Видишь капли на стенах?

Видишь капли на стенах? Я хотела стать рекой... Опять это непонимание в глазах. Ты все еще не можешь меня простить. Простить и смириться с тем, что никогда не будешь первой. Она навсегда останется единственной, кого я любила настолько, что готова была перестать существовать. Да я и перестала, если честно. И её не существует. По крайней мере, мне хотелось бы в это верить. Или тебе. Про невзаимную любовь можно написать километры текста — и этого будет мало. Целого мира будет мало чтобы описать свою боль. Я дарю этот мир тебе. Не спрашивай, просто забирай. Забирай, как забрала мою самооценку, семь лет моей жизни, моё чертово здоровье, хорошие отношения с близкими и шансы на светлое будущее. Мне не жаль. В детстве я слушала группу «Руки Вверх», в одной из песен Сережа Жуков слащавым голоском заявлял про «забирай все, что хочешь, только сердце не трогай». Как будто бы мне еще понадобится проёбанное в скоростных трипах сердце. Вспоминается, как я пролежала около двух часов на снегу в канун нового года. Только потому, что ты не захотела со мной разговаривать. Я была словно лампочка, которая прекращала светить и греть, как только её выключали. А ты выключала меня каждый раз, когда уходила. Возвращалась, как ни в чем не бывало. Будто бы все наши ссоры и расставания — всего лишь моя больная фантазия. Крест, вырезанный на сгибе локтя, все еще напоминает о моем обещании больше не влюбляться. Знаешь, а я ведь выполнила его. Немного своеобразно, но выполнила. Там почти не видно вен, иначе я бы закрепила своё обещание хорошим таким уколом. Но не сейчас, лет через десять. В редкие периоды прозрения я осознаю, что ты не стоишь того, чтобы я сторчалась. Но точно знаю, что первый укол посвящу тебе. Умри и ты от моего кайфа, пей мою кровь. Или вспомнить эти обдолбанные ночи, когда, казалось, ничто не властно над нами. Мы могли просто гулять по самым страшным местам в городе, пугая зрачками прохожих. Влезали в драки, кружились в каких-то сумасшедших танцах, залезали в немыслимые заброшенные здания, а под утро засыпали на ближайшей лавочке. А по приходу домой единственной целью было скрыть от родителей, что и как. «Да, мам, я была с парнем. Да, хорошо провели время. Мы, черт возьми, идеальная пара». Самое паршивое то, что когда ты вроде как наконец отпускаешь человека, этот человек умудряется тебе присниться. И как будто бы все возвращается. И вот уже она сидит на соседнем сиденье трамвая, все такая же, как тогда. И ей действительно плохо и больно из-за вашего расставания. Она плачет и рассказывает своей новой девушке историю о том, как потеряла самую родную в своей жизни. И тут замечает тебя... А ты... А ты просыпаешься на мокрой от слёз подушке. И разговариваешь с зеркалом. Ведь именно эта девушка в зеркале — единственная, кому ты еще нужна. И она не может понять, за что ты так с собой поступаешь. Остаётся укоризненно наблюдать за всеми этими шрамами и "добиванием" себя с помощью музыки. Ведь ты никогда не позвонишь и не напишешь той, ради чьих глаз так хотелось жить. Потому что всю силу воли ты положила на то, чтобы убедить себя в том, что её не существует.