Часть 1
14 мая 2015 г., 21:55
Луи действительно разозлился.
Вы, наверное, думаете, что будучи принцем королевства Донкастер у него есть больше свободы. Но нет.
Будучи самым старшим и единственным мальчиком из шести детей его матери, он будет следующим в очереди на престол. Парень настаивает на том, что сможет заботиться о королевстве тогда, когда придет время и он будет готов, но его мать отказывается слушать это.
— Ты должен жениться, Луи. Наше царство нуждается в королеве, — говорит она. Томлинсон фыркает. — У короля Манчестера, Эдварда, есть прекрасная дочь по имени Элеонор. Она чудесная. Очень вежливая леди. Очень красивая, кстати. Подходит для того, чтобы стать и королевой. Завтра она прибудет, чтобы встретиться с тобой.
— Ерунда, мама. Я не хочу жениться. Я совершенно счастлив при всем том, что имею сейчас, — парень отворачивается от женщины, сидящей на троне, но охранники, стоявшие напротив, сурово смотрят на него.
— Чушь, Луи. Тебе всего шестнадцать. Ты не сможешь править в одиночестве. Ты — обычный мальчик. Этой девушке уже восемнадцать, и она будет помогать тебе, когда я уйду в отставку.
К черту это.
Нет, серьезно. К черту это.
К черту женщин. К черту этот тупой замок, к черту это тупое королевство. К черту жизнь принца.
Томлинсон сердится.
Он поворачивается на своих каблуках, стискивает зубы, а затем выходит из тронного зала. Охранники расходятся по сторонам, позволяя ему пройти, но, прежде чем выйти, он оглядывается еще один раз.
— Если бы отец был здесь, ничего из этого не случилось бы! — закричал парень. Он увидел проблеск ужаса на лице своей матери, прежде чем хлопнуть дверью и убежать вверх по мраморной лестнице в свою комнату. Он не пришел на ужин.
Лягушка Гарри не выглядит удивленным, он просто снова забирается на принца. Тот пытается убежать, но вместо этого сталкивается своей головой со стеной.
Он падает на пол, схватившись за лоб от внезапной боли. Луи сильно жмурится, затем открывая глаза и замечая взволнованный взгляд на маленькой мордашке лягушки.
— Ты в порядке, Лу?
Черт возьми.
Шатен вздыхает, поворачиваясь на спину. Гарри прыгает на его грудь.
Сначала он не говорит, надеясь, что столкновение со стеной скоро каким-то образом вернет его к действительности. К реальности, в которой лягушки не умеют разговаривать. Но через несколько минут он поднимает подбородок немного выше, и его взгляд падает на того же Гарри, что смотрит на него с той же позиции, что и до этого. Он улыбается. У него хорошие зубы. Для лягушки, по крайней мере.
Гарри кажется хорошей лягушкой. Томлинсон рад тому, что не застрял с каким-то грубым тигром, или типа того.
— Лу?
— Да.
— Ты принц?
— Да.
— Ох, круто.
Шатен замечает, что у Гарри очень приятный голос. Медленный, глубокий и хриплый. Если бы тот был человеком, он бы ему понравился. Очень.
— Что ты имеешь в виду, говоря, если бы я был человеком?
Вот дерьмо. Он сказал это вслух? Он действительно сделал это, не так ли?
— Мне очень жаль, я не... — начинает принц, но Гарри уже потихоньку слезает с его груди и направляется к двери.
Он пытается устроиться за косяком, но терпит неудачу, так что просто поворачивается и смотрит на угол стены. Томлинсон думает, что это мило.
— Гарри?
Лягушка не двигается.
Луи тоже.
