Love Hurts

Когда Стайлз проснулся, Дерека уже не было. Понятное дело, попасть под раздачу шерифа Стилински никто не хотел, а к известию о том, что парни вроде как нашли друг друга он, скорее всего еще не был готов. Потянувшись всем телом, Стайлз ощутил легкий дискомфорт в заднице. Вспомнив о подарке Дрека ко дню рождения в виде горячего секса, он улыбнувшись, подумал: «Ничего, это того стоило». Он встал, привел себя в порядок и спустился на кухню. Его переполняло такое чувство эйфории, что он решил порадовать отца завтраком, приготовленным собственными руками. Заглянув в холодильник, он извлек оттуда все ингредиенты. Надо было только проследить, чтобы хотя бы сегодня ничего не подгорело и не испортилось. Джона Стилински разбудил запах свежезаваренного кофе, жареного бекона и яичницы. Ему даже на секунду показалось, что он все еще спит и видит, что это его любимая жена хозяйничает на кухне, готовя завтрак для своих дорогих мужчин. Спустившись вниз, Джон застал сына мечущимся между плитой и кофеваркой. - О, пап, привет! Садись, завтрак почти готов, - сказал Стайлз, указывая на стул, и снимая сковородку с плиты. Джон сел за стол и с опаской заглянул в сковородку. Золотистый бекон и аппетитно пахнущая яичница, взирали на шерифа, моля их немедленно съесть. Стайлз поставил на стол миску с нарезанным салатом, налил им по кружке кофе и присоединился к отцу. - Стайлз, ты это все сам сделал? – недоверчиво спросил шериф. - Нет, пригласил шеф-повара из французского ресторана, - шутя, ответил тот. – Конечно я, а кто же еще? - Ты сегодня какой-то другой, - заметил Джон, глядя как искрятся глаза сына. «Ну как сказать отцу, что я, кажется, влюбился?» - спрашивал себя Стайлз. - По-видимому, ты неплохо провел остаток вечера. Дело в девушке? – не унимался отец. – Надеюсь, ты предохраняешься? Видя, что Стайлз начинает ерзать на стуле и прятать глаза, шериф поспешно стал сдавать позиции. - Сынок, это все не мое дело, но просто ты слишком молод. И мне бы не хотелось… - Пап, успокойся. У меня все под контролем, - нашел в себе силы ответить Стайлз. Когда они закончили завтрак и Стайлз стал собирать свои нехитрые пожитки, чтобы вернуться к Хейлам, Джон с ревнивой ноткой в голосе спросил: - И долго ты собираешься там гостить? - Мама обратилась сразу после восемнадцати, - рассудительно заметил Стайлз, - так что, скорее всего, до ближайшего полнолуния. Обреченно вздохнув, он обнял сына и пожелал ему удачи, чтобы не случилось.

***

Питер скучал по Стайлзу. Стоило тому уйти на сутки, и он уже не находил себе места. Словно у него отобрали часть чего-то для него очень важного. Альфа до сих пор не мог понять причину чувств, терзавших его душу. То ли это были чувства отца к сыну, которого у него никогда не было, то ли он безраздельно жаждал обладать мальчишкой так похожим на Клаудию. Услышав, как подъехал его джип, Питер слегка расслабился. Он здесь, и он будет с ним рядом. И никто не запретит альфе упиваться своими чувствами, пожирая взглядом эти карие глаза, чувственный рот и вдыхать такой знакомый запах его любимой. - Я вернулся, - сказал Стайлз, зайдя к нему в кабинет. На его юношеском лице играла такая довольная улыбка, что Хейл сразу все понял. День рождения прошел не зря. Потянув носом, он учуял еле уловимый аромат Дерека. «Этот засранец все-таки не смог удержать свой член в штанах», - думал альфа с раздражением. Встав из-за своего стола, Питер медленно подошел к парню и с саркастической улыбкой заметил: - Поздравляю, Стайлз. Судя по всему, ночь была страстной? Вижу, Дерек хорошо тебя обслужил. Видя, что парень все еще ухмыляется, альфа добавил: - Я был бы тебе весьма признателен, если бы ты спрятал свой щенячий восторг, и мы занялись бы делами. - Питер, что за муха тебя укусила? – спросил Стайлз без задней мысли. - Разве не ты говорил, что моя личная жизнь тебя не касается? - Пойми, Стайлз, - втолковывал ему альфа, - Дерек уже взрослый и опытный мужчина. У него было множество связей и любовных приключений. Где гарантия, что ты не одно из них? Увидев, как парень слегка сник, Хейл старший поспешил его ободрить: - Я уже сказал это Дереку и теперь говорю тебе. Если вам суждено быть вместе, то так оно и будет. Пошли, я лично буду тебя готовить к обращению, - сказал он более миролюбиво, приобняв парня за плечо.

