Broken

Я переехал домой через три недели после того памятного утра. И чувствовал себя офигительно. На самом деле, я чувствовал себя так впервые за два года. Я чувствовал, что теперь все правильно, и мир пришел в гармонию. Шарлотта и другие галеристы, заинтересованные в продвижении моей карьеры, были несколько расстроены моим переездом, но они озвучили, что все еще хотят выставлять мои картины. В действительности Шарлотта на данный момент выставляла три мои работы – их должно было быть четыре, но одна была продана на прошлой неделе за семьсот пятьдесят долларов. А Брюс, еще один владелец галереи, организовал осеннюю выставку начинающих художников и хотел, чтобы я стал ее частью. Как оказалось, Питтсбург не стал прямо-таки смертным приговором для моей карьеры, что, по-моему, для Брайана стало ещё большим облегчением, чем для меня. В первые месяцы моего пребывания дома мы мало говорили о свадьбе. Не так много, как бы мне хотелось, но достаточно, чтобы я понял, что Брайан все еще серьезно относится к этому. Он просто не давал мне понять, когда он хочет это сделать. Спустя еще пару месяцев он сообщил мне, что к нам в гости в апреле приедет Гас. Я уставился на него, не донеся до открытого рта вилки с наколотым на нее равиоли с грибами. - Серьезно? Брайан кивнул, доедая свою порцию, и глотнул вина. - Да. У него весенние каникулы. В Канаде, похоже, они позже. Ну или это так в его школе. Линдси и Мел тоже приедут. - Сюда? Они будут жить с нами? – я был настроен весьма скептически. Брайан взглянул на меня так, будто я умственно отсталый, потом взял со стола свою пустую тарелку и остановился рядом со мной, чтобы поцеловать в макушку по дороге к раковине. - Да, Солнышко, мы будем толпиться в лофте с двумя детьми и двумя лесбиянками. А в кровати будем спать все вместе. Что, безусловно, разнообразит нашу сексуальную жизнь. Ты же знаешь, как я люблю трахаться на публике. - Ха.Ха.Ха. - Я забронировал для лесбиянок люкс в Хилтоне на неделю, хотя я думал, что Гас сможет провести пару ночей здесь, - проговорил он с ухмылкой, - в том случае, если ты сможешь вести себя прилично рядом с ребенком. Я хитро улыбнулся, потому что шансы были не велики, было трудно устоять …. от стояка. Даже одну ночь. Но я мог бы сделать это ради Гаса. Тем не менее, все это казалось достаточно странным. Я хочу сказать, Брайн любил видеться с Гасом и несколько раз летал в Торонто. Но то, что ДжиАр, Мэл, Линдси и Гас летели сюда – это уже был перебор. А потом он по-настоящему шокировал меня. - И не планируй ничего на ту субботу, когда они прилетят. Мы с ними обедаем,- он говорил мне все это, всецело сосредоточившись на полоскании тарелки в раковине. – И пригласи свою маму, Молли и Дафни, хорошо? Я повернулся прямо на стуле и уставился на него: - Какого хуя происходит? Мы сцепились взглядами, и я все понял. Он не сказал ни одного ебанного слова. Не улыбнулся. У него, блядь, ни один мускул не дрогнул, но я все понял. Все было написано в его потрясающих, сексуальных глазах. - Мы женимся,- прошептал я. Маска загадочности слетела с его лица, и он улыбнулся уголками рта. Я вскочил, быстро пересекая то небольшое расстояние, что разделяло нас, и бросился на него с такой силой, что он потерял равновесие и ударился спиной о холодильник. Мы никому не сказали, для чего их пригласили или что происходит. Линдси с Мэл и детьми прилетели в понедельник, и мы провели отличную неделю, изображая «папочек». Это было классно, особенно видеть, как Брайан общается с Гасом. Он, блядь, жил ради этого малыша. Мэл и Линдс вовсю пользовались возможностью побыть наедине, а Майкл, Дэбби и Бен с кайфом возились с ДжиАр. Все были счастливы и немного растеряны, когда появились в роскошном, но небольшом ресторане, притаившемся в старинном здании на берегу реки Аллегейни. Они думали, что это прощальная вечеринка для Линдси и Мэл, которые на следующий