Сонный сюрприз или Как время влияет на судьбу

Стоны, всхлипы - всё что Малфой слышал с её стороны. Никакого крика или мольбы. Её тело тряслось от боли. Душевной боли, которая била, ела, топила изнутри. Перед глазами вновь сильна мужская рука, держащая в руке палочку из которой тянется зелёный луч. Луч Смерти. И крик.. Крик Джин Грейнджер, который заставлял схватится за голову, упасть на колени, а потом и на бок и умолять. Молить Мерлина, чтобы всё это прекратилось. Но Гермиона так и осталась стоять на коленях и молча плакать. Было слишком поздно... ***

Дорогая Пэнси! Это Рождество мы не будем проводить дома. Мы с твоим отцом решили поддержать Малфоев и встретить этот светлый праздник с ними. Тем более, мы должны решить одно дело. С нами будет семья Забини и семья Нотт. Предупреди Софи. С любовью и уважением, ваши родители!

*** - Грейнджер, пошли-ка отсюда... - он положил ей руку на плечо. Она встала, повернулась к Малфою и обняла его настолько сильно, насколько хватало сил и носом уткнулась в его грудь - в последнее время он единственный, кто мог её понять и утешить. Драко обнял Гермиону в ответ. Она что-то бурчала то и дело всхлипывая. - Ищи позитивные моменты, - подсказал слизеринец. - Во-первых, твоего отца здесь нет, значит он, в большей вероятности, выжил. Во-вторых... - и запнулся. Он не мог найти больше хорошего в этой ситуации. А она оторвалась от его теперь мокрой рубашки и взглянула ему в глаза. Девушка надеялась. Она надеялась, что он найдёт много позитива. Больше чем негатива. И парень не хотел, не мог её огорчить ещё больше. - Во-вторых, её не зверски убили и не пытали. - слабое утешение, Малфой. - В-третьих, они не забрали её тело. В-четвёртых, кот на месте. - он присел, взял Живоглота на руки. Да, его рубашка теперь в рыжей шерсти. Да, он не любил котов. Но сейчас ему было плевать - хотелось, чтобы она успокоилась. Нет, он конечно не любил женские слёзы, но ему особенно не нравилось, когда она плакала. Она слишком много плакала. - Хватит!.. - Гермиона утёрла руками слёзы, кое-как поправила причёску и вновь и вновь повернулась к телу женщины. Девушка нажала на кнопочку на браслете. - Простите, миссис Паркинсон, но я должна попросить Вас посетить дом Грейнджеров. - Что-то случилось? - заволновалась женщина. - Да. Прошу Вас поторопиться. - сказала напоследок слизеринка и прервала связь. - Молодец. В этом мире так и надо. - грустно усмехнулся белобрысый. - Как - так? - Держать лицо в любых ситуациях. - А эмоции? А как же другие эмоции кроме равнодушия? Вам, чистокровным, ничего не нужно. Вы ведёте себя так обычные люди лишь в компании друзей и хороших знакомых. Даже при семье, собственных родителях вы должны выглядеть равнодушными! - голос Гермионы сорвался. - Неужели это так трудно - подойти к матери, обнять её и сказать "Мама, я тебя люблю"? Ведь скоро её может не стать! - как бы больно ей не было, но она указала рукою на тело молодой женщины. Она не хотела, чтобы его ждала такая же участь. - Ты понимаешь? Нарцисса ведь тебя любит, и Люциус тоже, просто они, также как и ты, не умеют признаваться в своих чувствах. Вам, чистокровным, только и нужно, что деньги и статус. Именно поэтому вы врёте людям и выдаёте своих детей замуж силой. А как же чувства? Ведь эти люди могут ненавидеть друг друга, но ваши любимые слова в таких ситуациях "Стерпится, слюбится". Неужели вы правда так думаете? Неужели правда верите в это? Какого черта вы это делаете? Разве нельзя жить как нормальные люди? Зачем вам статус? Зачем чистота крови? Почему они всё решают? Разве, например, Забини не может влюбиться в полукровную или магглорождённую? Ведь главное душа! Душа! Не внешность и финансовое состояние! Разве вам не наплевать на мнение других? Плевать? Тогда почему же вы делаете всё для других, ещё и не с благородными намерениями? Может вам кажется, что вы строите бизнес для будущего вашего и ваших детей, но вы делаете это для мнения других. "Я сделаю так и обо мне все подумаю так", "Ой, он сделал это! Он хороший/плохой!". Как же это противно! И знаешь что? Ты сделаешь это! Плевать что ты думаешь, но ты всё скажешь своим родителям! По крайней мере матери. За последние месяцы ты стал мне дорог! Ты! Ты - слизеринский хорёк, который всё время изводил и противился меня! Лишь ты меня понял, чертов Малфой, ты! И я не хочу, чтобы ты потом страдал также как и я сейчас! - слизеринка остановилась и перевела дух. Все эти слова лились из её сердца. Ведь она понимала что её ждёт. И она стерпит, но потом. Не сейчас... Она высказала всё, что думает. Она