К свету

«Эрегуло» вытянуло из меня все соки. Нужно ещё раз попытаться…я попробовала встать на ноги, но сил не осталось даже на это. Наверное, я потеряю магию…зато Блейз будет жить. Глаза слипались, виски налились свинцом. Клонит в сон. В пекло всё… - Мисс Скилар, объясните, что здесь происходит?! Я кое-как разлепила веки и увидела перед собой профессора Снейпа. - Вы ранены, Скилар? Что с Забини? – Снейп присел возле меня, проверяя жизненные показатели палочкой. – Не молчите, Скилар, я знаю, что вы в сознании, - грозно добавил он. - Ему нужна помощь, профессор, - прохрипела я, мотнув головой в сторону Блейза, - кажется, он умирает. Снейп бросился к Блейзу, я услышала, как он тихо охнул, почувствовав под ногами кровь. - Вулнера санентур, - донёсся до меня тихий голос профессора. Снейп ему поможет. Забини будет жить – это главное. Я улыбнулась. - Профессор Дамблдор! Профессор МакГонагалл! – Хагрид ворвался в кабинет, тяжело дыша. За спиной у него маячили гриффиндорцы. МакГонагалл, завидев эту честную компанию, насупилась, а Дамблдор, наоборот, помахал рукой Гарри, от чего тот смутился. - Что здесь делают мистер Поттер, Уизли и мисс Грейнджер?! Это возмутительно! – воскликнула Минерва, с негодованием воззрившись на лесника. – Я требую, чтобы они немедленно возвращались в свои комнаты! - У меня важная новость, профессор! – перебил её Хагрид, выпятив грудь, - я не стал бы задерживать ребят из-за пустяка! Между прочим, они сами ко мне вернулись после чая. Случилась беда. Ученик чуть не погиб! - Ч-что? – теперь Минерва пребывала в замешательстве, а Дамблдор прекратил улыбаться и, кивнув на кресло, произнёс: - Минерва, милая, успокойся. Хагрид, рассказывай, а вы дети, присаживайтесь. Гриффиндорцы робко опустились на предложенные стулья, декан Гриффиндора была в гневе, а лесник принялся рассказывать: - Гермиона с Гарри и Роном вернулись ко мне в хижину, я хотел их в замок направить, но они рассказали мне о красных вспышках над полем для квиддича и попросили туда наведаться. Иду я, значит, думаю, что какие-нибудь старшекурсники дурачатся, а нет, оказалось, что всё очень серьёзно. Туда уже прибыл профессор Снейп, когда мы явились, кхм. Я сначала неправильно всё понял и набросился на Снейпа с обвинениями, мол, что он тут затеял, - Хагрид порозовел и замолк, но Дамблдор по-отечески похлопал великана по плечу, и тот продолжил. – Так вот, значит, оказывается, что Скилар и Забини летали на мётлах и, кхм, произошёл несчастный случай с Забини. Мальчик упал с большой высоты… - Полагаю, что мадам Помфри в курсе произошедшего? – обеспокоенно спросила МакГонагалл, внимательно выслушав великана. - Да, она вызвала бригаду целителей из больницы Святого Мунго, профессор, - Хагрид потянулся к Дамблдору, - мадам Помфри попросила вас подойти. Гриффиндорцы ловили каждое слово Хагрида. Когда они прибежали на поле, то увидели весьма неоднозначную картину – профессор Снейп склонился над учеником, бормоча что-то, рядом валялись сломанные мётлы и слизеринка Скилар на траве. Выглядело так, как будто Снейп оглушил Скилар и затем принялся за Забини. Хагрид первым делом взял за шкирку Снейпа и потрясенные Гарри, Рон и Гермиона имели удачу видеть, как лесник трясёт преподавателя словно куклу. Затем ребята услышали отборнейший мат, исходивший из уст профессора и смущённого Хагрида, разглядывающего свои ботинки. Не будь рядом пострадавших слизеринцев, этот миг был бы одним из самых любимых у Гарри Поттера. Ненавистного сальноволосого Снейпа унизили, и пусть Хагрид потом извинился, но красное, взволнованное лицо профессора он запомнил на всю оставшуюся жизнь. - Дети, - привлёк внимание Гарри голос Дамблдора, - пожалуйста, пройдите в свои спальни. Минерва, будь добра, проводи их. - Да, конечно, профессор Дамблдор, - МакГонагалл была ошарашена вестями Хагрида не меньше детей и теперь молчала, анализируя события. – Мистер Поттер, не заставляйте нас ждать. Гарри тоскливо провёл взглядом по фениксу, загадочно подмигивающему ему одним глазом из под крыла и поспешил за деканом своего факультета. - Где я? Что со мной? – очнулся Забини, пытаясь пошевелиться, - почему я ничего не вижу? - Тише, мальчик, всё будет хорошо, - мадам Помфри поспешно сняла повязку с лица слизеринца, - видишь, это просто бинт. - Где Клем? С ней всё в порядке? Почему