Love Hurts

Как и говорила Талия, обряд посвящения в стаю был интересным. На поляне было разведено множество костров, образующих круг. В центре его стояла Талия в белом одеянии с распущенными черными волосами. На ее груди красовалось ожерелье из волчьих клыков с тремя выходящими из центра спиралями на медальоне. В круг к ней по очереди заходили все, желающие пройти инициацию. Альфа клала руки на плечи оборотня, смотрела ему в глаза своим горящим взглядом и спрашивала громко и четко: - По доброй ли воле ты пришел сюда? - Да, это так. - Признаешь ли ты меня своей Альфой, а мою стаю своей семьей? - Признаю, это для меня честь! - Клянешься быть верным и преданным клану Хейлов? - Клянусь! - громко говорил посвященный. Затем оборотень подставлял свое горло для укуса. Талия слегка прокусывала его кожу и слизывала кровь со своих клыков. И так было со всеми остальными. Клаудия завороженно следила за подходящим к концу колдовским зрелищем. Людей действительно было много. Она прошлась взглядом по толпе пытаясь найти Питера. Девушка никак не могла выбросить из головы его вчерашнего приветствия. Он волновал ее, его голос будто ласкал кожу. Его голубые глаза затягивали словно омут. В тот миг ей тоже захотелось вдохнуть его запах. - Находишь эту процедуру средневековой и варварской?- спросил Питер, подойдя к ней. - Нет, в этом есть что-то сверхъестественное. - Чудачка, ты сама являешься частью этого. - Да, но зачем альфе кусать? - Ну, во-первых, давая клятву и свою кровь альфе, оборотень связывает себя непреложным обетом со стаей. А в свою очередь, Талия, испробовав их крови, будет знать, нужна ли им помощь в случае опасности. Ты сегодня потрясающе выглядишь, платье просто сногсшибательное, - добавил Питер улыбаясь. - Умеешь ты съезжать с темы. Ты что, пытаешься флиртовать со мной? - спросила девушка. - А что, разве нельзя? - Ну не знаю, доставить ли тебе эту радость? - ехидно ответила Клаудия. - Ладно, обойдусь без этого. Как насчет старого доброго сунь-выня?- спросил он улыбаясь. Клаудия догадалась, о чем речь, и ответила в той же манере: - Иди к черту, Питер Хейл. - Ладно, проехали. Тогда потанцуй со мной. Эта песня мне очень нравится. Обряд посвящения был завершен. На поляне накрыли столы со спиртными и прохладительными напитками и едой. Звучала мелодия Nazareth «Love Hurts». Питер обнял Клаудию, притянул к груди и они начали танцевать. «Любовь причиняет боль, любовь ранит, Любовь оставляет рубцы и шрамы. Не все сердца столь сильны и крепки, Чтобы выдержать столько боли, Столько боли…» - тихонько подпевал Питер. Девушка слушала мелодию песни звучавшую в унисон со стуком сердца, бьющегося в груди Питера. Она не будет торопить события. Ей нужно узнать весь свой потенциал, взвесить все за и против, понять чего же в ней больше, человеческого или звериного, прежде чем открыть кому-то свои чувства и стать частью чьей-то жизни. Дэвид Уиттмор, увидев в толпе танцующую парочку, схватил свою сестру и повел к ним. - Питер, чувак, вот ты где? А мы с Кристалл тебя обыскались. Ты же хотел поиметь мою сестру, так она не против. Увидев с Питером незнакомую девушку, Дэвид притормозил: - О, крошка, привет, я Дэвид Уиттмор, приятель этого придурка, а это моя сестра Кристалл. - Клаудия, дальняя родственница Талии, - представилась девушка, отходя от Питера и глядя на Кристалл. А та уже брала инициативу в свои руки. Бросившись к парню на шею, стала тереться об него своей пышной грудью. - Питер, дорогой, я вся в предвкушении, - промурлыкала она. Клаудия перевела взгляд с Кристалл на Питера и, скрывая боль за сарказмом, произнесла: - Удачных скачек, жеребец! - Клаудия, постой, - начал Питер. - Встретимся завтра на поле битвы, - сказала девушка и растворилась в толпе.