☆.。.:*・°☆.。.:*・°☆.。.:*・°☆.。.:*・°☆
Луи просыпается на следующее утро с очень неприятным чувством в животе. Не только потому, что он пропустил ужин, а еще и из-за того, что сегодня — именно тот день, когда должна прийти Элеонор из Манчестера, чтобы встретиться с ним. Он встает с постели, как только цвет неба переходит от оранжевого до туманно-серого. Прекрасная погода, предвещающая конец его детства. Томлинсон не хочет жениться. Действительно не хочет. Ему нравится быть независимым. Ему нравится бегать по замку босиком, ему нравится скользить в носках по полу основного зала. Ему нравится купаться во рвах с водой, устраивать бои с мукой вместе с сестрами на кухне. Луи не уверен в том, что готов распрощаться со всем этим. Зейн, являющийся его слугой и другом, приходит проверить его. — Принц? Пришло время для завтрака. — Сколько раз я говорил тебе, Зейн? Ты можешь называть меня по имени, — он смеется от простодушия застенчивого мальчика. — Хорошо. Л-Луи. Завтрак уже готов. Они ждут тебя. Принцесса Элеонор прибудет в половине двенадцатого. Томлинсон смотрит на часы с маятником в углу своей спальни. 10:50. Слуга почти вышел из комнаты, оборачиваясь, но шатен подбегает и хватает его за руку. — Зейн, когда принцесса уедет? — спрашивает он, моментально съежившись при третьем слове. Ужасно. — После ужина, сэр, — Луи смотрит на него. — Я имею в виду, после ужина, Луи. Извини. Привычка. — Как ты думаешь... Думаешь, это будет нормально для меня, если я сбегу? — спрашивает шатен, сразу замечая удивленный взгляд. — Нет! Ты не можешь, Луи. Ты будешь королем. Ты женишься на принцессе, и... — Но я не хочу быть королем, Зейн, — выпаливает он. — Я не хочу жениться на принцессе. Девочки грубые. У них вши и все такое. — У тебя есть пять сестер, — напоминает брюнет. Луи усмехается. — Не имеет значения. Я не готов к тому, чтобы быть королем. Я не хочу жениться на этой девушке, я ничего не хочу делать. Я просто хочу быть нормальным подростком, знаешь? — Зейн кивает в ответ. Принц вздыхает. — Так. Ну, я мог бы пройти через край садов и никто не смог бы найти меня. Когда наступят сумерки, я сразу вернусь. Я не собираюсь уходить навсегда. — У тебя будет много проблем, сэ... Луи. Быть может, тебе даже не позволят быть королем. Томлинсон усмехается. — Ох. Ох, — отвечает слуга. — Я полагаю, что нет ничего, что могло бы остановить тебя? — шатен покачал головой, сияя от своего плана. — Ладно, хорошо. Я принесу тебе фруктов с завтрака. — Идеально, — подмечает Луи, выгоняя друга из комнаты. — Иди! У нас не так уж и много времени! Зейн выбегает, и принц, не способный ни на что другое, начинает смеяться сам с собой. Ужасная идея, на самом деле. Он получит худшее наказание от своей матери, но если это означает, что ему не нужно будет жениться на девушке, которую он даже не знает, то так тому и быть. Он хватает свою сумку, толкая в нее несколько книг, которые помогут ему развлечься (это не означает, что он собирается их читать, но...). Луи не думает о том, чтобы надеть обувь. Воздух холодный, а трава в саду мягкая. Он даже не переодевает свою пижаму после сна, потому что она удобная и мягкая, а главное — она ему нравится. Зейн возвращается через несколько минут с полной корзиной еды, и этого более, чем достаточно для Томлинсона, но он не собирается жаловаться. Парень прощается с ним, говоря, что скоро вернется, а затем вылазит из окна своей спальни. Он спускается, цепляясь за края кирпича на замке, которые торчат и тем самым спасают его. После того, как Луи достигает земли, то перекидывает рюкзак через плечо, сильнее сжимает корзину с едой и убегает. Он бежит в течение часа, прежде чем начинает чувствовать себя уставшим. Луи находит место под одним из лимонных деревьев, сворачивается у основания и проваливается в спокойный сон.☆.。.:*・°☆.。.:*・°☆.。.:*・°☆.。.:*・°☆
