Записки твари

Ира сидела на кровати в комнате Глеба и смотрела фотографии в его альбоме. Она всегда думала, что Голодов не из тех людей, что ведут фотоальбомы, потому что у него нет на них времени. А потом девушка вспомнила, что она сама довольно часто фотографировала многие моменты, когда была рядом с Глебом, да и Маша постоянно ходит с фотиком. Но что и смущало девушку, так это то, что Глеб нигде не улыбался. Он мог ухмыляться и хмуриться, но улыбка на его лице появлялась только на детских фотографиях. В жизни юноша тоже очень редко улыбался, и Ира никак не могла понять причины, все-таки меланхоликом или холериком его было сложно назвать. Глеб сел рядом с Ирой, смотря на фотографию, на которой он сидел на траве, обнимая Машу. Он улыбнулся и перелистнул страницу. Там он уже сидел в кафе рядом с Ирой, они в тот день только пытались помириться после всего того, что было между ними раньше. Юноша вспомнил, как Ира боялась его тогда и отказалась идти на встречу без Кости, с которым теперь они почему-то перестали общаться, да и Глеб не особо интересовался причиной этого: зачем вмешиваться туда, куда не просят? - Ты помнишь, как мы познакомились? - спросила Ира, заглядывая в холодные глаза парня. Он погладил себя по челюсти, слегка поморщившись. - Такое забудешь. Херанула меня ни за что по челюсти, обозвала уродом и попросила съебаться куда подальше. Я тебя за такие выходки убить был готов. Ира тяжело вздохнула, закрывая глаза и опрокидываясь на кровать. - Ты и так это чуть не сделал. Я еле держалась, чтоб не покончить с собой. Юноша ухмыльнулся, вспоминая некоторые моменты, вроде тех, когда он избивал Иру на пустыре недалеко от школы, унижал прилюдно, говорил, что она - ничтожество, и ей лучше умереть. Вспоминал, сколько раз девушка плакала при нём от боли. - Классное было время. Я хорошо развлекся тогда, а ты? Ира сглотнула ком в горле. Глебу легко это говорить, зато ей очень больно вспоминать все то, что она пережила. Два месяца словно в Аду, когда боишься выйти из дома, чтобы тебя не избили в очередной раз. - Мне это совершенно не понравилось. Было слишком больно. - С другой стороны, ты стала лучше понимать, на кого можно поднимать руку, а на кого нет. - Ты заставлял меня покончить жизнь самоубийством только из-за того, что я ударила тебя! Глеб встал и подошел к окну. Он не чувствовал за собой вины, словно для него это было вполне естественно. - Это был хороший урок тебе на будущее. И ты стала гораздо сильнее. Могла бы сказать спасибо. - Спасибо за то, что заставил меня бояться весь окружающий мир? - Ты слишком негативно воспринимаешь все жизненные обстоятельства. Ира поднялась и подошла к Глебу, положив руку ему на плечо. Прошло много месяцев с тех пор, и она смогла простить Голодова, пускай это и было нелегко. Но ей было неприятно из-за того, что он так относился ко всему. - Зато я живая, Глеб. Ты в душе давно уже умер.