Ожидание чуда

- Слово предоставляется подсудимому Нейту Картеру. Вчерашний вечер прошёл легко и непринужденно. Мы отработали показание до идеальной правдивой интонации. Присяжные стараются держать себя строго и неумолимо, но в их жестах, мимике видна глубокая озабоченность. Они устали; трехдневный судебный процесс выматывает. Это заседание последнее на сегодня, уже поздно. Выход к трибуне тоже важен. Присяжные зорко следят за каждым движением моего клиента. -Мистер Картер, расскажите суду, что произошло 3 апреля? - После работы, я договорился с другом выпить в баре. Мы немного поговорили и разошлись. Я решил пройтись пешком. Чтобы срезать путь, я вышел к переулку. Было около полуночи, когда ко мне подошла девушка-омега, она слегка шаталась, а её запах был усилен, что говорило о начале течки. Она предложила заняться сексом, и я согласился. После мы привели себя в порядок, и я вызвал ей такси, - это была ложь: мирно они не разошлись, он бросил ее. Поэтому, сидя в зале, «милашка» не сводила с него гневного взгляда. Его голос слегка дрогнул. Я нервно прикусил губу. - На этом наше знакомство закончилось. - У защиты будут вопросы? - Конечно, ваша честь, - я уверенно вышел к суду. - Вы принуждали к чему-нибудь миссис Птермайган? - Нет, - голос звучал твёрдо и чётко. Я знал, что эта интонация поможет изменить отношение присяжных к Нейту. Незаметно переведя взгляд на истицу, я увидел ее бегающие глазки, которые она быстро перевела на свои руки. - К тому времени, как она подошла к вам, её состояние было уже достаточно нестабильно? - Нет, она дышала ровно. Зрачки ещё не были расширены, - муж периодически сжимал кулаки. Присяжные все больше начинали сомневаться в показаниях жертвы. - У меня все, ваша честь, - осталось ликвидировать прошлые дела. - Свидетель обвинения, можете задать вопросы подсудимому. Мистер Гамбургер тяжело выдохнул и, взяв небольшую папку, неуверенной походкой вышел из-за стола. - Ваша честь, я хочу предоставить вам... - пора. - Ваша честь, разрешите подойти? - Прошу, - сказал судья, указав на место перед собой. Фуф! Полдела сделано. Суд на нашей стороне. Я и мистер Уолтер подошли к судье. И я проговорил как можно тише, отдав судье нужные документы: - Я предлагаю не предъявлять прошлые обвинения моему клиенту. В обмен на это я не буду разглашаться о прошлой жизни потерпевшей. Судья, просмотрев документы, перевёл взгляд на прокурора, который, окинув меня злобным взглядом, мрачно произнёс: - Хорошо, - видимо, я оборвал его «грандиозные» планы. - Отлично, что ж продолжим. Мистер Уолтер, слово предоставляется вам. Я вернулся на своё место. Все дальнейшие вопросы прокурора звучали потеряно и невнятно. Они были о семейном положении истицы и о безответственном поступке альфы. Естественно Нейт не знал, что миссис Птермайган замужем. Заключительную речь начал мистер Гамбургер. Он громко говорил, яростно жестикулировал, что больше походило на отчаяние чем убеждение. Он говорил о том, какие же альфы гады, о том, сколько омег во время течки подвергается насилию и бла-бла-бла. В своей же речи я был спокоен. Я показывал обратную сторону течек. Говорил о сложности, которую испытывают альфы, переживая их рядом. Затрагивал тот вопрос, который упускают постоянно, делая из альф монстров. На многих присяжных это произвело впечатление: они были согласны со мной. Их удивляло то, что я, будучи омегой, так уверенно защищаю насильника-альфу. - Я попрошу присяжных пройти в зал и обговорить ваше решение. Я надеюсь, вы вынесете правильный вердикт, - проговорил судья Хилл. 12 присяжных скрылись за дверью. Затем был перерыв. Я был уверен в себе, но все же сомнения ежеминутно лезли в голову. Я в первый раз за все время вспомнил о работе, о её значимости. Я настолько увлекся этим процессом, что даже проигнорировал риск выхода подсудимого. Моя работа была бестактна и непрофессиональна. Время вышло, остаётся лишь принять решение суда. Нейт слегка нервничал, но прекрасно справлялся с волнением. Старшина присяжных передал конверт с ответом судье. Как гром среди ясного неба раздался голос судьи: - Подсудимый, встаньте пожалуйста. А офицер тем временем зачитывал обвинение старшине присяжных: - Каков ваш вердикт народ против Нейта Картера? Изнасилование первой степени. Я задержал дыхание. Сердце бешено бились о грудную клетку. Я чувствовал значение свободы. Нейт тоже не остался равнодушен: губы были сжаты в тонкую полоску, и он тоже не дышал, непрерывно смотря на судью. - Мы считаем, что подсудимый, - казалось, будто старшина нарочно растягивает слова, наводя все больше интриги, - невиновен, ваша честь. Я, Нейт, весь зал, вышел