Резкое урчание в животе будит мальчика. Его шея болит от сна на земле, а на щеке остался отпечаток от коры дерева. Черт возьми, он голоден. Он надеется на то, что Зейн положил в корзину что-то действительно хорошее. Луи не любит слишком много фруктов. Он открывает крышку корзины, собираясь схватить банан, но вместе этого сталкивается с чем-то жестким и скользким. Он убирает руку, чтобы увидеть крошечную, изумрудно-зеленую лягушку, сидевшую в плетеной корзинке. И потому, что Томлинсон — не двенадцатилетняя девочка, он не кричит. Парень хватает палку, позволяет лягушке забраться по ней, а затем бросает ее в сторону. Луи снова роется в корзине, не найдя там ни одного банана. Эм, что? Какой это вид лягушек вдруг стал есть бананы? Он решает съесть апельсин, так что быстро чистит его и начинает жевать. Мальчик смотрит вдаль, свободной рукой вновь роясь в корзине, чтобы взять второй апельсин. Когда он поднимает руку, то видит на ней зеленую лягушку. И если на этот раз Луи завизжал, как двенадцатилетняя девочка, то никто не должен знать об этом. Шатен осторожно пытается убрать лягушку со своей кожи с помощью двух пальцев. — Фу, фу, фу, — снова и снова скандирует он. Маленькое существо действительно выглядит обиженным, но это же просто лягушка. Неважно. Луи встает, замахиваясь с лягушкой в руке, чтобы бросить ее настолько далеко, насколько может, и... — Нет! Пожалуйста! Я не виноват! Что за черт? Томлинсон присматривается ближе. У лягушки двигается рот. — Я просто хотел немного бананов, я не собирался... Да. Луи сошел с ума. Он кидает лягушку в траву и убегает.☆.。.:*・°☆.。.:*・°☆.。.:*・°☆.。.:*・°☆
Когда юноша, наконец, решает отправиться домой, небо становится темно-фиолетовым. Это хорошая прогулка. Прохладный воздух, ветер покалывает его кожу, развивает белую ткань пижамы. В кустах стрекочут сверчки, которые наверняка сообщают всем о том, что он возвращается в замок. Тем не менее, при всем этом, в его голове до сих пор есть мысли о той лягушке. Наверное, она будет преследовать его и во сне. Он приветствовал охранников, когда прибыл к передним воротам, а те встретили его с сердитыми взглядами на их лицах. Его мать тоже была здесь, крича о том, что он — позор Донкастера, и, черт возьми, Томлинсону плевать на это. Слова влетают в одно ухо, и вылетают из другого. Луи был сослан в свою комнату без ужина. К его ужасу, охранники даже заперли все окна и двери. Он не имеет права покидать свою комнату, даже для того, чтобы перекусить. Но Зейн, будучи удивительным другом, проталкивает ему что-то через щель под дверью. Плетеная корзина по-прежнему стоит в углу комнаты, так и не тронута. Мальчик слишком напуган, чтобы открыть ее. На вторую ночь его наказания, он сидел на кровати, поедая холодный картофель. Луи услышал шум, исходящий из корзины. Затем последовала какая-то тихая болтовня. Юноша замер на месте, остановив вилку, находящуюся на полпути ко рту. — Извини? Можно мне взять что-то из этого? Я очень голоден, и я съел все твои фрукты, — принц все еще не двигается, направляя взгляд в сторону, чтобы мельком увидеть маленькую зеленую лягушку, сидевшую на белом мраморном полу его спальни. Ну, дерьмо. Не получив никакого ответа, лягушка прыгает на кровать и поднимается по плечу шатена. Тот по-прежнему не двигается. — Пахнет вкусно. Не думаю, что мы прежде встречались, кстати! Меня зовут Гарри. А тебя? — Эм. Луи? — он заикается. Это... странно. — Это вопрос или утверждение? — спрашивает лягушка-Гарри, спрыгивая к тарелке принца. Он высовывает язык и хватает кусок картофеля, гудя, когда глотает пищу. Томлинсон корчится. — Почему ты... Что? Кто... Как? — юноша заикается, и что-то в его мозгу, кажется, наконец начало вращаться. В его спальне сидит лягушка, и он общается с ней. Он вскакивает с кровати и начинает двигаться по комнате, подходя к стене. — У тебя лягушка в горле? — Гарри сильно смеется, вытирая слезы со своих глаз. — Ладно, ладно, прости. Это игра в двадцать вопросов? Потому что, если да, то мне нужно немного больше информации от тебя. Более полные вопросы, приятель, — заканчивает он, спрыгнув с кровати и приблизившись к Томлинсону. — Я сошел с ума. Что-то не так с моей головой. Ты вообще не реальное существо, а