Незнакомец

Кэрри подошёл ближе. — Ана, у нас уже были планы. Мы не можем просто... Мой отец пристально уставился на Кэрри с невысказанным гневом в тяжёлом взгляде. — Планы меняются. Теперь поцелуй Анастейшу на прощание. Она уезжает. — Я? — я сделала шаг назад, сжимая телефон. Я не отрицала, что Кристиан Грей хорошо выглядел, и, казалось, был успешным, если судить по его одежде, но, если мне позволяли сходить на свидание, я хотела бы этого с Джеймсом Бондом, а не с этим холодным незнакомцем. — Вы, — Кристиан протянул мне руку и его взгляд поймал меня в свою золотую клетку. — Я отвезу вас в одно особенное место. — Она никуда не поедет с тобой, придурок, пока не захочет, — Кэрри выпятил грудь, и положил руку мне на поясницу. — Анастейша, скажи ему. Мой взгляд вернулся к отцу. То, что я заметила в его глазах, послало холод, который потрескивал на коже. Его губы были сжатыми, а глаза яркими и немного блестящими. Но щеки отца были тёмными от гнева. Он с негодованием посмотрел на мистера Грея. — Я передумал. Не сегодня. Кэрри фыркнул, и, соглашаясь, кивнул. Густое варево из мужского тестостерона заполнило мои лёгкие. Кристиан холодно улыбнулся. — Вы дали своё слово, мистер Стил. Этого уже не избежать, — послав мне свою резкую улыбку, он промурлыкал: — Кроме того, нам есть, о чём поговорить с мисс Стил. Пришло время нам познакомиться, и сегодня как раз удачный вечер для этого. — Простите, конечно, пока вы тут ссоритесь из-за меня. Но что насчёт того, чего хочу я? — я скрестила руки. — Я устала, переутомилась, и не в настроении развлекаться. Спасибо за ваше предложение, но... — Никаких «но», Анастейша. Все уже устроено и обговорено. Вы поедете со мной, так закончится ваш вечер. — Грей опустил голову, исподлобья наблюдая за мной. — Обещаю, вы хорошо проведёте время. И я имею в виду, что не причиню никакого вреда... вы действительно думаете, что если бы ваш отец так не думал, он позволил бы мне забрать вас? Безразличие — говорил его взгляд. Отчуждение — шептала его поза. Расчёт — излучала каждая его пора. Меня никогда так не запугивали и мне никогда так открыто не бросали вызов. Мой отец, возможно, и разрешил это, но не потворствовал этому. Каким-то образом Кристиан смог сделать невыполнимое, и убедил отца, что он был подходящим. Если он смог повлиять на Рэймонда Стила, у меня не было никакого шанса... и всё же... несмотря на высокомерие и напускное равнодушие, он заинтриговал меня. Отец всю мою жизнь никуда не выпускал меня. Это был первый мужчина, который сможет противостоять ему и предоставить мне проблеск свободы. Страх исчез, оставив только вспышку интереса. Если этот мужчина был единственным, с кем мне позволено провести вечер, то я согласилась бы на это. Я сделала глубокий вдох, и осторожно вложила свою руку в руку мистера Грея. Его прикосновение было таким же холодным, как и поведение, и таким же решительным. Я застыла, когда его пальцы сжались вокруг моих, и потянули меня вперёд: — Правильное решение, мисс Стил. Надеюсь узнать вас получше. Мои лёгкие заполнил его аромат — кожи и леса. Слова покинули меня. Шоу исчезло вместе с моим беспокойством и мыслями об отце. Ушло и желание вернуться в гостиничный номер. Этот мужчина был откровенной опасностью, а я никогда не пробовала ничего, кроме безопасности. — И я вас, — пробормотала я. Мой спутник улыбнулся, меняя своё выражение лица от прекрасного до безжалостного. — Пожалуйста, зовите меня Кристиан, — сменив рукопожатие на крепкий захват, он потянул меня вперёд — прочь от моей семьи, прочь от мужчин, которых я знала всю свою жизнь, к будущему, которого я не понимала. Рука Кэрри упала с моей спины. Я не оглянулась. Я должна была оглянуться. Я никогда не должна была класть свою руку в лапу этого монстра. Это был последний день свободы. Последний день, который мне принадлежал. Когда-то давно, индивидуальность и уникальность — были двумя драгоценными словами. Я была воспитана мрачным, но справедливым отцом, и братом, за которого бы вышла замуж, если бы это не было инцестом, и я полагала, что была уникальной, особенной, другой. Я ненавидела ложь. Ещё сильнее я ненавидела то, что верила в эту ложь, пока правда не свалилась на меня. Выходит, я никогда не была индивидуальностью. Я была собственностью на продажу. Я никогда не была уникальной, кто-то раньше прожил мою жизнь уже много раз, не свободную, не полную. Моя жизнь никогда не была моей. Моя судьба уже была предрешена. Моя история началась в ту ночь, когда он пришёл за мной.