***

Прошла целая неделя тренировок под чутким руководством альфы. Дерек ввиду запрета Питера не находиться в непосредственной близости возле Стайлза, звонил ему каждый день. Они подолгу беседовали. Хейл так сексуально называл его малышом и своей любовью, что сердце Стайлза замирало от удовольствия. Говорил, что скучает и что та ночь была самой лучшей в его жизни. «Но влюблен ли он, как я в него?» - задавался вопросом парень. Говорить об этом по телефону не совсем удобно. Ты не видишь глаз человека в тот момент, когда сообщаешь о своих чувствах. Стилински очень хотел знать являлся ли он для Дерека тем единственным в жизни, или только лишь еще одним увлечением-экспериментом. «Завтра полнолуние, - думал Стайлз, - и чтобы там с ним не произошло, он вернется в Бейкон Хиллс, найдет Дерека и расскажет о своих чувствах, переполнявших его молодое сердце».

***

Наступившее полнолуние парень мирно проспал в своей кровати, так и не став оборотнем. Почти перед самым рассветом он, еще находясь на грани сна, резко подскочил и уставился на свои руки, а потом потрогал свое лицо, проверив, нет ли во рту клыков. Но убедившись, что он все тот же Стайлз Стилински, с радостным облегчением вздохнул и, упав на подушки, провалился в сон. Проснувшись утром с мыслью, что сегодня он уедет домой, оставшись человеком, так обрадовала Стайлза, что он начал колотить себя в грудь и кричать, как Тарзан. Быстро сполоснувшись, чтобы прогнать остатки сна, он оделся, взял рюкзак и, открыв свою дверь, направился по коридору к лестнице. Спустившись вниз, он обнаружил Питера сидящим в кресле и серьезно о чем-то размышляющим. - Привет, Питер! Как видишь, я не оборотень, так что могу спокойно возвращаться домой, - бросил Стайлз, направляясь к парадной двери. - Не спеши, Стайлз. Нам надо поговорить, - спокойно сказал Питер, - присядь, будь так любезен, - добавил он, указывая на стул стоящий напротив. Стилински глубоко вздохнул, но все же выполнил просьбу альфы. - Поскольку ты все еще человек, - начал Питер, - я бы хотел предложить тебе некий дар. После него ты сможешь забыть, про слабость, старость и боль. Ты будешь быстр и вынослив. Станешь хорошо видеть слышать и обонять, даже в темноте. Обладая животным магнетизмом, ты будешь привлекать к себе красивых женщин и мужчин. Ты станешь одним из нас. - И что, ты вживишь мне ген волка, или заставишь пить из лужицы? - Очень остроумно, - заметил Питер с легкой улыбкой. - Нет, Стайлз, я просто тебя укушу. Видя, как парень раскрыл рот в немом изумлении, он продолжал: - Мы стараемся этого не делать, лишь только когда нас мало, и когда нам уже глубоко насрать на чистоту крови. Но в твоем случае я сделаю исключение с большим удовольствием. - Очень смешно, - отозвался Стайлз. - Я что, похож на клоуна? – раздраженно спросил альфа. - Я как никогда серьезен. Это единственная для тебя возможность стать оборотнем. - Ты предлагаешь мне обречь себя на ежемесячную жажду крови, ограниченную свободу и боязнь схлопотать пулю в зад?