Унижение спасением

Этот мир довольно кошмарен, но в нем вполне можно жить. Можно привыкнуть к безумной жаре летом и обмораживающему холоду зимой, к монстрам, глазам, смотрящим на тебя из темноты. Труднее привыкнуть к тому, что после смерти все начинается сначала, и все вокруг - бесконечный круговорот, что когда ты открываешь глаза под последние звуки голоса властелина этого мира - ты снова становишься чистым листом, не помнишь ничего из того, чему научился, обладая лишь все улучшающимся умением выживать. Но есть то, к чему привыкнуть невозможно. Нельзя привыкнуть к тому, что когда последний факел гаснет в твоей руке и, не находя травы или веток, ты слышишь шипение за своей спиной, ты вместе с ним вспоминаешь каждую из сотен своих смертей. Как ты умирал от холода, от жары, истекал кровью, разорванный клыками гончих или корчился, чувствуя как ноги гигантской птицы ломают кости. На фоне этой удушливой волны смерть с ее будущим пробуждением без воспоминаний кажется избавлением. Этот ужас проникает в каждую клетку, сводит с ума сильнее, чем любой из монстров этого мира, ломает изнутри. Хочется кричать, плакать, умолять - пощады или быстрой смерти? - и не чувствовать этой жуткой боли, когда тело разрывают на куски. У меня уже нет сил размахивать обгоревшей деревяшкой, стараясь дорого продать свою жизнь. В прошлые разы я еще как-то держался, старался просто стоять, не дергаясь и дать этому случиться быстрее, но сегодня я все-таки сломался. Я смотрел, не видя, в темноту, и шептал, не зная, на что надеюсь: -Умоляю, не надо больше… Пощади меня, пожалуйста! Я сделаю что угодно, только не снова! - с шепота я перешел на крик, чувствуя, как воздух рядом колыхнулся перед ударом… но его не последовало. А от ближайшей поляны до меня протянулась дорожка холодного, не греющего света. Я, не веря в происходящее, сначала неуверенно, а потом быстро зашагал, стараясь скорее привыкнуть к освещению. За несколько шагов до источника света я увидел небольшой, но уютный лагерь - кострище, валяющийся на земле спальник, сундук, холодильник. Я был уверен, что не разбивал его здесь, а поэтому знал абсолютно точно, кого я здесь увижу. Не понимал только, откуда такое милосердие… -Сделаешь что угодно? - знакомый голос с хрипотцой и яркий запах дорогого табака встретили меня, стоило мне сделать шаг на поляну. Я опустил глаза и неуверенно кивнул. Приди этот демон еще день назад, я бы схватил копье и бросился на него, не раздумывая, но сейчас у меня не осталось сил сопротивляться, а страх снова очутиться в полной темноте заставлял заткнуть свою гордость куда подальше. Мой молчаливый ответ был встречен фирменным Максвелловским смехом. -Что ж, хорошо, сегодня Чарли тебя не тронет. Подойди. Я слегка замешкался - переживания последних минут еще заставляли кровь шуметь в ушах, и демон решил поторопить меня - круг света начал уменьшаться, делая его своим центром и я поспешил подойти почти вплотную, чтобы снова не остаться в темноте. Вокруг стало светлее и Максвелл, удовлетворенно улыбнувшись, щелкнул пальцами, материализуя за собой удобное кресло и опускаясь в него. В тот же миг призрачные руки легли мне на плечи и жестко надавили, заставляя опуститься на колени. Это было унизительно, но я все еще не мог позволить себе возражать, надо было продержаться хотя бы до рассвета. -Посмотрим, сколько стоит твое слово, Уилсон, - он поставил ноги шире и, вплетя пальцы в мои волосы, подтащил ближе к себе. - Поработай ртом. К горлу подкатил ком, я взглянул на него снизу вверх и почувствовал, как волосы натянули сильнее, торопя. Надеясь, что этим демон и ограничится - я стал расстегивать его штаны, освобождая стоящий член - неужели Максвелла