Темная сторона Итона.

Когда мы все же добрались до кровати, все так же неразрывно целуясь, Четыре нежно наклонил меня над кроватью, а так как мои ноги уже давно были ватными и не чувствовали под собой твердой почвы, то, в последствии, я рухнула на кровать и потянула за собой инструктора. Он своим весом прижал меня к кровати, но так и не осмелился прервать поцелуй. Господи, а как он целуется!? Меня еще никто и никогда так не целовал! Я эти ощущения даже словами не могу передать! Такое необычайное сочетание чувств свободы и наслаждения, нежности и грубости, ненависти и любви, желания и страсти, горя и счастья. Это то ощущение, как будто тебя разбирают по маленьким деталькам, а затем собирают снова, как конструктор. Но ведь это всего лишь поцелуй, а у меня уже такой букет чувств и эмоций! Мне уже страшно, что же будет дальше. Вот если честно, то чего-чего, а нежности я явно не ожидала от Четыре. Но может он просто не хочет спугнуть меня? Или что? Наконец, он отрывается от меня и глядит с изумлением. - Господи, Стифф, что ты со мной делаешь? - еле выговаривает Бесстрашный, пытаясь восстановить дыхание после поцелуя. - Что? - непонимающе шепчу я, так как уже просто не в силах что-либо сказать. Он сводит меня с ума! И плевать на то, что мы и дня не знакомы. - Я хочу тебя немедленно! - буквально рычит инструктор на ухо, склонившись надо мной. И, не дожидаясь от меня ни слова, он снова припал к моим губам. Да так жадно, будто целует меня в последний раз. Если честно, то я до сих пор пребываю в шоке от слов парня. Где он и где я? Такого просто не может быть! Ведь я убогая, а он Бесстрашный. Хотя, кто сказал, что Убогие не заслуживают того, что бы быть желанными и любимыми? И ведь он меня хочет. Меня. Трис. Убогую. Из моего потока мыслей меня вырывает возмущенный мужской голос. - Нет, я, конечно, знал, что Убогие немного могут быть бревном, но не настолько же! - продолжает возмущаться инструктор, смотря на меня сверху вниз. - Я тут стараюсь нежно и аккуратно, сдерживаю свое желание, чтобы не наброситься на тебя и жестко оттрахать. Ооо, оттрахать... У мене аж дар речи пропал от таких заявлений и обвинений в мою сторону. - Я-я-я, - мямлю, отводя глаза. - Я просто задумалась. - И о чем же ты задумалась? - усмехается Четыре. - Хотя, не важно, - он хитро осклабился и впился в мои губы с неистовой силой, страстью, напором и нетерпением. О боже, да у меня уже просто крышу сносит! Я понимаю, что так может продолжаться до бесконечности, но мне нужно что-то большее. Я хочу большего. И я решаю намекнуть парню на данное желание. Но, как будто читая мои мысли, он перестал терзать мои, и без того покусанные им же губы. И плавно переходит к шее, оставляя влажную дорожку из поцелуев от краешка рта до самой шеи. Я изгибаюсь на кровати под его жарким телом и страстными поцелуями. Стараюсь не издавать звуков, но пока это плохо получается , и поэтому я издаю негромкие, но томные стоны. С каждой секундой, с каждым жарким поцелуем,мне становится все сложнее себя контролировать. Если эта сладкая пытка продолжится еще хоть минуту, то я сама уже не выдержу и наброшусь на него. Словно понимая меня без слов, инструктор отстраняется от меня, тяжело дыша, а в его глазах пляшут беснята, означающие недобрые помыслы. - К черту всю эту нежность и прелюдию. Я хочу тебя. Хочу тебя жестко и немедленно, - он говорит это слишком спокойно и вкрадчиво. Этот тон одновременно пугает и все сильнее затягивает, и без того тугой, узел желания внизу живота. А затем он просто набрасывается на меня без предупреждения. Бесстрашный буквально рвет мою одежду. Сначала я слышу треск рвущейся ткани майки, а затем мои черные спортивные штаны постигает участь майки. И вот, я остаюсь лежать перед Лидером Бесстрашия в одних кружевных трусиках и лифчике. Он смотрит на меня с нескрываемым восхищением и похотью. Не проронив ни слова, он жадно припадает к моей груди. С бюстгальтером он расправился быстро, но более гуманным способом, чем со всей моей остальной одеждой. По очереди оттягивает соски, покусывает их, играет. Эта сладкая пытка продолжается еще некоторое время, а затем он, оставляя дорожку жарких нетерпеливых поцелуев, спускается