день возвращались в Канаду. И хотя все думали, что бронирование всего ресторана это уж слишком, но списали все на очередное неожиданное проявление огромной любви Брайана. В любом случае, они не ошиблись. Эммет первым просек ситуацию, когда понюхал один из множества букетов, расставленных по всей комнате. - Ммм… Божественно. Что это? - Гардении, - ответил я, стараясь не улыбаться, как смущающаяся невеста, потому что знал, что Брайан влепит мне подзатыльник. Брайан сорвал цветок из вазы, понюхал его и улыбнулся мне. - Золотые Гардении, - Эммет кивнул, и почти подпрыгнул от понимания. И мгновенно зарыдал от умиления: - Вы женитесь! А затем, как по команде появился священник. - Еб твою мать! Наконец-то! – Дэбби завизжала. Линдс так ликовала, что, казалось, вот-вот лопнет от радости. Мэл засмеялась, очевидно, до конца не веря в происходящее. Тэд подавился вином. Бен немного виновато улыбнулся, а Майкл так сильно обнял Брайана, что из того вышибло весь дух: - Такое ощущение, будто ты хочешь быть моим шафером. Мама с Молли плакали. Я смущался и умолял их прекратить, хотя в душе мне это чертовски нравилось. Мне нравилась каждая чертова минута этого вечера. И все становилось только лучше. Клятвы были просты, мы написали их сами. Я удивился, что он хотел этого, но когда я предложил, то Брайан просто кивнул: «Да. Это будет хорошо». Я сказал ему, что люблю его. Что всегда любил его и всегда буду любить. Я говорил то, что все и так знали, что он мое вдохновение. Что единственная причина, по которой меня зовут Солнышко, когда я улыбаюсь, в том, что в те моменты я думаю о нем, и что он свет моей души. Я говорил, что без него не стал бы тем, кем стал, и не забыл упомянуть, что очевидно я так до сих пор и не узнал бы, что такое римминг. (Он на этом ухмыльнулся, а все расхохотались). Брайан сказал мне, что с первой минуты, как увидел меня, знал, что я особенный. Что я стану отличным любовником (вся комната застонала, а я улыбнулся). Он сказал, что не понимал, пока не стало слишком поздно, что я также был бы отличным другом, потрясающим партнером, и лучшим, что когда-либо случалось с ним. Брайан говорил, что не понимает, как он здесь оказался, но каждое утро, просыпаясь, он благодарит гребанную Вселенную за то, что он здесь. И за то, что я тоже здесь. А потом он пообещал трахать меня до потери сознания, когда я попрошу, и даже когда я просить не буду. (Все снова застонали, но по моим щекам катились слезы). Подушечкой большого пальца Брайан стер слезинку с моей щеки и священник попросил кольца. Гас спрыгнул со своего стула и подбежал к нам с прекрасной, бархатной коробочкой в руках. Но он на секунду застопорился, смущенно спросив: - Кому из папочек я должен дать ее? И мое сердце на хуй взорвалось. Брайан наклонился, улыбаясь от уха до уха, взял коробочку и поцеловал его в щечку. А потом он сделал то, ради чего я готов был умереть. Он снова надел это простое, платиновое кольцо мне на палец и я сделал то же самое, после чего он целовал меня, пока у меня не встал. Слава Богу, мои брюки были достаточно просторны, чтобы скрыть это. Вечеринка продолжалась почти до трех часов ночи. Мама получила свой чертов танец с сыном, о котором она так мечтала. Молли получила танец с Брайаном, которого она обожала, а Дафни получила ехидное замечание от Брайана, которого она тоже обожала. И Бен пытался принести извинения за то, что наговорил мне в закусочной. Я отказывался принимать их, сказав, что главное, что он с Майклом, а я с Брайаном. Потому что, какие бы дороги не привели нас сюда, мы ровно там, где должны быть. Когда мы с Брайаном ввернулись в лофт, он снова удивил, перекинув меня через плечо и перенеся через порог. Я хохотал, потому что не было ничего романтичного в том, чтобы быть перекинутым через плечо своего любовника. Ничего романтичного для гетеросексуалов, но я точно мог справиться с