Есть ли жизнь в иных пространствах?

      Это заявление было встречено настороженным молчанием. ДжейА поторопился внести ясность:       — Пройти от первого до последнего уровня, без единой смерти, с первого раза, как и предлагают разработчики. Только призом в конце будет не статус Принца и огромный счет в банке, а наша свобода, переход из одного Мира в другой. Я уверен в этом, видел в своих снах.       Арон заметил:       — Мы все видели, ДжейА, ту черную Дверь, но ты не сможешь пройти Лабиринт с первого раза, это невозможно. Извини… — он с грустью и сожалением поглядел на возлюбленного.       ДжейА, однако, ничуть не смутился:       — Не я, а мы. Вместе. И раз есть Дверь, значит есть и способ до нее добраться.       Рен вздохнул:       — Есть одно «но», ДжейА. Принцы не должны входить в Лабиринт. Никто из Высшей Знати не имеет права играть в эту Игру — ее придумали для простых смертных. И создатель — сам Император.       Глаза ДжейА округлились — он не раз слышал, что Император, владыка этого государства, крупнейшего и мощнейшего в данном Мире, талантлив и многого достиг благодаря уму, а не только положению в целом, но и догадываться не мог, что тот сам является разработчиком столь масштабного проекта.       Парень долго молчал, молчали и остальные, не мешая ему переваривать полученную информацию.       Наконец, ДжейА спросил:       — Но почему Принцы не могут войти в Игру?       Арон задумчиво покрутил в руках веточку душистой зелени, украшавшей аппетитное блюдо тушеного мяса:       — Вся Высшая Знать является родственниками друг другу в той или иной степени. В нас кровь Императоров. Думаешь, наши браслеты светятся белым от программы? — он мягко улыбнулся. — Нет, это кровь заставляет их так сиять. Программа лишь раскрывает потенциал, если ввести секретный код. Таким образом можно доказать свое происхождение. У прежнего Императора обнаружились «незаконнорожденные» дети, как раз после его смерти. Претенденты на высокий статус. Надо ли говорить, что после проверки они оказались самозванцами и были казнены? — Арон хмыкнул и прикрыл глаза. — В них не было ни капли императорской крови. Да это и не возможно — Высшие тщательно следят за своим наследием. Истинный Наследник может быть рожден только от Принца и Жрицы (ранг, определяющий всех женщин Высшей Знати). Никто из Высших не вправе вступать в браки с более низкими по происхождению, тем более иметь от них потомство. Государство лелеет чистоту крови. Секретный код для Высших — един. Именно на его основе разработан Лабиринт, а на крови — защита Кураторов порядка. Император лично прошел Игру от начала до конца, в качестве первого Куратора порядка. Его окружало защитное поле, не позволяющее причинить вред. Кураторов нельзя убить или ранить, их невозможно вывести из Игры, они всесильны. Я являюсь одним из них. Эри тоже предлагали, но он отказался, его привлекают другие Игры… — он мимолетно усмехнулся.       ДжейА хмыкнул, поймав слегка виноватый взгляд Рена, и жадно поинтересовался:       — То есть, Принцы тоже многим ограничены? А я-то думал, им позволено все…       Арон вздохнул:       — Знаешь, почему нам позволено иметь рабов? Именно потому, что мы не можем разрешить себе вступать в отношения с представителями средней и низшей знати — есть риск влюбиться. Бывает, конечно, когда Принц свободно живет с женщиной средней знати и любит ее, но жениться на ней не имеет права, и детей у них не будет. Родных, по крайней мере. Его Род обречен, если он — единственный ребенок в семье. Таких не терпят и отрекаются, лишают наследства. Редко, кто идет на подобные отношения. К тому же, благодаря жестким рамкам и наличию рабов, среди Высших не часто можно встретить романтика — не то воспитание. В наших семьях есть уважение, понимание, поддержка, но Любовь — редкий гость.       ДжейА колупнул ложкой шарик с мороженым и тихо поинтересовался:       — Твои родители любили друг друга?       Арон улыбнулся:       — Да. Очень! Отражение их чувств ты видишь во мне.       Он повернулся к насупившемуся блондину:       — Рену не повезло: его отец — один из самых влиятельных Высших, жесткий и целеустремленный; мать — первая красавица среди Жриц, чрезвычайно самовлюбленная женщина. Их брак был основан на бесчувственном расчете, но он выгодный и дал этому Миру самое очаровательное его дитя — Эренэля. Холодного, эгоистичного, не умеющего любить. Если бы его родители любили друг друга, то Эри вырос бы милым мальчиком, добрым и великодушным, настоящим ангелочком, но увы. Хотя, теперь, с твоим появлением, ДжейА…       Рен при этих словах незаметно пододвинул стул к ДжейА и, обхватив его руку, прижался к плечу. ДжейА погладил его волосы:       — А что теперь?       Рен потерся об него носом и пробубнил:       — А теперь есть ты…       — Любишь меня? — тихо спросил ДжейА.       — Люблю… — еще тише ответил Рен.       Арон с улыбкой смотрел на эту идиллию, понимая, что вряд ли может позволить себе ревность.       Внезапно заговорил долго молчавший до этого БэкХо:       — Мои родители погибли, когда я был мелким. Мать и отец Арго взяли меня на воспитание, хотя я ниже их по происхождению. Очень добрые люди.       ДжейА даже умилился — каменный Кайл приоткрыл створки души.       