Итальянские страсти или Все, что не было рассказано Купитману о Милане

Сцена №5. 20:44. Домодедово. Возле камер хранения. Кисегач. Тук-тук-тук-тук…тук-тук-тук… Ритм, бешено колотящегося минуту назад, сердца постепенно замедляется… Тук-тук…тук…тук…тук… Настя уже не может вспомнить, зачем и почему она так сердилась и что вообще произошло… Все что она помнила это ощущения…И рассуждать, сейчас, могла тоже только на уровне ощущений. «Сначала была паника…Потом гнев (странно!..)… Потом жажда убийства (это просто смешно!..)… Поцелуй (хм, неожиданно!..)… А теперь стало тепло и хорошо…и почему-то ужасно хочется спать…хочется в теплую кровать…» Такова была картина происходящего в сознании у Насти, но внешне все выглядело еще невероятнее. Быков и Кисегач стояли посреди толпы жаждущих получить свой багаж людей, не замечая охов, ахов и хихиканья, доносящихся из этой массы, и… целовались! НЕМЫСЛИМО!!! Но это было так. Мдааа…Хочешь заткнуть женщину – целуй ее! Старый, многовековой закон сосуществования мужчины и женщины…И, как ни странно, действенный. Так, наверное, сказал бы Купитман. Но Ивана Натановича здесь не было. Здесь вообще не было никаких знакомых Быкова и Кисегач, а посему они, наплевав на окружающих, стояли и целовались, как двадцать лет назад. Жаль только, что ни одно приятное мгновение не может длиться вечно. И почему-то эти мгновения всегда нарушают неприятные голоса: -«Пассажиры, опаздывающие на рейс 8189 Милан-«Malpensa», срочно приглашаются на посадку к выходу №12…» Это сообщение подействовало на Быкова, как холодный душ. Он оторвался от Насти. -Все, белка! - обратился он к ничего не соображающей Кисегач.- Опаздываем! Срочно ускоряемся, иначе самую большую кровать Милан-Гранда кто-то другой займет! Без дальнейших увещеваний, Андрей схватил Кисегач за руку и куда-то потащил. Сама Настя никак не могла придти в себя. Ее по-прежнему клонило в сон, в черепную коробку как-будто напихали ваты, а пред глазами все плыло. Ей ничего другого не оставалось, как только покорно идти за Андреем туда, куда он считал нужным. Так что Быков сам распорядился их багажом и потащил его к таможне, при этом подгоняя все еще сильно тормозящую Настю. -Vivo-vivo-vivo*,Кисегач!!!- то и дело рявкал на нее Андрей.- Лобанов быстрее тебя на работу ходит! Мы на самолет опаздываем!!! Этот факт более-менее вернул ее к действительности, и, подходя к таможенному контролю, Настя, уже вполне совладавшая с собой, стала разбираться со всеми формальностями, что само по себе совсем отрезвило ее сознание. Но как только таможенный офицер стал задавать ей необходимые вопросы, Настя поняла почему все это время она испытывала такой дискомфорт в горле - Кисегач так взбесила выходка Андрея, что она сорвала голос пока гонялась за ним по Домодедово. Сам Быков прыснул от смеха, как только Кисегач попыталась что-то сказать. Она посмотрела на Андрея с отвращением и хотела что-то ответить таможеннику, но Быков взял ситуацию под свой контроль, предоставив Насте разбираться с их вещами. Когда с таможней было покончено, Быков и Кисегач наконец оказались в duty-free. Но времени на него уже не оставалось, поэтому они сразу кинулись к выходу №12, где уже почти никого не было. Настя и Андрей быстро прошли регистрацию, оставили свой багаж на погрузку и направились к взлетной полосе. До вылета оставалось 40 минут. *«Vivo-vivo-vivo»(с итал.) – «Живее-живее-живее!»