из этого оцепенения. Послышались недовольные возгласы и возмущенные вздохи. - Спасибо, господа и леди присяжные, вы прекрасно поработали. Благодарю вас, вы свободны, - сказал судья, и присяжные покинули помещение. - Судебное заседание я объявляю закрытым. Все начали расходиться. Но видимо недовольство мистера Птермайгана перешло все границы: - Да что вы себе позволяете! Я упеку этого ублюдка и вас за решеточку! Вы, безжалостная тварь! - жена, совсем осунувшаяся, пыталась его остановить, удерживая за руку. - Ваша жена сама ко мне подошла. На вашем месте я бы сменил жену, пока не поздно, - выйдя вперёд, холодно бросил Нейт, уводя меня за руку из здания суда. Я фыркнул и, выдернув руку, пошёл за ним. Тоже мне защитник! Так странно идти за ним. Странно пугающе быть ведомым... *** Мы молчали. В машине было тепло. Я отрешенно смотрел в окно, он же задумчиво скользил по мне взглядом. Я знал, чего он хочет. - Куда? - его голос звучал ровно, но я не чувствовал в нем уверенности. Он тоже напуган. Неизвестность всегда пугает. Привычный образ жизни даёт ощущение защищенности. А сейчас... - К тебе, - сказал я. Мой ответ захлопнул наши ловушки. Пути назад не было. Глупо будет потом жалеть, но сейчас мы две кошки в клетке. Исход не знает никто. Тот же тихий район, та же гостиная, тот же резкий запах пороха и шалфея. Я прижат к холодной стене, как на расстрел. Нейт сзади, его руки до боли сжимают мои бедра. Наш жестокий поцелуй лишает разума. Я сдаюсь. Подчиняюсь. Сердце бешено стучит в груди. Я не могу сопротивляться. Его запах подавляет меня, но я так хочу... Это не инстинкт, убивающий волю, это моя страсть, мое безудержное желание быть взятым. Он грубо сдирает наши брюки, я тяжело, рвано дышу. Я возбуждён до предела, он тоже. Я чувствую его власть, она опьяняет. Это ново, но так хорошо... Он входит резко, не заботясь о растяжке. Я пронзительно кричу на каждом толчке. Боль окутывает все тело, глаза невольно становятся мокрыми. Я знал, что так будет. Ни капли ласки, лишь дикий, звериный секс. Он подчиняет, я наслаждаюсь. Стоны сменяют крики. Ноги подкрашиваются, и я оседают на пол. Нейт меняет темп: входит медленно, но глубже. Он рычит, а мой голос срывается на хрип. Секунда - и упоительный оргазм пронёсся по каждой клетке миллиардами молекул нейрогормонов. Я кончил, не касаясь себя: мои руки были зажаты над головой. Альфа, глубоко вогнав свой член, кончил. Тихо. Нейт невесомо провел кончиком нос по позвоночнику и легко поцеловал в шею. Эти секунды, чистые, невинные так не похожи на наше нечеловеческое безумие... Я лежал и приходил в себя, пытаясь думать и осознавать. После трех последних выдохов на мою спину Нейт поднялся, громко звеня пряжкой ремня. Я видел, как он неторопливо подходит к окну и раздвигает шторы, за которыми были яркие огни ночного города. Как я и предполагал, долго простоять он не мог, слабость после секса взяла свое, и он, пройдя на середину комнаты, сел на ковер, по-прежнему смотря в окно. Его запах все так же резал по стенкам носа, но сейчас он был еще ближе. Я лежал на животе, повернув голову в его сторону. Я не хотел говорить. Тело неимоверно болело, анус был растянут до предела, одежда небрежно задрана, тело покрывали синеющие пятна и следы от зубов. Я находился в ожидании. Ожидание чуда. Я чувствовал, что и он этого ждет. Тишина давила и казалась бесконечной, как сперма, текущая из меня белыми струйками. Становилось холодно, все остывало, как и мое ожидание, и моя душа. Все было мимолетным импульсом, ведь так? Скажи это... - Фокс, чего ты ждешь? Отрешенный, усталый голос разбавил затянувшуюся тишину. Глупый вопрос. А чего ты ждешь, Нейт? Ни ты, ни я не ответим, и ты это знаешь, как и я. Мы слишком горды и упрямы. Ты и я - независимы. Нас пугает покорность. Мы две вольные птицы, презирающие клетки. Свободный полёт - наша жизнь. Надежда иссякла. Ожидание исчезло. Пришел здравый взгляд на вещи. Я не могу так, туман рассеян. Нужно подняться. Сейчас можно кричать, протяжно и долго, этот гимн, моя ода минутной слабости. Тело до сих пор ломит, встать будет трудно. Я несколько раз пытаюсь встать, но продолжаю падать, от боли ноги подкашиваются. Я не стану опираться, не останусь, главное устоять на ногах! Не знаю в какой раз, но мне все-таки это удается, ко мне приходит уверенность. Дальше все просто. Я должен устоять, я должен воспарить. Я неустойчиво держусь на ногах, но ухожу, надеюсь, дальше будет проще. Я сломлен, но не связан. Я на коленях, но душа свободна. И это, должно быть, главное? Я ведь этого хочу: свободы? Один звонок - и меня будут ждать такси, квартира и Спайк. Я ведь счастлив?!