Ошибочка вышла...

      Джарет скучал. Еще неделю назад это было вполне привычным и нормальным для него состоянием. Ну, а с чего веселиться-то, когда все шутки и каверзы за сотни лет поросли мхом и плесенью, вокруг кишат умственно недоразвитые подданные с мозгом размером с кукиш младенца, родители в Надземье закалили свои нервы и практически забросили практику сплавлять непослушных отроков домовым, а Сара… Мысли о ней всегда были альфой и омегой его дурного расположения духа. Джарет собрался было пройтись добротно утоптанной тропой тоски и депрессии по воспоминаниям, где Сара отвергает все, что он готов был бросить к ее ногам, но сегодня, к его удивлению, как-то не страдалось. Его величество издал душераздирающий вздох, чтобы настроиться. Раз десять пересел на покосившемся троне и едва не порвал штаны о древний гвоздь. Легенда гласила, что этот гвоздь — праотец всех гвоздей — был вбит еще при зарождении Лабиринта, но сам-то Джарет еще не успел забыть, с каким скрипом давалась ему в юности столярная магия. Монарх снова вздохнул и метнул обглоданную кость в мелкого гоблина, копошившегося в зале, который казался теперь чересчур просторным и слишком чистым. Атмосфера для качественного перехода скуки в затяжную угрюмую хандру никак не создавалась.       Король гоблинов поймал себя на том, что за какую-то несчастную неделю как будто разучился предаваться нормальной меланхолии. Мысли то и дело перескакивали на всякую ерунду вроде того, где теперь брать дизельное топливо для пристрастившихся к его парам орков… Или хотя бы откуда притащить в Лабиринт приличного нарколога, дабы избавить слабовольных и скудоумных вассалов от пагубной зависимости. А еще было чертовски любопытно, что учудит его недавняя головная боль, возвратившись в свой мир. Судя по тому, что он успел мельком различить в хрустальном шаре, вероятно, не поздоровится там многим… Шум за дверью в очередной раз сбил Джарета с так и не оформившейся печальной мысли.       — К его величеству нельзя! — раздался взвизг кого-то из гоблинов, а следом — звук, словно кто-то пнул по спущенному футбольному мячу, и в зал ворвалась уже хорошо знакомая королю двуглавая змея с парой диадем набекрень. И выглядела она отнюдь не благодушно. Владыка Лабиринта изменился в лице и, памятуя о прошлой встрече, принялся мысленно перебирать свой магический арсенал. Если принимать во внимание, из чьей грезы выпала эта змеерусалка, ожидать от нее чего-то хорошего не приходилось.       — Джарет, ну и где моя подружка? — мрачно постукивая хвостом по полу, с места в карьер начала посетительница. — У меня уже и платье свадебное готово, и закуски заказаны, а подружки невесты нет! Без нее свадьбы не будет!       — Ну, значит, судьба у тебя такая — в старых девах куковать, — философски отозвался его величество и едва успел пригнуться, когда хвост змеи, оказавшийся необычайно длинным и непредсказуемо вертким, попытался обвиться вокруг его шеи.       — Мы требуем Славку обратно! — прошипела Дорофея.       — А ПМЖ на Болоте Вечной Вони вы не требуете? — вкрадчиво осведомился Джарет.       — В случае невыполнения наших требований мы перекроем парочку труб, и Болото Вечной Вони само придет сюда, — невозмутимо отозвалась змеища. – Тут, конечно, и так не фиалками благоухает, но пока, по крайней мере, фонтаны нечистот из мраморных толчков не извергаются.       Джарет сделал движение рукой, которого обыкновенно с избытком хватало, дабы избавить его от общества надоедливых домовых, однако со змеей этот номер не прокатил. Дорофея и не думала исчезать. Его величество привык к тому, что все в Лабиринте подчиняется его воле беспрекословно, но Славка даже после возвращения в Надземье продолжала нарушать весь порядок вещей и его покой. Король гоблинов скрипнул зубами с досады.       — И индикатор в расстройстве, — не отставала от него двуглавая толстуха. — Никаких новых оттенков за последние дни! А мне не с кем даже обсудить мое новое платье! Нет, я решительно требую свою подругу обратно!       Джарет поднялся с трона и с задумчивым видом отошел к окну. Мгновение — и белоснежные крылья уже рассекали воздух за стенами замка. Опустившись на плечо золотой статуи в саду, король собрался было насладиться тишиной. Но в этот миг его настигло мяуканье проклятого Цербера:       — Ваше величество, а где хозяюшка-то наша? Я ей туфли отмыл! Нашлись мои сапоги!       Увидев, что за обувь красуется на коте, Джарет даже дара совиной речи лишился от злости. Его собственные сапоги, которые он тщетно искал второй день!       — Это мои сапоги, — наконец, удалось гневно ухнуть повелителю.       — Не может быть! — вскричал котяра, и его пушистый, похожий на ершик для бутылок, хвост завибрировал, между делом извергая струю, образующую причудливую монограмму на голенище. — Я был убежден, что это мои! Но я не вор. Мне чужого не надо. Возвращаю, ваше величество…       Джарет был достаточно научен опытом, чтобы успеть задержать дыхание. Мелькнувшую было мысль о традиционной каре Болотом Вечной Вони пришлось тут же отмести. Тот, кто собственнохвостно продуцирует подобные ароматы, вряд ли убоится Болота. Колотушек в королевстве было уже больше, чем дверей, разнокалиберные ночные вазоны, сотворенные из нерадивых орков, теснились везде, где только возможно (не раз его величество засекал их и на кухне среди кастрюль, после чего и повар обычно пополнял ряды данных изделий). Все было старо и заезженно, все приелось. Король гоблинов взмахнул крылом, отгоняя неторопливо ползущее к нему облако зловония, и полетел обратно во дворец в надежде, что Дорофее наскучило его ждать, и она возвратилась к своему рыболикому принцу, а не подстерегает властителя за дверью с подручным метательным оружием.       Змеи и в самом деле уже не было, лишь Дундук в своем игривом фартучке добросовестно подметал тронный зал.       — Пошел вон! — заскрежетал зубами владыка и по привычке метнул сферу в ревнителя чистоты.       — Вы бы, вашество, тут не мусорили, — ворчливо пробухтел гоблин, заметая осколки. — Хозяюшке это не понравится… ой, как не понравится…       — Нет тут больше никакой хозяюшки! –взревел Джарет. — И с каких это пор ее слово стало решающим?!       — С таких… вам она песен не пела, вашество, вам не понять, — огрызнулся Дундук. — А мне она еще какой-то попсой грозила… лучше мне и не знать, что это. Отодвиньтесь-ка, ваше гоблинство, мне тут подмести надо.       «А ведь интересная кара, мучительная», — невольно призадумался король, на минуту забывая о том, какое наказание он сам только что изобретал для этого остолопа. Да, Лабиринту определенно давно недостает свежих идей. Может, провести в замок интернет было не такой уж плохой затеей?       — Время обеда, вашество! — приседая и кланяясь, в приоткрытую дверь протиснулся старый гоблин с сервировочным столиком. — А сегодня у нас картошечка с грибами — все как любит хозяюшка!       Джарет глухо зарычал и ринулся прочь, на ходу отпихнув ногой своего новоявленного официанта. Последнее, что он услышал за спиной — это дружное и жадное чавканье по меньшей мере десятка вылезших из всех углов орков, впервые на своей памяти дорвавшихся до чего-то, кроме объедков.