возбуждает эта сцена? - и остановился, прикусив губу. Помедлив я произнес, не желая, чтобы меня снова насильно торопили: -Я… не умею этого делать. Хотелось провалиться сквозь землю, особенно когда демон, засмеявшись, коснулся моих губ и, заставив приоткрыть рот, резко заполнил его своим членом. Сначала я смог обхватить лишь головку и, чувствуя, что даже так становится тяжело дышать, надеялся, что моему мучителю и спасителю хватит и этого. Однако он за волосы подтащил мою голову ближе, входя до основания так, что его орган коснулся сужающегося горла, и сам контролировал мои движения. Я забился, задыхаясь, чувствуя себя как рогатый кролик, пойманный в ловушку, но Максвелл и не собирался меня отпускать. -Помоги себе руками, - велел он и, несмотря на низкие стоны, голос его все равно звучал как у человека, привыкшего подчинять и держать в своих руках. Я закрыл глаза, выполняя приказание, и наградой мне стало то, что волосы перестали тянуть так сильно. Так как придумать какой-то образ, которым бы можно было заменить этот и не чувствовать такого унижения и ужаса, не выходило, я просто старался делать это лучше, чтобы скорее расплатиться за свое чудесное спасение. Демон в кресле расслабился, дав мне больше простора для действий, и я начал действовать немного увереннее - двигать головой, облизывая его член, ласкать его руками, замедляясь и двигаясь как мог быстро. Выпустив на несколько секунд орган мужчины изо рта я почувствовал, что мое дыхание сбилось, а жгучий страх внизу живота постепенно начал сменяться тем, что я совсем не хотел ощущать в этой ситуации… Я не знал, сколько пробыл один в этом мире, но в режиме постоянного бегства от монстров, недостатка еды и перепадов температур, мое тело великодушно избавляло меня от мыслей не только о женских объятиях, но даже о самоудовлетворении. А вот теперь, когда я стоял на коленях на голой земле и сосал мужчине, - могущественному демону - решило дать знать о себе за все прошедшее время. Я постарался поскорее вернуться к своему делу, чтобы Максвелл не заметил произошедших изменений, но это явно не увенчалось успехом - я не видел, как подчиняющиеся ему призрачные руки приблизились ко мне, но прекрасно их почувствовал. То как они забрались под рубашку, скользнули по груди и, залезши под ткань штанов, стали с тем же усердием, что я ласкал член демона, ласкать меня. Я буквально чувствовал, как его взгляд прожигает меня, следя за моей реакцией, а я, к своему стыду, уже не закрывая глаз, стал только тщательнее ласкать его своим ртом, получая в награду не только его стоны, но и совершенно выключающие голову прикосновения теней для себя. Услышав, как усмехается демон, я ощутил как он снова сжал мои волосы и начал вбиваться быстро и глубоко, но, если сначала это заставляло меня задыхаться, то теперь, почувствовав эту боль, я, не ожидая от себя такого, громко застонал, а через мгновение ярко кончил под «аккомпанемент» заполнявшей мой рот спермы. -Проглоти, - отпустив меня, приказал владыка этого мира и я, не ослушиваясь, упал на землю, обессиленный. Через секунду последовал мощный толчок и я упал на спину, приземлившись, впрочем, прямо на спальник. Максвелл встал с кресла, возвысившись надо мной, и, заставив меня раздвинуть ноги, прижал кончиком ботинка пах, заставив униженно застонать, осознавая, что тело мое снова начинает плавиться от такого грубого, бескомпромиссного отношения. -Что ж, я начинаю верить в Ваше послушание, мистер Хиггсбери, - несмотря на его строгость, я слышал, что он еще не полностью восстановил дыхание и немного задыхается между словами. Настораживало, что он стал неожиданно обращаться ко мне на Вы, но стоило ему двинуть ногой, как бы