколько? Но ни разу ты не оглянулся, не заметил меня рядом.       Сантименты в сторону. Меня ждет работа, что всегда спасает, затягивая в свои запутанные глубины, поглощая боль. К тому же, вчера я допустил ошибку, все забываю, что Фантомхайв уже давно демон. Да и алкоголь... Переборщил, согласен, но усталость всех прошедших лет взяла верх. Понятие отпуск мне не знакомо. - Вильд, зайди, - позвал секретаря, едва привел свой внешний вид и мысли в порядок.       В дверь тихо постучались. Дождавшись моего согласия, в кабинет проскользнул Вильд с папкой накопившихся дел. Ну здравствуй, работа! POV Грелль.       Выскочив из коридора, недоуменно взглянул на секретаря Уильяма. Тот лишь беспомощно развел руками. М-да, когда шеф не в духе, всем плохо, не только ему одному.       Спирса в подобном состоянии я не видел ни разу. Да, бывали моменты, когда он, злющий на весь свет, подобно тайфуну передвигался по управлению и наводил страху на подчиненных, но было это от силу раза три-четыре за всю его карьеру. Уилл вообще пить не любит. Интересно, как это граф умудрился его споить до чертиков?       А с длиной плаща мне так никто и не помог. Обидно. К ангелам что ли податься? Они у нас там ценители прекрасного, авось и подскажут что-нибудь еще. Хотя нет, с ними у нас отношения натянутые, может тогда к демонам? К ним тоже в гости не заглянешь, шарахаются от меня, бедненькие.       Походкой от бедра, наконец-таки добрел до своего рабочего места, где меня встретил уже успевший заскучать коллега. О, тортик! Тортик это хорошо, я голодный. - Вот Грелль, скажи мне, как ты не боишься нарваться на гнев ледышки? - задумчиво поинтересовался Грэг, сидя за столом напротив меня и попивая чай из фарфоровой чашки.       Я чуть слюной не поперхнулся, благо не успел за стол сесть и взять в руки свою чашку. Уилл - ледышка?! Да вы шутите! У него в глазах иногда такое проскальзывает, что даже мне страшно становится. Но не успел я и слова сказать, как шинигами, находясь все в той же задумчивости, произнес. - Хотя, ты же пламень, тебе не страшно...       А вот теперь поперхнулся, опрыскав собеседника горячим чаем. А нечего под руку говорить! Нет, это же надо, из-за моего пристрастия к красным одеяниям пламенем меня обозвать. Крови это цвет, крови, а не пламени! Не путайте дар божий с ну не даром божьим, короче.       Слово вставить мне так и не дали, поочередно потчуя меня чаем и тортиком. Через пять минут застолий, где меня спрашивали и моментально отвечали, довольствуясь только моим открытым ртом, я позорно сбежал. Что мне там Уильям сегодня говорил? Идти работать, причем быстро. Тогда пускай радуется, на работу я уже лечу!