просто сон. Я во сне прямо сейчас. Я собираюсь идти спать, и ты... Тебя не будет здесь, когда я проснусь, — мальчика тошнит. Он плюхается в постель, закрывает глаза и отворачивается к стене, закрыв лицо руками. — Хорошо, Луи. Я просто отдохну здесь, — отвечает Гарри, отскакивая назад к кровати и устраиваясь на подушке принца. — Ха, нет, — возражает шатен, хватая лягушку за одну лапку и оставляя ее на тумбочке. — Ладно, Луи. Я буду отдыхать тут. Спокойной ночи, Лу. Можно мне так называть тебя? — воспевает он. — Мне все равно, — отвечает Луи, выключая свет. Он тянет на себя одеяло до подбородка, а затем отворачивается от лягушки, закрывая глаза и проваливаясь в очень неудобный сон.☆.。.:*・°☆.。.:*・°☆.。.:*・°☆.。.:*・°☆
На его лице что-то очень скользкое. В глубине души, он знает, что это. Но ему действительно не хочется этого, так что он просто притворяется, что не знает. Луи открывает глаза, чтобы встретиться с парой больших зеленых глаз, что, как ни странно, выглядят так же, как и у человека. Он почти был обманут, прежде чем понял, что лицо, которому принадлежали эти глаза, не имело человеческого носа. Или человеческих губ. И вообще, лицо было зеленым. Томлинсон пытается действовать спокойно, он действительно пытается. Парень резко приводит себя в вертикальное положение, убирая лягушку с лица и крича.☆.。.:*・°☆.。.:*・°☆.。.:*・°☆.。.:*・°☆
Зейн приносит ему завтрак через несколько часов. Гарри все еще находится в углу, постоянно тяжело дыша. Сегодня завтрак состоит из йогурта и нарезанного банана. Будучи удивительным мальчиком, Луи ест йогурт, но не дотрагивается до бананов, пододвинув тарелку лягушке сразу же, как только заканчивает завтракать. Гарри не двигается, но принц прекрасно видит его полуулыбку. Он начинает говорить через полтора часа. — Луи? — Да, Гарри? — удивленно отвечает шатен, наблюдая за маленькой фигурой на мраморном полу. — Мы друзья? — лягушка оборачивается, смотря на мальчика красным глазами. Гарри плакал. Сердце принца разрывается. Он не знал, что нужно ответить, если быть честным. Поймите, Гарри — говорящая лягушка. Хотя все это должно заставить его хотеть скрыться и никогда не быть найденным, он чувствует странное удовлетворение. Он чувствует себя так, словно находится в сказке. Эта лягушка кажется очень хорошей. Хорошее, милое существо. И принцу очень нравится его голос. И глаза. Пока он до сих пор не привык к тому, что должен называть лягушку по имени, но это изменится. Просто ему очень одиноко. А компания была бы весьма кстати. Он не понимает, как долго не отвечал, потому что Гарри уже выпускает сдавленный всхлип и возвращается к стене. — Нет, Гарри, — лягушка снова оборачивается. — Да. Мы друзья. Его друг усмехается, безумно краснея (видимо, да, лягушки могут краснеть) и проталкивая Томлинсону тарелку с бананами. — Тогда мы можем делиться! — заявляет он. Луи почти плачет, потому что это мило. Они сидят на кровати, лицом друг к другу, и едят бананы. Шатен съел только один кусочек, а Гарри — все остальные, но принц действительно не возражает. — Так, Гарри, — начинает он. — Расскажи мне о себе. У тебя есть семья лягушек? Жена-лягушка? Где ты живешь? Гарри наклоняет голову вниз. — Ох, прости, я... — Нет, все нормально. Эм, у меня нет семьи, состоящей из лягушек. — Ой. Извини. "Вау, Луи, насколько неловким ты можешь быть?" — Нет, ну, у меня есть семья, но они не являются лягушками. Что? — Я, эм... тоже принц? — продолжает он, слегка морщась. Хорошо. Двойное "что?". — Можешь уточнить? — спрашивает Томлинсон. Гарри делает глубокий вдох и на мгновение останавливается. — Я могу доверять тебе, верно, Луи? — начинает он. Шатен убедительно кивает. — Я человек. В теле лягушки. Кто-то наложил на меня проклятье. Вот. Поэтому я могу говорить и все тому подобное. Ох. — Оу, — отвечает Луи. Ему хочется взять вилку и оценить ею свои глазные яблоки. — Что случилось? Гарри вертикально ставит кусочек банана (он настолько большой, по сравнению с его маленьким телом, так что его приходится держать двумя лапками, но