***

      Утром, на автопилоте собираясь на работу, Славка вдруг вспомнила о своем эпохальном решении и решительно отодвинула в сторону плечики с унылым костюмом. Может, в этой реальности сотворить из шефа мумию в туалетной бумаге ей и не удастся, но хотя бы сама и дальше превращаться в чертову мумию она не станет. Да они же все там мумии, без проблеска жизни в глазах, в которых отражаются лишь блики мониторов да мелькают циферки недовыполненных планов! В бунтарском порыве Славка натянула самый что ни на есть открытый сарафан и сдернула стягивающую непокорные космы в тугой пучок заколку.       — Яся, у тебя что, выходной? — ошеломленно уставилась на нее мама.       — У меня новая жизнь, — просветила ее Славка, влезая в строго запрещенные шефом в офисе босоножки.       — В которой нет места работе? — нахмурилась мама.       — В которой нет места бессмысленной и нудной работе и бессмысленным и нудным отношениям, — поправила ее влекомая мятежным духом Ярослава.       — И много у тебя на примете не нудной работы? — осведомилась мать, неодобрительно наблюдая за тем, как чадо втыкает в волосы совершенно легкомысленный и не вписывающийся в имидж приличного офисного планктона цветочек.       «Работать гоблином хотя бы на полставки было б весело», — подумала Славка, но благоразумно промолчала.       — А чем тебе не угодили на этот раз отношения? — осуждение в голосе мамы возрастало в геометрической прогрессии.       — Я встретила другого мужчину, — пожала плечами дочь.       — И что же кардинально отличает его от всех прочих мужчин?       — А, всего лишь пустячок... Он король гоблинов, — пробормотала Ярослава, возясь с дверным замком.       — Что? — растерянно переспросила мама, однако Славка уже вихрем неслась вниз по лестнице.       На работе охранник у вертушки так вытаращился на Славкин наряд, что даже забыл спросить пропуск и отметить опоздание. Торжественно миновав все аквариумы с прижавшимися к стеклам физиономиями с выпученными глазами (русалы тут же приняли бы всю эту братию за своих), Ярослава завернула к своему закутку. Там она, игнорируя надрывающийся телефон, старательно нацарапала заявлении об увольнении, выгребла содержимое ящиков стола в пакет, сунула его под мышку и прошествовала в кабинет босса. Постучать она не удосужилась, как и выслушать протесты секретарши о том, что у нее не назначена встреча.       — Как прикажете это понимать? — рявкнул начальник, наливаясь багрянцем от лысины до третьего или четвертого подбородка.       — А вот догадайтесь с трех попыток, — беспечно предложила Славка. — Может, я явилась вас соблазнить? Нет, ответ неверный. Меня не привлекает то, что невозможно разглядеть даже под микроскопом…       Шеф так захрипел, что она даже немного струхнула, как бы того прямо на месте кондратий не хватил. Проследив за направлением его помутневшего от ярости взора, Славка поспешила внести уточнения:       — Я вообще-то имела в виду мозг, но если у вас и там все обстоит так же безнадежно…       — С этой секунды ты уволена, а еще оштрафована за нарушение дресс-кода, субординации…       — … и разглашение служебной тайны, — подсказала Ярослава, почти с ужасом осознавая, что ее несет, и еще немного — и она и впрямь опрокинет кофе на плешивую директорскую макушку, а там и за воплощение остальных суровых грез примется. Шеф разинул рот… и так и не смог издать ни звука. Глаза бешено вращались, челюсть двигалась — однако звук пропал напрочь. Словно кто-то выключил. Это было странно. Тем не менее слюна из его рта разлеталась, точно брызги Ниагарского водопада, и Славка, кинув заявление на стол, поспешно выскочила из кабинета. И тут же едва не налетела на поразительно контрастировавшую с безликими офисными стенами фигуру с почти таким же, как у нее самой в это знаменательное утро, беспорядком на голове, в аметистово-сиреневой, распахнутой на груди, рубашке, и облегающих бриджах. Небрежно облокотившись о подоконник, посетитель рассеянно пытался забросить бумажный шарик в ошалело раскрытый рот застывшей в полной неподвижности секретарши. Да и вообще весь офис замер в полнейшем безмолвии.       — А ты что здесь делаешь? — настороженно спросила Славка, попятившись.       — Явился на собеседование на вакансию курьера, орк тебя побери, — ворчливо отозвался Джарет. — Собирайся уже и пошли.       — Куда? — Славка несколько нервно ухватила с подоконника горшок с чахлой фиалкой. Неужто его величество решило все же отыграться за все причиненные ею неприятности?       — О, гоблины и домовые, — король досадливо вздохнул, машинально прикрываясь от возможного броска: теперь-то он был уже ученым и с должным почтением относился к различным увесистым керамическим сосудам. — Куда-куда… обратно.       — Обратно? В смысле — снова в Лабиринт? — напряглась Ярослава.       — В Лабиринт. В Гоблин-Сити. В Замок, — голос его величества прозвучал довольно-таки сварливо. — Пусть в моем распоряжении вечность, но я не намерен разбрасываться ею, гоняясь за тобой по твоему суровому городу. Ты ничего тут больше не забыла, смею надеяться? — осведомился он, смерив взглядом пронзительных глаз с разными зрачками объемистый пакет в Славкиной руке.       — А тебе-то что до этого? — огрызнулась та.       — Да так, не хочу, чтоб ты потом убивалась по какой-нибудь безделице, когда я сравняю это унылое место с землей, — небрежно заметил Джарет.       — Эй-эй, погоди! — испугалась Славка. – Нет, на босса мне начхать, хоть пускай его на сухой корм для мелких пород гоблинов, но остальные-то чем виноваты, что они зануды?       — Гоблины привыкли к диете из объедков, нечего их лишний раз баловать. Но можешь прихватить его с собой и лично сунуть вниз головой в Болото Вечной Вони, замуровать выход оттуда я уже распорядился, — пожал плечами Джарет, и внезапно его глаза недобро сузились:       — Ну, так долго мне тебя еще ждать?       — Ты хочешь сказать… — Славка озадаченно нахмурилась, — хочешь сказать, что предлагаешь мне вернуться и…       — Ты соображаешь почти так же туго, как гоблины, — раздраженно бросил его величество. – Да, черт подери, я предлагаю тебе вернуться и продолжать ставить мой Замок и Лабиринт с ног на голову, как это ты умеешь. Можешь даже притащить в гости всю свою ненормальную семейку, построить пыточную комнату с караоке, отмыть хозяйственным мылом всех гоблинов, пустить своего Пашку на новый балдахин с жутким ликом взамен полинявшего... ну и вообще развлекаться, как сочтешь нужным.       — Джарет… но почему? — потрясенно спросила Славка, недоверчиво всматриваясь в его непроницаемое лицо в поисках подвоха.       — Потому что вечность в окружении одних гоблинов дьявольски скучна и однообразна, — буркнул Джарет и протянул ей затянутую в перчатку руку:       — Так ты идешь?       Славка на миг заколебалась, но, представив себе череду долгих унылых дней в подобном этому офисном террариуме под зорким оком очередного босса, сериалы по вечерам и свидания со всякими пашками, решительно запихнула горшок с фиалкой в свой и без того битком набитый пакет и протянула Джарету ладошку:       — Да, иду!       — Позволь полюбопытствовать, на что тебе это хилое растение? — осведомился король гоблинов, насмешливо приподняв бровь.       — Выращу из него фитогоблинов, на генном уровне ненавидящих людей в дорогих пиджаках, — ответила Славка, прижимая локтем к боку свое имущество. — Неужто думаешь, я устою перед искушением организовать шефу небольшой вояж по Лабиринту?       — Я в тебе даже не сомневался.       Одно мгновение — и офис снова загудел, возвращаясь к привычной жизни, но ни Славки, и Джарета в нем уже не было. Впрочем, как и босса, который как раз в эту минуту пришел в себя от весьма чувствительного укуса в тыльную часть и вместо своего кабинета увидел лишь уходящие в бесконечность высокие стены. Стайка рассерженных фей выпорхнула из примятой им травы и яростно атаковала пришельца, точно звено истребителей. Протяжный вой пронесся над Лабиринтом и заглох в легендарном Болоте Вечной Вони.