качая ее, на моем паху, и все мысли вылетели из головы. - Тогда несколько правил, если Вы хотите выжить сегодня и пользоваться моей помощью… впредь. - он ненадолго перестал мучить меня, давая возможность сосредоточиться на словах. -Пока я трахаю тебя - ты будешь послушен, вежлив, и будешь называть меня господином. Никаких пререканий. Никаких возражений. Твое тело принадлежит мне полностью, и я буду решать, что с ним делать. Нарушишь что-то - и отправишься кормить Чарли. Все понятно? - в качестве окончания «техники безопасности» и снова получил волну вожделения от его необычных и грубых ласк. -Д-да… - стоило мне это произнести, и я почувствовал, как резко стало холодно вокруг. - Да, господин. Меня снова захватило чувство унижения, и я почти нашел в себе силы снова стать собой - наорать на него, постараться убежать - куда? - но меня уже схватили за волосы и перевернули спиной вверх, заставив подобрать колени. Я снова стоял головой в сторону кресла и с некоторым удивлением увидел, что Максвелл вернулся туда, вместо того, чтобы довольно логично продолжить нашу «встречу»… -Мне кажется, ты еще недостаточно подчинен, Уилсон. Стоит преподать тебе урок. Я постарался прогнать вновь появившийся страх наигранно бодрой мыслью, что он хотя бы снова перешел на «ты», но паника мешала думать и выбила мысли о грозном возмездии. Он махнул своим теням и я снова почувствовал их прикосновение кожей, но на этот раз они вели себя куда более распущенно - какие-то болезненно ярко ласкали мои соски, оттягивая их, какие-то пока через ткань штанов ласкали мой пах, будто специально не касаясь прямо, а заставляя чувствовать, как там мокро от того, что я уже один раз кончил прямо так, в одежде. Остальные тени тоже не бездельничали, они исследовали мое тело, сжимая бедра, скользя по внутренней стороне ног, по шее… Это было в миллион раз более унижающе - стоять по-собачьи перед повелителем этого мира и чувствовать, как его бестелесные слуги ласкают меня. Я открыл рот, чтобы попросить, сам не знаю о чем, но вместо этого громко, несдержанно застонал, плотно зажмурив глаза от стыда. -Смотри на меня и не отводи взгляд, - услышав жесткий приказ, я ощутил, что мой новый «господин» желает просто растоптать меня, сделать то, что не доделал «Чарли», как он называл ночной ужас, но прикрываясь благородным спасением меня от жуткой смерти. Давя ненависть к себе, не в силах бороться со своим телом, я немного изменил позу, чтобы не нужно было так выворачивать шею, и остался глядеть на своего мучителя, послушно не стесняясь стонать и открываться перед ним. Сначала это давалось с трудом, но моему телу, которое я за его развратность уже отказывался ассоциировать с собой, кажется, нравилось, когда на него так открыто, жадно и надменно смотрят, и через пару минут я уже стонал как портовая девка, раздвигая ноги перед демоном. Награда, как и раньше, не заставила себя ждать - одна из теней коснулась узкого колечка мышц и стала совсем немного, едва заметно, растягивать его, только сильнее дразня, так что я уже готов был на что угодно - эта формулировка уже не довела меня до добра, но… - для того, чтобы это продолжалось. -Господин, пожалуйста, трахните меня сами, - я не заметил, как все-таки произнес это, но тени, кроме тех, что ласкали самую чувствительную кожу, в ответ на довольную усмешку Максвелла, стали стягивать мою одежду… Уже через несколько секунд демон встал, поставил меня на колени и заставил опереться руками о сиденье кресла так, чтобы мне удобнее было прогибаться в пояснице и подставлять свое разгоряченное тело его ладоням и… члену. Даже думать об этом все равно было стыдно, несмотря на то, что никаких других мыслей в голове уже