Луи считает это очаровательным) и делает глубокий вдох. — Ну, эм, — он пытается начать. Томлинсон немного отвлекается, но затем дает понять, что внимательно слушает его. — Был один парень. И я очень любил его. Он был действительно хорошим со мной, и мы были отличными друзьями, и... Мы поцеловались несколько раз. Ну, ладно, может быть мы целовались слишком много раз. Однажды он просто случайно попросил меня выйти за него замуж. Ой, я, вероятно, забыл сказать, что этот парень — принц царства Лондон. Так. Это было большой... — Ник Гримшоу? Гарри, что за черт. Богатейший на всей земле человек попросил тебя выйти за него замуж. Это невероятно, и... — Нет, — возражает он. Луи подпрыгивает. — Он... Он не... Я не люблю его. Он сделал... плохие вещи. По отношению ко мне. Действительно плохие вещи, Луи. Боже. — Гарри, мне так жаль, я не... — Все нормально. Это не так уж и важно, — шатен открывает рот в знак протеста, но Гарри продолжает говорить. — Во всяком случае, он рассердился из-за того, что я отказал ему, и решил проклясть меня, так что теперь я буду всегда лягушкой. Это отстой. Томлинсон ничего не говорит, и лягушка унывает еще больше. Они на мгновение смотрят друг на друга, прежде чем Луи берет Гарри в свои руки и пытается обнять его крошечное зеленое тело. Тот вздыхает, и принц королевства Донкастер думает, что они, возможно, смогут как-то справиться с этим.☆.。.:*・°☆.。.:*・°☆.。.:*・°☆.。.:*・°☆
Луи с гордостью может сказать, что к концу недели лягушка стала его лучшим другом. Гарри прекрасный. Он смешной, яркий и очаровательный. Томлинсон и не мог просить чего-то большего. Было ощущение, что тот даже и не был лягушкой. Он разговаривал так, словно был человеком; действовал так же. Это нормально. Одна ночь, в которую принц лежит в постели, глядя в потолок. Он не может спать. Гарри был рядом с ним, читая книгу (она была очень огромной, но по сравнению с размером лягушки она выглядела еще более большой). Луи узнает книгу по названию: "Сказки для мечтателей". Его сердце переполнено эмоциями. Он замечает, что тот давится от полу-всхлипа. — Гарри? — шепчет он. Тот вытирает глаза и смотрит на него. — С тобой все в порядке? — Да, — отвечает Гарри. — Я в порядке. Пожалуйста, не волнуйся. Просто... сказки делают меня эмоциональным. — Хочешь поговорить об этом? — Не очень. Я собираюсь поспать, на самом деле. Спокойной ночи. Он залезает под одеяло и остается там. Луи принимает это как знак, и тоже пытается заснуть, но ему нужно знать, что же читал его друг, раз стал таким расстроенным. Он, как правило, всегда оставался с ним, пока Томлинсон не уснет, но не сегодня. Принц ничего не может с собой поделать. Он двигается ближе и хватает книгу, устроив ее на коленях. Там была закладка в виде банановой кожуры. Он цепляется за нее, тщательно переворачивая страницы. "Принцесса и лягушка", — читает он. Его сердце бешено стучит, но он продолжает читать. Его сердце бьется все быстрее и быстрее. Лягушка — это как Гарри — принц, замаскированный под амфибию. Принцесса дружит с ним, а затем, в какой-то момент целует его (Томлинсон не замечает этого из-за эмоций), и лягушка... Да. Она снова становится принцем. Так вот почему Гарри так расстроен. Шатен поднимает одеяло и заглядывает под него. — Гарри? — спрашивает он. — Эй, я знаю, что ты находишься тут. — Уходи, — он слышит мягкий голос. Луи находит место, откуда тот исходит — самый дальний конец кровати. Он берет Гарри в свои руки. Тот визжит и пытается выпрыгнуть, но Томлинсон крепко сжимает его. — Отпусти меня. Отпусти меня, Луи. Это тирания, — требует Гарри. — Тише, — успокаивает Луи. Он укладывает лягушку на подушку. Мальчик облокачивается на локте и ложится рядом, держа одну руку на Гарри. — Я просто хочу поговорить с тобой. О сказке, которую ты читал. — Мне так жаль. Я так смущен. Я просто ребенок, — говорит он, глядя вниз и затем закрывая свое лицо зелеными лапками. — Нет, Гарри. Ты не ребенок. Это нормально, я понимаю, как ты расстроен. Хотя, жизнь лягушки весьма крута. Ты можешь