я весь перевязан? Блейз принялся суматошно дёргаться на кровати, пытаясь развязать многочисленные повязки на руках, ногах, груди и голове. - Немедленно развяжите меня! - Мистер Забини, успокойтесь. Дамблдор неслышно ступил на порог Больничного крыла. При виде директора Блейз немного успокоился. - Что со мной? Где Клементина? – засыпал вопросами мальчик. - Ты серьёзно повредил своё тело, летая на метле, - Дамблдор осторожно присел на край кровати, - такие многочисленные повреждения невозможно залечить заклинаниями иначе эффект будет отрицательный. Мисс Скилар в порядке, она здесь, - взмахом руки директора соседняя ширма раздвинулась и мальчик увидел бледную как полотно Скилар. Девочка крепко спала. Блейз потянулся и потрогал руку Клементины. - Какая холодная! Ей нужна помощь, профессор! - Мы уже помогаем, Блейз, - ласково ответила мадам Помфри, закрывая ширму. – Всё хорошо. - Блейз, мальчик мой, расскажи мне, что случилось на поле, - вкрадчиво попросил Дамблдор, пристально глядя из-под своих очков-половинок. - Я…ну хорошо. Я хотел научить Клем держаться на метле, она быстро разобралась, что к чему, но когда её метла оторвалась от земли…её прокляли, профессор, я знаю, кто мог это сделать! – Блейз снова засуетился в кровати, так что Помфри испуганно вздрогнула и принялась заново успокаивать мальчика. - Прошу, Блейз, не горячись, - мягко произнёс Дамблдор. - Малфой, Драко Малфой мог заколдовать метлу. Он ненавидел Клем с самого начала, - прохрипел Блейз, ему стало хуже. - только Малфой способен на такое, - полушёпотом закончил он. - Спасибо, Блейз, но думаю, что ты ошибся. Мистер Малфой слишком юн и несведущ в таких делах. Однако ты правильно отметил то, что метла проклята. На этом всё, поправляйся, Блейз. Поппи, будь добра, дай ему зелье сна без сновидений, иначе мальчика замучают кошмары. И да, миссис Забини, ваша мать, уже обо всём знает. Она настояла на вашем лечении в Святом Мунго. - Мама знает? А что с Клементиной, профессор? - Я повторюсь – она поправляется. Всего доброго, Блейз, Поппи, отойди на минутку. Блейз растерянно смотрел на отдаляющиеся фигуры медсестры и директора. Мать уже обо всём знает? Да она, скорее всего, в бешенстве! И уже выпила пару склянок успокоительного. Чёрт, ему опять достанется. Но что с Клем? Почему директор так туманно отвечает на его вопрос? Неужели он, Блейз, не смягчил падение девочки, протаранив ту на метле? Мальчик откинул ширму и погладил ладонь Клем. Какая холодная, - подумал он. Забини горестно вздохнул. Пока что он не может ей помочь. Тем временем Дамблдор отвёл мадам Помфри на приличное расстояние от Блейза. Встав в сторонке, чтобы никто не мог их увидеть, он, наконец смог сам расспросить медсестру. - Как они, Поппи? – в старческих глазах плескалась тревога. Только ей, своей старой подруге, он мог показать свои эмоции, обычно находящиеся под контролем. - Ох, Альбус! – Помфри всхлипнула, но быстро взяла себя в руки. – Мальчик поправится, возможно, будет хромать, но это не страшно, но девочка… - Помфри опять всхлипнула, - девочка, Клементина, так её зовут, она останется сквибом…магическое истощение полностью обнулило её запасы энергии, а раны, полученные при падении, понизили регенерацию тела, поэтому мозг девочки направил весь её магический потенциал на спасение тела. Мне так совестно, Альбус, это я не доглядела... - Поппи, милая, ты не виновата,- Дамблдор осторожно приподнял женщину за подбородок, - посмотри на меня, Поппи, - женщина повиновалась, - ты сделала всё, что было в твоих силах, слышишь? Это не твоя вина, а моя. Я беру все последствия на себя, хорошо? В конце концов, я директор или кто? – Дамблдор грустно улыбнулся. – Иди, побудь с Блейзом до прихода целителей. Сообщи мне о состоянии девочки, когда она очнётся. Помфри кивнула, вытерла слёзы и вернулась в палату. Дамблдор вздохнул и вышел из коридора. Он спешно пропустил пару лестниц, затем нетерпеливо взмахнул палочкой перед старой дубовой дверью. За ней стоял пустынный зал, а посреди него было большое, во весь рост, прямоугольное зеркало. Дамблдор подошёл вплотную к зеркалу и нежно прикоснулся к помутневшему стеклу. - Ох, Арианна, что же я наделал… Никто не ответил, но Дамблдор ещё долго продолжал стоять напротив стекла, вглядываясь в собственное отражение с жадностью и горечью.