Генри тан Голуэй

Осень в Англии всегда была достаточно тихим временем, когда люди обычно собирают своих детей к школе, возвращаются с отдыха или же просто сидят у камина с чашкой традиционного чая. Только вот в Литл-Уининге, этой тишины не наблюдалось уже два с половиной месяца. Местная ребятня , от восьми и до шестнадцати, после школы почти до вечера пропадала в клубе «Клеймор». Где каждый нашел для себя занятие по душе: те, кто постарше делали себе доспехи и учились владеть двуручным и древковым оружием, помладше с интересом рассматривали мечи, шестоперы, молоты, алебарды и прочее железо и учились понемногу владеть одноручным оружием. Их родители против не были, по их мнению, пусть уж лучше дети углубленно изучают историю на собственном опыте, чем начнут курить в подворотнях, бесцельно шататься по городу и задирать слабых. Среди старших ни Морай, ни Гил определить лучших не могли, а вот среди младших выделялось два человека - Дадли Дурсль и Гарри Поттер, он же Генри тан Голуэй. Кузены первоначально хотели сразу изучать бой на двуручном оружии, но в силу юного возраста, они просто не смогли бы, поэтому сейчас ребята увлеченно пытались освоить кацбальгер, а их вражда понемногу сошла на нет. Гил подошел к ребятам и сказал: - Гарри, я сколько раз говорил, кацбальгер - это оружие для свалки или как говорили кошачьей драки, а ты пытаешься биться им как двуручником причем на том расстоянии где у твоего брата преимущество в длине рук. Давай ещё раз, с учетом всего вышесказанного и помни, что s-образная гарда не просто так присобачена. Гарри, дослушав наставника, поудобнее перехватил меч и, дождавшись очередной атаки Дадли, поднырнул под меч, гардой зацепил клинок кузена, рывком вниз выдернул из его руки оружие. И тут же обозначил удар ногой под колено и удар мечом под мышку. Кузен молча кивнул головой, признавая поражение, и спросил: - Слышь, Гарри, еще будем тренироваться или будем домой собираться? Поттер задумался и сказал: - Ты как хочешь, а я пойду ещё позанимаюсь, мы же с тобой хотим в конце-концов стать настоящими доппельнсолднерами. Дадли молча кивнул и отправился вместе с братом стучать по балде. Гил же усмехнулся, может он конечно и не был самый великий маг, но вот незаметно убедить людей, что его решение наиболее оптимально, это он мог, с чем Вернон и Петуния Дурсли, быстро согласились. Больше Генри не жил в чулане, да и в еде его теперь не ограничивали и не заставляли донашивать обноски за братом. Спустя десять месяцев. Жаркая июльская ночь сжимала в своих объятиях тихие пригороды Лондона, кто-то улыбался во сне, кто-то тревожно разметался по кровати. Далекий потомок Роберта Брюса, короля Шотландского, тана Гариоха, Голуэй, Клаккманшир, Мернса, видел странный сон. Над зелеными холмами Шотландии вставало солнце, дул легкий ветер, раздувая красные знамена с тремя золотыми львами, английского воинства стоявшего в низине. За спиной шотландской армии, золотой диск солнца казался добрым знамением. Шотландские знамена с андреевским, белым крестом на синем фоне, развивались над ровными рядами горцев, которые готовились к бою за свою свободу. На позиции ровными рядами выходили пикинеры, набранные шотландской знатью. Сама знать, стояла сразу за ними, сжимая клейморы и палаши, оглаживая рукояти секир, поправляя щитовую перевязь. Солнечные лучи причудливо отражались от шлемов и доспехов, перебегали с наверший знамен на горны. Лучники строились на верху холма, готовясь засыпать позиции врага тучей стрел. А рыцари короля изредка горячили своих коней, готовясь в нужный момент ворваться во вражеский строй, смять его, опрокинуть и гнать поганых захватчиков со своих земель. И вот, наконец, взревели горны, заколыхался лес пик и пехота медленно пошла в наступление. В это же мгновение с обеих сторон взвились тучи стрел, с обеих сторон появились убитые и раненные, в ровных рядах пикинеров появились бреши, но на место убитых становились новые бойцы. … Гарри, судорожно вздохнув, раскинул руки. Ему хотелось помочь бойцам, но он мог только смотреть. … Вот пикинеры остановились и разомкнули ряды, давая возможность атаковать своим пехотинцам, с диким боевым кличем врубились в ряды англичан. Грохот над полем стоял невообразимый. Сталкивались мечи, в щепки разлетались щиты, под ноги сражающимся падали убитые и раненные, горцы дрались яростно, прокладывая себе путь к стягу короля Эдварада, своей доблестью. Валлийские наемники, спешившие на помощь к шотландцам, так же неожиданно ударили им в спину, но к чести горцев никто не побежал, каждый был готов или победить или умереть. Король Роберт взмахнув мечом, повел в атаку кавалерию, удар тяжелой конницы во фланг англичан решил судьбу боя. Вчерашние йомены, бросали оружие, срывали доспехи и бежали прочь, пикинеры и ополчение добивали валлийцев, а тяжелая пехота преследовала англичан столько, насколько хватало сил. Обернувшись куда-то в сторону севера, Роберт сказал: - Смотри потомок, и помни, доблесть значит многое, но не всегда полагайся только на нее.