- ехидно спросил Стайлз. - К чему такие крайности? – спросил в ответ Питер. - Став оборотнем, ты можешь этого не бояться. Это только первые несколько месяцев, потом будет легче. Я все время буду рядом. - Спасибо, но мне нравится быть свободным человеком, - гордо ответил Стайлз, снова собираясь уйти. Резко встав и преградив ему путь, Питер схватил парня за плечи в попытке удержать. - Если ты останешься со мной, я смогу тебя защитить. Ты так же ни в чем не будешь нуждаться. Я осведомлен о вашем плачевном финансовом состоянии и позабочусь о том, чтобы твой отец безбедно встретил свою старость, тихо качаясь в кресле на крылечке, попивая виски. Глядя, что Стайлз все равно решительно настроен уйти, особенно после таких слов, альфа стал терять терпение: - Да пойми ты, глупец, в тебе течет кровь Клаудии, и шанс обернуться в любое полнолуние очень высок. Я уже отпустил ее жить среди людей, с тобой я такой ошибки не повторю. С каждой фразой Питер кричал все громче. Он еле себя сдерживал, так бесил его этот упертый щенок. - Ты останешься здесь и точка! – прогремел Хейл. - В противном случае, ты больше никогда не увидишь Дерека, а с твоим отцом может случиться несчастный случай. - Питер, ты не можешь быть такой бессердечной скотиной. Я тебе не верю! – пораженно говорил Стайлз. - Ты не посмеешь! - Парень, ты даже не представляешь, на что я способен. Стайлз устремился к входным дверям пытаясь выбежать на улицу, но дернув пару раз ручку, обнаружил, что они закрыты. - Выпусти меня сейчас же! Это уже попахивает похищением! – заорал Стайлз. - Или ты добровольно со мной останешься, или я прикую тебя цепями к кровати в своем кабинете и глаз с тебя не спущу ни днем, ни ночью, - сказал Питер Стайлзу, подойдя к нему вплотную. Они в упор смотрели друг на друга, прожигая взглядами. - Я тебя не боюсь! – смело бросил парень. - А стоило бы! - Ты не имеешь никакого права! - Ошибаешься, мальчик, я твой родной дядя по линии матери! - Я не твоя собственность! – стал заявлять Стайлз. - И я тебе не Клаудия! Желая задеть Питера еще сильнее, он язвительно добавил: - Впрочем, и на нее ты никогда не имел прав. Она полюбила моего отца и осталась с ним! Раздалась звонкая оплеуха. Оба не ожидали такой реакции. Стайлз испуганно уставился на Питера, схватившись за щеку. А Хейл-старший так же испуганно переводил взгляд со своей занесенной руки на ошарашенного парня. - Твою мать, Стайлз, извини, я этого не хотел! - встревоженно сказал альфа, отстранившись от парня на некоторое расстояние. - Неужели ты не видишь, что я боюсь тебя потерять, так же как потерял ее? – спросил он обреченно. В голосе Питера стояла такая невыносимая мука, что Стайлз, несмотря на пылавшую щеку, невольно проникся к нему сочувствием. Немного подумав, он холодно произнес: - Хорошо, Хейл. Я останусь с тобой. Не ради тебя или себя. В память о матери. Ты ничего не сделаешь ни моему отцу, ни Дереку. Питер внимательно слушал, удивленно подняв брови. - Мне не нужен твой гребаный укус. И если я не обернусь до конца лета, ты, бездушный тиран, меня отпустишь. А если ты этого не сделаешь, я позволю себя укусить, и тогда - берегись! Я найду возможность надрать твою надменную волчью задницу, чего бы мне это не стоило! Бросив все это альфе в лицо, Стайлз с гордо поднятой головой поднялся к себе в комнату. «А у пацана есть яйца», - улыбаясь подумал Питер, провожая того взглядом.