Его душа, как тоненькие нити паутины.

-Клод… Клод, - раздражённые крики Алоиса разносились по всему поместью.       Мальчик бежал по коридору в ночной рубашке, снося всё на своём пути: - Господин, прошу Вас, подождите! Вы можете простудиться, - кричала Ханна ему в след, пытаясь догнать графа.       Но Алоис игнорировал её предупреждение и продолжал двигаться к своей цели.       И вот он уже в саду. Холодные лучи осеннего солнца играли бликами на блондинистых волосах графа. Камни, которыми были усыпаны дорожки, больно впивались в голые ступни мальчика. Он кривился от боли, но не сбавлял скорости. И вот, наконец- то, он заметил своего дворецкого.       Клод подрезал алые кусты роз, когда увидел своего хозяина: - Господин, почему вы разгуливаете в ночной рубашке по поместью? Так ведь и простудиться можно.       Но Алоис не слышал его. Голубые глаза мальчика сверкали от злости. Он сделал пару шагов, и оказался у самого лица дворецкого. Через мгновение раздался хлопок, и на щеке Клода багровел отпечаток маленькой руки: - Почему ты не разбудил меня?- спросил граф. - Я попросил Ханну...- начал дворецкий, но не успел он закончить, как граф Транси упал к нему на грудь, и сжал в крепких объятьях: - Мне не нужна Ханна! И никто не нужен, кроме тебя, - голос мальчика звучал взволнованно. - Никогда больше не оставляй меня.

***

      Алоис сидел в своём кабинете и перебирал бумаги. Он пытался сосредоточиться на чёрных завитках букв, но капли дождя однотонно барабанили по стеклу: " Ненавижу дождь!" - подумал граф и откинулся на мягкую спинку кресла. В комнате стало прохладно, и по спине мальчика пробежала мелкая дрожь.       Он посмотрел в окно. К стеклу прилип золотистый лист, дрожащий на осеннем ветру: «Ветер такой беспощадный. Ведь листок такой одинокий, никому не нужный. Но ветер его единственное спасение. Он несёт его куда-то прочь, лаская холодными потоками, поёт завораживающую песню, и лист погружается в него с головой, словно в воды бурной реки», - эти мысли, осколками, разлетались по юной душе графа, ведь в этом брошенном листке и беспощадном ветре он узнавал себя, и того, кого он так страстно любит.       В это мгновение в комнату вошёл Клод: - Ваш чай, господин, - дворецкий в два счёта пересёк комнату, и поставил чашку с горячим напитком перед мальчиком.       Алоис взял расписную чашку в руки, над ней танцевал свой изящный танец белый дымок. По замёрзшим пальцам мальчика пробежала горячая волна. Он сжал чашку ещё плотнее, наслаждаясь приятным теплом.       Дворецкий в это время разжигал камин. Треск сухих дров запомнил рыхлую тишину: - Клод, почему ты больше не разговариваешь со мной? - послышался тихий голос графа. - Но господин, Вы не просили меня,- вяло ответил дворецкий, даже не повернувшись к собеседнику. - Неужели ты настолько меня ненавидишь, что даже разговаривать не хочешь? Разве это так трудно, поинтересоваться как у меня дела? Или обсудить со мной планы на завтрашний день?- Алоис встал из-за стола и направился к нему. - Господин, вам стоит только приказать, и я исполню любую вашу прихоть,- Клод продолжал подкидывать дрова. - Ты даже не посмотришь на меня?- мальчик остановился на полпути. - Почему ты так со мной?- тоненькие ножки графа подкосились и через мгновение его колени упирались в мягкий ковёр. - Господин...- где-то сзади послышался голос Ханны.       Она бежала к нему, чтобы помочь подняться. Но граф оттолкнул её руки и, задыхаясь от слез, произнес: - Всё потому, что я не Сиэль Фантомхайв, да?       Дворецкий остолбенел. Неужели граф Транси всё знает?       По щекам мальчика катились маленькие слезинки. Клод направился к своему господину, вынул носовой платок из нагрудного кармана и принялся смахивать серебристые капельки.       Алоис непонимающе смотрел на него. Он вел себя так, будто бы не слышал его вопроса. - Значит это, правда? - завопил граф Транси, - Ты любишь Сиэля? - Господин, не кричите так, это вредно для связок,- Клод поднял мальчика с колен.       Алоис гневно смотрел на него. Всё его отчаяние переросло в ярость. - Я ненавижу тебя! Ненавижу! - граф колотил дворецкого в грудь кулаками.       Клод перехватил его руки и крепко сжал запястья. Мальчик пытался высвободить их, но его усилия оказались безуспешными: - Отпусти меня, отпусти! - требовал Алоис.       Клод выполнил его просьбу, и мальчик, пошатываясь, выбежал из комнаты, чуть не задев Ханну, которая всё это время стояла неподалёку.       Граф выбежал во двор и направился в лес, который окружал его поместье. Холодные капли дождя били по его щекам, проникали под дорогую одежду. Но он этого не замечал, ведь его чувствами овладел гнев: " Ненавижу! Ненавижу! Ненавижу!" - раздавалось в голове Алоиса лишь одно слово.       Мальчика пересек очередную лужу, и оказались на тихой лесной поляне, окутанной туманом.       Граф обессилено рухнул на мокрую изумрудную траву. Капли дождя с трудом просачивались сквозь густые кроны деревьев.       Алоис неподвижно лежал на зеленом покрывале, закрыв небесно-голубые глаза. С его волос и одежды стекали ледяные струйки. Только сейчас, когда его разум остыл, он понял, что промок до нитки.       Граф ещё долго лежал на траве, казалось целую вечность. Тут так спокойной и тихо, чего не скажешь про душу Алоиса, в которой бушевала буря.       Никогда ещё звуки падающих капель не казались ему столь мелодичными. С каждым мгновением, его сознание все больше и больше погружалось в мир грёз, и вот наконец-то граф уснул.