все ниже по животу к самому заветному месту. Дойдя до цели, он резко останавливается и смотрит на меня, как будто спрашивая разрешения. Легкий кивок головы с моей стороны, и он уже, не жалея ткани, рвет на мне трусики. И, вставая передо мной на колени, он немного шире раздвигает мои ноги и продолжает мучить меня своим языком. Уже совсем не скрывая своего наслаждения, я стону, кричу. - Тише, детка. Будь тише, я не хочу, чтобы меня обвинили в домогательстве до своих подопечных, - ненадолго оторвавшись от моего изнурения, говорит мучитель. Он назвал меня деткой! Не Стифф! Не Убогая! И даже не по имени! А именно детка! Что он со мой делает?! - Какая же ты сладкая, но я хочу почувствовать тебя изнутри, пульсацию твоего тела... Не успев опомниться, я замечаю, что Четыре уже избавился от оков своей одежды. И когда мой взгляд падает на... Я просто прихожу в тихий шок. Да он же просто неимоверных размеров! - Да не бойся ты так, - усмехается парень, увидев мое замешательство. - Поначалу, конечно, будет больно, а вот потом... А это ты уже сама потом узнаешь, - ухмыляется инструктор. И он снова прильнул к моим, истерзанным им же, губам. Его язык исследует мой рот, а его руки изучают мое тело во всех доступных и не очень местах. А вместе с тем появляется ощущение, что он этими же умелыми руками затрагивает самые темные и потаенные уголки моего сознания, разжигая огонь желания с каждой секундой все больше и больше. - Знаешь, никогда бы не подумал, что скажу это, но Стифф, твое тело... ты... ты просто шикарна! Ты сводишь меня с ума! - отстранившись говорит он, делая вдох через каждое слово. - Ты тоже сводишь меня с ума, - наконец признаюсь я. И, кстати, это первая более или мене внятная фраза за весь сегодняшний вечер. - Я знаю, - услышав это, Четыре самодовольно усмехается. - Ну что, готова? - с волнением спросил меня он. - Да, - твердо сказала я, задыхаясь в собственных потоках жажды. Жажды, которую может утолить только он. - Я тебя предупредил на счет ощущений? - ухмыляясь, но все же немного волнуясь, спросил парень. В знак согласия с моей стороны следует кивок. - Отлично, - он быстро поцеловал меня в губы и начал аккуратно и медленно входить в меня. - ААА, - яркая вспышка боли пронзила мой разум, все мое тело. Эту боль нельзя написать, но есть и что-то прекрасное в этой боли. Но ждать долго не приходиться и боль начинает отступать. А на смену ей приходят новые, еще не известные мне ощущения. Ощущения наслаждения и наполненности, целостности. -О, Убогая, не такая уж ты и невинная, - рвано дыша, констатирует тренер. Ну да, я уже не "девочка". Это было по глупости и любопытству с моим соседом в Отречении. Но теперь я понимаю, что то, что у нас было и сексом то не назовешь. Это все произошло очень быстро, в машине Роберта (так звали соседа). Он предложил попробовать, а я и согласилась. Я всегда была любопытной девочкой, ну вот и в этот раз мое любопытство оказалось сильнее здравого разума. Закончилось все так же быстро, как и началось. Я почти ничего и не почувствовала. После того случая мы с Робертом больше не общались, хоть и часто пересекались на улице. Но узнай об этом родители или вообще хоть кто-то из Отречения, я бы уже давно пополнила бы ряды Бесфракционников. А Четыре все не останавливался, а наоборот, все быстрее и быстрее двигался во мне, и, поймав нужный ритм, я начинаю двигать бедрами ему навстречу. Теперь мы движемся в одном темпе, как одно целое. Я уже не сдерживаюсь и издаю громкие стоны. С тем, как его движения становятся беспорядочными и рваными, я понимаю, что мы оба приближаемся к пику удовольствия. И вот он, тот момент. Я чувствую это, чувствую то, как просто напросто рассыпаюсь под ним на тысячу мелких осколков, а он в это время изливает в меня плоды нашей необузданно, животной страсти. И это тепло разливается по мне от самого низа живота и распространяется дальше по всему моему телу. Насладившись моментом, мы оба обессиленные, но такие счастливые падаем на кровать. Он обнимает меня со спины и прижимает меня все ближе и ближе к себе. Так, что я спиной чувствую тепло его тела. - Моя, теперь ты моя, - шепчет мне на ухо Четыре. И меня сразу уносит в объятия чар Морфея.