Есть ли жизнь в иных пространствах?

      Занималось прохладное утро, рассветные лучи едва окрашивали фиолетовое небо в сиреневый, а странный сон все не выходил из головы. ДжейА лежал, до половины укрывшись шелковой простыней и думал, Арон тихо посапывал рядом, обняв его за талию — он заснул лишь недавно, после ночи, наполненной ласками и нежностью.       Каждый раз, занимаясь любовью с Ароном, ДжейА окунался в океан блаженства. Это было совсем не похоже на секс с Реном, где страсти накалены и остры, как лезвие бритвы. Разные ощущения, разные роли самого ДжейА в отношениях с обоими, и разные чувства.       К Арону было что-то очень светлое, теплое, окутывающее сердце, словно мягкое, легкое облако; к Рену ДжейА испытывал настолько сильное влечение, что это больше походило на зависимость. Быть может потому, что чувство было слишком давно лелеемым, выстраданным, об этом так долго мечталось, что сейчас ДжейА никак не мог утолить эту бесконечную жажду.       Когда они наконец оторвались друг от друга, ДжейА удалось уснуть совсем ненадолго — снова этот сон, полный непонятных тревог, надежд; он вроде бы манил куда-то, пытался достучаться до сознания, но стоило открыть глаза, как образы расплывались, а ощущение того, что вот-вот получишь ответ на самый важный вопрос, ускользало, истаивало, словно предрассветная дымка.       ДжейА вздохнул. Понимая, что уснуть уже не удастся, он просто лежал, прикрыв глаза, и ждал пробуждения Арона, зная, что тот — ранняя пташка, и даже после бурной ночи, все равно, не проспит долго. Это не Рен, который мог дрыхнуть до полудня и еще два часа валяться в постели после пробуждения.       ДжейА обдумывал слова Арона о том, что им всем снятся одинаковые сны. Стоило собраться и обсудить, пусть даже это будет лишь на уровне догадок.

***

      Все же ему удалось на некоторое время задремать — невесомый поцелуй теплых губ, легкое касание, и он даже сквозь закрытые веки увидел, что Арон улыбается. Открыв глаза, ДжейА убедился в этом.       Он улыбнулся Арону в ответ и поцеловал его:       — Доброе утро, мой Господин.       Арон фыркнул:       — Не называй меня так, тоже мне… Какой я тебе Господин, когда ты — Лидер нашей группы!       ДжейА заинтересованно всмотрелся в его лицо:       — Ага, ты опять видел это.       Арон кивнул:       — Все ярче снится. Мне иногда кажется, что еще немного, и я начну грезить этим наяву. Даже слова песни запомнились и мотив.       ДжейА потянулся и вскочил с кровати, натягивая штаны:       — А мне, почему-то, четче запомнился танец, — он продемонстрировал несколько ритмичных движений.       Арон во все глаза смотрел на его действия:       — Я тоже помню. И сейчас я должен обойти тебя по правую сторону, вот на этом движении… — он осекся.       ДжейА хмыкнул:       — Похоже, память возвращается к нам. Но я хочу знать мнения остальных. И еще мне не дает покоя тот, пятый — не могу вспомнить ни лица, ни имени…       — Я тоже, — признался Арон. — Думаю, собрать всех за завтраком и пообщаться на эту тему. Кайл здесь, главное, чтобы наша милая блондинка не проспала, как всегда.       ДжейА усмехнулся:       — Не проспит, он уже тут, — и ткнул пальцем в окно. — Правда, до завтрака я ему кое-что обещал, так что… Пойду, приготовлюсь к встрече.       Арон улыбнулся:       — Понимаю. Мы, конечно, подождем, но вы там не слишком увлекайтесь.       ДжейА кивнул и убежал в ванную.