не осталось. -Мне нравится обладать тобой, Уилсон. Чувствовать тебя своим, уничтожать твои гордость и своенравие. Приказывать тебе податливо раздвинуть ноги или поработать ртом - и знать, что ты все выполнишь, как послушная шлюха. Вместо того, чтобы возмутиться на его слова, я совершенно уплывал, а мой член уже стоял как каменный, подрагивая от любого прикосновения. На каждое новой обращение ко мне Максвелла я покорно стонал, сильнее выгибаясь, чтобы ему было удобнее, уже изнывающий от желания ощутить его в себе. И в тот момент, когда он наконец заполнил меня - резко, одним рывком - я хотел этого даже больше, чем выбраться из этого мира… Демону явно и этого показалось мало, потому что вместе с его членом одна из теней заполнила мой рот, заставляя будто бы отсасывать ей, а вторая снова стала открыто ласкать мой пах так, что оргазм накрыл меня буквально через пару секунд, а Максвелл явно и не думал прекращать, несмотря на то, что я уже не опирался на кресло, а скорее грудью валялся на нем. На глазах уже блестели слезы, я до побелевших пальцев впивался в сиденье и царапал его ногтями, в то время как тени с демоном истязали мое тело каким-то безграничным, дьявольским удовольствием, заставляя стонать и кричать одновременно, находясь где-то между желаниями того, чтобы это кончилось в эту же секунду и никогда не кончалось… Несмотря на всю жестокость, любовником демон был умелым и, натягивая мои волосы, вдалбливаясь в меня так, чтобы я чувствовал себя просто вещью, созданной для того, чтобы выполнять любое его, даже самое развратное, желание, он дал мне кончить одновременно с ним, заполняя меня, натягивая волосы так, чтобы я выгнулся дугой и забился в оргазме в его руках. Мои мышцы сокращались вокруг его члена, который так и оставался во мне, тело сходило с ума от ощущения заполненности и непрерывности этой пытки… Я понял, что еще мгновение - и я просто умру от всех этих чувств, поэтому, повиснув на держащей мои вихры руке, снова взмолился: -Умоляю, господин, выньте его… Прошу! - последнее слово я выкрикнул и благодарно почувствовал, как меня отпускают под довольное хмыканье демона. Я сполз на уже влажную от росы траву и сжался в комок, клянясь себе, что этого никогда не повторится, и пусть меня лучше растерзает Чарли, чем я снова стану его покорным рабом. Максвелл же постелил спальник и устроился рядом, легко поглаживая мою голову. -Хороший мальчик, Уилсон. Думаю, я могу разрешить тебе звать меня, если что. А в благодарность за хорошую ночь - лагерь остается тебе. В холодильнике много еды, в сундуке дрова и полно всякой всячины. А пока отдыхай. Ты неважно выглядишь, - он хохотнул своей излюбленной фразе и встал, глядя как солнце быстро выползает из-за горизонта. - До встречи, приятель! -Пошел ты… - справедливо считая, что правила прекращают действовать с рассветом, я с чувством послал оставшуюся после него пустоту и в прямом смысле слова пополз к холодильнику. *** Прошедшая несколько месяцев назад ночь сделала меня параноиком по части носимых с собой факелов. А сегодняшний вечер научил очень важной истине - никогда не складывать их все в рюкзак, который можно потерять, убегая от гончих. Я даже не пытался бежать в лагерь - до него еще как минимум час пути, а просто сидел на пенечке, глядя на догорающий огонек. У меня есть еще несколько минут темноты, чтобы выбрать свою судьбу. В принципе, смерть не самая страшная штука в этом мире, и если повезет горло мне распорет довольно быстро, зато не придется нарушать данную себе клятву и снова унижаться перед Максвеллом… С твердым намерением и душеспасительными мыслями я встал, глядя в темноту и слыша приближающийся шорох… -Придите, прошу... Господин.