Он тепло взглянул на парня и покрепче сжал ладошку Арона. Рен прильнул с другой стороны и затих. Бэк поймал улыбку ДжейА и улыбнулся в ответ. В этот момент ДжейА смог увидеть в нем того Бэка, с его задорной улыбкой, которого помнил всегда.       На некоторое время воцарилось молчание. Затем Бэк снова заговорил:       — Я не Высший и смогу войти в Лабиринт.       Арон внимательно посмотрел на него:       — Войти, да, но пройти… Даже вдвоем, помогая друг другу, вам будет слишком сложно. А я не в праве вам помогать, я — Куратор порядка, и моя позиция — нейтралитет. Как ты вообще это видишь?       Бэк сложил руки в замок и облокотился на них подбородком:       — ДжейА прав, если есть Дверь, значит наш путь лежит именно к Ней. Мы не увидели бы Ее, если бы не было шанса дойти. Я считаю, что нужно рискнуть. Тебе и Эри проще простого — вы войдете в игру, как Кураторы и подождете нас возле Двери, на последнем уровне. Только Эри нужно получить карточку Куратора порядка, но это ведь просто, раз ему уже предлагали.       Рен несмело подал голос:       — Да, меня не так давно снова пригласили на эту должность, а отказа я еще не давал, не успел… И не дам!       Он замолчал и с силой потер лоб:       — У меня какая-то мысль в голове вертится, а поймать не могу, — он крепко зажмурился и вцепился в ДжейА.       Внезапно его глаза распахнулись:       — Стоп. Есть один человек.       Рен оглядел всех горящими глазами и пояснил:       — Несколько лет назад, у меня, недолгое время, был парень. Безумно любил меня. Не раб, но из низов. Просто тайком трахались, я тогда еще не увлекался всеми этими штучками, плетками и вибраторами, — Рен потупился. — Он страстный игрок и его мечтой было пройти Лабиринт. Он смог выжить до тридцать седьмого уровня, с первого раза, не выходя в реальность. Самый высокий результат за всю историю прохождений. Когда его все-таки грохнули, парень просто сошел с ума и начал проходить раз за разом, анализируя ошибки. Лабиринт очень хитро спланирован, он постоянно меняется, но многие вещи в нем остаются неизменными. Тот парень проходил наверное сотни раз, прежде чем более-менее вычислил систему. И нашел способ… Он бы прошел, если бы у него был второй шанс для первого раза.       — Что-о-о? — воскликнул Арон, — Как это возможно?! Об этом ничего не известно, если бы такое произошло, весь Мир бы уже судачил! Ты что-то путаешь, Эри. Либо он тебя обманул.       Рен помотал головой, от чего его роскошные волосы рассыпались, искрясь на солнце:       — Это не он мне сказал. Отец был с докладом у Императора, а я как раз гостил у его Наследника, ты же знаешь, он меня все время клеит. Я привязал этого придурка к кровати, под предлогом сексуальных игр, и сбежал, — Рен захихикал. — А проходя мимо личного кабинета Его Величества, краем уха услышал разговор отца и Императора. Когда назвали имя, я сразу понял, что речь идет о моем бывшем любовничке. Тогда я вернулся к Наследнику и подробно расспросил его обо всем. Этот засранец в курсе всех папенькиных дел! За это он получил возможность отсосать мне, — Рен презрительно фыркнул.       На него уставились три пары ошарашенных глаз.       Наконец Арон произнес:       — А что потом? Где этот парень, что с ним? И почему ты раньше не рассказывал мне?       Рен поморщился:       — Мы с тобой тогда были в ссоре, потому что, ты меня отверг! — он негодующе посмотрел на Арона. — А про парня могу сказать только, что его закрыли в психушку, в особый отдел. Долго допрашивали, выясняли его систему, но он так и не раскололся. До сих пор там, взаперти, находится. И крыша у него уехала далеко и надолго, возможно, навсегда. Но он точно прошел Лабиринт и знает все его препятствия. Записей у парня никаких не нашли, отсюда я делаю вывод, что они в его сбрендившей голове.       — И что ты предлагаешь? — поинтересовался Бэк.       Рен шумно выдохнул:       — Я встречусь с Наследником. Он теперь занимает пост Советника Императора и имеет доступ в особый отдел. Попрошу провести меня к тому дурику и попробую того разговорить. Если это чудо еще не забыло меня, быть может расскажет.       — А если Наследник не согласится? — засомневался ДжейА.       Рен томно взглянул на него:       — Я ему отдамся. Полностью и на всю ночь. Он точно не устоит.       ДжейА пронзительно посмотрел на Рена и прошипел:       — Еще чего! Я против!       — Ревнуешь? — хихикнул Рен.       — Именно. — процедил ДжейА.       — Успокойся, любимый, это для нашего общего блага, — мягко сказал Рен и поворошил красную челку своего любовника.       ДжейА вздохнул и стиснул зубы, но возражать не стал — другого плана все равно не было.       Арон тоже молчал, а Бэк спросил:       — Система наверняка сложная, в двух словах не расскажешь, как ты собираешься запоминать?       — Запишу его программу памяти на браслет непосредственно через мозг.       — Ты же убьешь его этим! После проникновения имплантата пока никто не выживал! Полагаешь, он добровольно согласится на такое?       — Если все еще любит меня, согласится. Да и смерть — это лучше, чем гнить в психушке до конца своих дней, проходя через те пытки, которым парня подвергают. А его теперь точно не выпустят.       Арон покачал головой:       — А перед Наследником как потом отчитываться будешь? Тебя привлекут к ответственности.       Рен беспечно улыбнулся:       — Не привлекут, этот хмырь со всем разберется. За это отдамся ему еще разок, чтоб уж наверняка… ДжейА, не бесись, у нас нет другого выхода!