этим. Он отнес меня прямо в спальню и бросил на кровать. Я улыбнулся ему. - Итак, это было чертовски прекрасно, - сказал я, наблюдая, как он раздевается. - Да, - согласился он улыбаясь в ответ. – Вроде того. Я уселся на кровати, и пялился на его руки, расстегивающие пуговицы на рубашке. Его обручальное кольцо блестело в тусклом свете, и это определенно было самой охуенно возбуждающей вещью, которую я когда-либо видел – его рука с обручальным кольцом. Серьезно, у меня встал. - Ты женился на мне, - скорее выдохнул я, чем сказал. На нем не осталось ничего, кроме нижнего белья, когда он ухмыльнулся в стиле Кинни: - Будто у тебя когда-нибудь были сомнения. Брайан опустился на колени рядом со мной и начал расстегивать мою рубашку. Пока он делал это, я скользил руками по его обнаженному телу. - Я был полон сомнений, - рассеяно ответил я, поглощенный ощущениями от его теплой кожи под подушечками моих пальцев и возбуждением от вида его встающего члена, распирающего боксеры. Я был наполовину обнажен, когда он поцеловал меня в ключицу, скользнув губами выше к ушной раковине, и прошептал: - Я, блядь, невероятно рад, что ты не сдался. Брайан прикусил зубами мочку уха, и я вздрогнул, потянувшись руками к своим брюкам. Но он опередил меня и прежде, чем я успел опомниться, я уже приподнимал бедра и Брайан помогал мне выскользнуть из остатков одежды. Я схватил его лицо, притягивая к себе, и мой язык пробрался ему в рот, пока он ложился на меня, вжимаясь всем телом. Брайан терся об меня, мы целовались, и я почувствовал, что его трусы стали влажными. Я перевернул Брайана, укладываясь сверху, и заскользил языком, едва касаясь его шеи, груди и живота, опускаясь все ниже и ниже. Я нырнул пальцами ему за пояс и стянул с него трусы, пока мой язык скользил по его длинному, прекрасному стволу. Но на нем я не задержался. Не сегодня. И, похоже, он не был против. Брайан потянул меня обратно к себе, целуя с закрытыми глазами, потираясь своим обнаженным членом о мой, слегка поддразнивая. Он гладил меня по спине, продвигаясь от шеи вниз к впадинке между ягодицами, и каждое его движение посылало электрические разряды по моему позвоночнику. Я хныкнул и застонал, когда его палец скользнул в мою дырку. Мои бедра дернулись и наши члены болезненно соприкоснулись, когда он проник в меня вторым пальцем и зашептал: - Уже прошло шесть месяцев. Я извивался на его пальцах, а мой мозг был окутан дымкой похоти и желания, так что я почти потерял смысл сказанного. Почти. Это так сильно меня поразило, что я задрожал. Брайан в неспешном ритме лениво двигал пальцами внутри меня. - Мои тесты все еще отрицательные, - он слегка улыбнулся, - твои результаты тоже. - Ты видел? - Ты прицепил их к холодильнику, придурок! – он покусывал мою шею, а когда он сильнее, чем нужно засасывал кожу в тех местах, это вынуждало меня насаживаться задницей на его руку. И когда он прошелся костяшками пальцев по простате, я почти застонал ему в губы: - То есть… - Да, - Брайан выглядел неожиданно серьезным. – Если ты хочешь. Вместо ответа я перевернулся, укладывая его на себя, и обвил его талию ногами. Брайан посмотрел на меня сверху вниз, и в его глазах на секунду вспыхнуло сомнение, но он все равно взял тюбик со смазкой. Я потянулся вверх и дотронулся рукой до его щеки, он повернулся, и поцеловал меня в ладонь, а потом без предупреждения толкнулся в меня. Мои глаза закрылись, и голова откинулась на подушку, а Брайан не двигался. Я почувствовал, как через все тело прошла судорога, и наконец, расслабился вокруг него. Это ощущалось теплее, чем с презервативом. Это ощущалось…. Блядь, охуенно. Брайан начал двигаться вперед и назад. Медленно и нежно. Так же, как и в первый раз, и в первую ночь после нападения. Я сконцентрировался на том, чтобы не кончить, пока он наращивал ритм, и это было самой сложной вещью, что мне когда-либо пришлось делать. Он