прыгать на вещи и есть что-то. И все такое, — он пытается успокоить его. Это получается не очень хорошо, потому что Гарри утыкается в подушку, смотря на него своими большими глазами, прикрытыми складками. — Я не хочу быть лягушкой. Я хочу быть принцем. Но... я не думаю, что кто-то... Эм... — начинает он. Его глаза широко распахиваются, когда он почти договаривает предложение. — Что? Что надо сделать? — Не бери в голову, — лягушка встает и проникает под одеяло. Луи ловит ее прежде, чем та смогла бы сделать задуманное. — Гарри, пожалуйста, скажи мне. Ты можешь мне доверять, — пытается он. Гарри надувает губы и смотрит вниз. — Пожалуйста. Пожалуйста, я... — Поцеловать меня! Никто не будет целовать меня, понятно? — кричит Гарри. Он разозлился, и это немного пугает его друга. — Я ведь лягушка, черт возьми. Какой человек поцеловал бы меня? Кто захотел бы этого? Луи замирает. Они не говорят друг с другом в течение нескольких минут. Лягушка начинает плакать и освобождает себя из рук принца, прыгая вниз и возвращаясь под одеяло. Принц шлепается на кровать и некоторое время не двигается. Он не сделает ничего плохого, верно? Гарри очень приятный. Немного поцелуев не повредит. — Эй, Гарри? Ты еще не спишь? Лягушка тихо шуршит в знак ответа. — Я тебя поцелую. Он слышит шорох, и Гарри, широко улыбаясь, смотрит на него из-под одеяла. — Правда? — Да. — Ладно. Эм, как мы... — начинает он, но Томлинсон быстро берет его на руки, прежде чем тот сможет что-нибудь сказать. — Будем надеяться, что это сработает, — говорит принц, тут же дергая лягушку на себя и целуя ее. Что-то начинает происходить. Луи не в силах описать это. Словно он был на облаке. Здесь было много радуги и много блесток. Должно быть, произошло что-то смешное, потому что губы, находящиеся на его собственных, больше не были слизистыми и маленькими. Он отодвигается и смотрит вперед. Здесь нет лягушки. Здесь есть мальчик. Томлинсон сперва замечает его губы. Они мягкие, розовые, и немного разделены друг от друга после поцелуя. Подбородок похож на идеальную скульптуру; конец такой острый, словно это — меч. Цвет его кожи очень бледный, как и простынь под ними, и его щеки покрываются румянцем. Его нос острый и совершенный, у него вьющиеся волосы шоколадного цвета. Луи хочет пропустить руки через эти кудряшки. Он обращает внимание на его глаза, и, черт возьми... Зеленые. — Гарри, — ему удается выдохнуть. — Луи, — второй принц лучезарно улыбается, и Томлинсон видит в его глазах застывшие слезы. Тот бросается на него, крепко обнимая мальчика за шею. — Спасибо, спасибо тебе большое, — шепчет он. — Я думал, что ты будешь голым, — шутит Луи. — Да? Ты хотел бы этого, не так ли? — спрашивает он. Шатен чувствует, что краснеет. Гарри чуть ли не плачет от смеха. Томлинсон почти ударяет его. Почти. Единственная причина, по которой он не делает этого, — это то, что вместо этого он его снова целует.☆.。.:*・°☆.。.:*・°☆.。.:*・°☆.。.:*・°☆
Они лежат в постели, и прошло уже два часа. Почти наступила полночь. Голова Гарри лежала на коленях Луи, когда он почувствовал, как тот играет с его кудрями. — Эй, Луи? — спрашивает он. — Да, Гарри? — Я думаю, что ты очень красивый, знаешь. Глубоко внутри, конечно, Луи упал в обморок. — Эй, Гарри? — шепчет он, слегка краснея. — Да, Луи? — Я думаю, что ты тоже очень красивый.☆.。.:*・°☆.。.:*・°☆.。.:*・°☆.。.:*・°☆
Когда Томлинсон возвращается после его наказания через два дня, никто не выглядит настолько удивленным, как его мать. Он спрашивает ее, почему же она так потрясена. Его рука утешительно завернута вокруг талии Гарри. Женщина извиняется и уходит на пару минут. Его мать возвращается с большой, пыльной книгой в руке. — Страница 592, — говорит она. "Заклятие лягушки", — читает он. "При использовании этого заклятия, кто-то мгновенно превращается в лягушку. Это будет продолжаться до тех пор, пока жертва не найдет истинную любовь. Истинную любовь любого вида. Настоящей любви не может быть там, где ее не существует, и от нее нельзя отказаться там, где она есть."