издал какой-то звук и потом я услышал его команду: - Открой глаза. Я и не заметил, что они закрылись. Я поднял на него взгляд. Он толкался сильнее, каждый раз проезжаясь по простате, посылая прямо мне в яйца волны жара. Было слишком жарко. Пока все не закипело, взорвалось и я излился между нами, а следом задохнулся Брайан, задрожал и с криком кончил. И я снова почувствовал волны тепла, на этот раз внутри, когда он накрыл меня своим телом. Я ухватился за него, притягивая ближе. Каким-то образом, не успев оправиться от оргазма и даже восстановить дыхание, мы уснули. Проснувшись утром, я обнаружил, что Брайана на мне не было, он свернулся рядом спиной ко мне, а я вжимался в него. Я и мой утренний стояк. Я был уверен, что он все еще спал, пока не почувствовал, как он толкнулся задом и я задохнулся от восторга, чувствуя своим твердым членом его задницу. Мы лежали так, лениво поддразнивая друг друга, и я покрывал редкими поцелуями его плечи и основание шеи, а потом он потянулся назад, перехватывая мою руку, лежащую на его бедре. Я, потрясенный, пытался восстановить дыхание, когда Брайан провел мою руку между нами и уложил ее между своими ягодицами. Он перестал толкаться в меня, а я перестал двигаться и дышать. Он действительно…. он собирался… - Растяни меня, - потребовал он неровным шепотом. Мой палец медленно скользнул в его дырку, и он дернулся назад, сдаваясь. Я немедля добавил второй палец. Он издал очередной гортанный звук и следующее, что я видел, как он протягивал мне смазку. Он хотел, чтобы я его трахнул. Святые угодники! У меня не было времени для сомнений. В первый раз за семь лет отношений Брайан добровольно хотел быть снизу. На самом деле я был сверху всего два раза и оба раза я был вынужден просить и настаивать. А теперь он хотел этого. Без презерватива. Я закончил смазывать его, переместился к его анусу, и, задержав дыхание, вошел. Он с присвистом вдохнул сквозь стиснутые зубы. Я начал засаживать ему. - Медленнее, - он почти задыхался, - я хочу это прочувствовать. Меня трясло от похоти. Все ощущалось по-другому. Пиздец, как по- другому. Внутри него было тепло, без преграды, и стенки казались грубее . И каждый толчок ощущался охуенно-фантастическим. Мы оба тяжело дышали и издавали невнятные слова и звуки. Я не мог отвести взгляда от места, где встречались наши тела, и вытянул шею, чтобы лучше видеть, как я исчезаю в нем снова и снова. И я был ошеломлен. - Брайан, я не выдержу…., - предупредил я, прошептав ему в ухо. Я толкнулся в него, на этот раз двинув - назад меняя угол наклона, у него вырвалось громкое, сиплое «блядь» и я понял, что на правильном пути. Я оттягивал свой оргазм, продолжая методично проезжаться по его простате под определенным углом. Он зашипел, часто задышал, застонал и наконец, кончил, вцепившись ногтями в мое бедро. И я почувствовал это. Я БЛЯДЬ почувствовал это. Он сжал мышцами мой член, втягивая его все глубже и глубже, и я кончил так бурно, что это было почти больно. Я дернулся назад, чтобы вытащить член, потому что Брайан не любил, когда я задерживался в нем. Но в этот раз его рука упала мне на бедро. - Не надо. Останься. Я был настолько шокирован, что едва ли помнил, как дышать. И поцеловал его шею, запуская руку ему в волосы, пробираясь все дальше, а потом зацепился взглядом за платиновое кольцо на его руке, все еще лежащей на моем бедре. И на моем лице вспыхнула улыбка. - Ты мой муж. - Что? - Ты женился на мне, - я почти выдохнул эти слова. - Ты только что кончил мне в задницу, а тебя больше восхищает то, что на мне, блядь, обручальное кольцо? – спросил Брайан и я почувствовал, что он тоже улыбается. – Ты гребанная лесбиянка. Я засмеялся, прикусив его плечо, он потянулся за спину и грубо ущипнул меня за задницу, предупреждая: - Если у тебя отрастает вагина, то я требую развода. И мы расхохотались. Я в жизни не был так охуенно счастлив.