стояла и смотрела Драко в глаза. Он явно был обескуражен. Девушке на плечо легла рука. Но это был не Малфой. Она повернулась и увидела миссис Паркинсон. Гермиона, сама не понимая что делает, кинулась к ней в объятья. Слёз не было, но женщина сама поняла, что ей плохо. Очень плохо. - Как давно Вы здесь стоите? - Со слов "Вам, чистокровным, ничего не нужно". - Вы ведь не сделаете всего этого со мной? - отстранилась она. - Не сделаю чего? - Всего того, что я сказала. - Гермиона понимала, что это её долг, но всё равно спрашивала. - Я сделаю всё, что в моих силах. - гладя по голове дочь, сказала миссис Паркинсон. - А ты, Малфой, при первой же встрече с Нарциссой скажешь ей обо всём! - И эта первая встреча состоится быстрее, чем вы думаете - завтра же, в субботу, мы отправляемся к вам, Драко, и останемся до Рождества. - Гермиона улыбнулась на эти слова. - Правда, мам? - удивилась девушка, но эти слова уже вырвались из её рта неосознанно. Миссис Паркинсон опешила. - Как ты меня назвала? - в полном шоке одними губами промолвила женщина. - Мама?.. - скорее спросила, чем ответила Паркинсон. Миссис Паркинсон обняла дочь так, что та почувствовала, как грудная клетка сжимается в один комок. Конечно это иллюзия. - Я, конечно, рад за вас, но может мы что-то будем делать? - заговорил Малфой. - Да, конечно. Вы возвращайтесь в замок, а я тут сама. - Пошли Малфой. - Паркинсон вновь взяла парня за руку и трансгресировала. - Я вижу ты уже не такая грустная.- уже идя в замок завёл разговор Драко. - Да просто представляю как ты будешь Нарциссе признаваться в своей любви. - улыбнулась девушка. - Слушай меня внимательно, Грейнджер, - остановился слизеринец напротив неё. - Я не буду этого делать! Я не хочу! - Ты не не хочешь, а не умеешь. - ткнула пальцем ему в грудь Паркинсон. - Я... - он не знал что сказать, ведь это было правдой. - Проехали! - Нет, не проехали! Я тебя сейчас научу. Итак, упражнение первое - скажи мне что-то. Только искренно! - Эм, ну ты... Ты вредная, никого не слушаешь и упираешься как баран. Подойдёт? - Нет! - сложила руки на груди слизеринка. - Что-то хорошее? - Было бы неплохо. - Ну ты это... Ты добрая... - почесал затылок парень. - Уже лучше. - опустила руки вдоль тела светловолосая. - Понимающая, чувственная, хрупкая и сильная одновременно... - Молодец. - А ты? - А что я? - А ты что обо мне скажешь? - Я? Зачем я? - не понимала Паркинсон. - Я же сказал. - настоял на своём Малфой. - Ну Малфой! - Ну Грейнджер! - Ладно. Ты заносчивый, злой... - решила рискнуть и начала девушка. Он подошел ближе. Было как-то неуютно - он чувствовал её дыхание на своей шее. - Ещё... - он смотрел на неё верху вниз. Возможно она теперь и Паркинсон, но рост её остался прежним. И что же поделать? - Бездушный, сумбурный, глупый, грубый... - шептала она. Смелость угасла и теперь появился страх. Какой-то необычный страх перед ним, коего раньше она никогда не испытывала ни перед кем. Но она и дальше смотрела ему в глаза. Они уже третий раз за день были так близко. Слишком близко. Запредельно близко. Гормоны бушевали. Она боялась - это он понял по её приоткрытых губах. Она больше напряжена чем он. Конечно, он же бездушный, а как человек без души может бояться? Но не смотря на свои чувства она упрямо смотрела ему в глаза стараясь этим показать свою смелость. Но она не могла этого сделать. - Гермиона Грейнджер, которая не боится смерти и трудностей трясется перед Драко Малфоем. Странно, а я ведь ещё даже ничего не сделал, для такой чести. И я не согласен с твоей последней характеристикой... - не понимая что делает, Драко наклонился и своими губами коснулся её губ. Поцелуй был настолько неожиданный, что Гермиона остолбенела и вылупила глаза. Но через секунду уже закрыла очи и отвечала на поцелуй. Что там последнее было? Ах да - грубый. Но сейчас Малфой был настолько нежен, что Паркинсон тонула в этом чувстве. Что он хочет ей доказать? Что он не грубый? У него это получилось! Она была зла на него. Непонятно почему. Но сейчас она на могла прервать этот момент. Они стояли на входе в замок и неудивительно, что все оборачивались на них. А так как все знали, что Софи Паркинсон - это Гермиона Грейнджер, то все были ещё больше удивлены. А возле больших дверей замка стояли Пэнси и Вероника. Пэнси усмехнулась. "Грейнджер, что же с тобой делает судьба? Софи - это твой рок" - кажись теперь она знала, что хотят родители обсудить с Малфоями. И Паркинсон с Хейли вернулись в замок - сейчас начнётся ужин. Драко оторвался от губ Грейнджер и наклонился к её уху. - Разве это было грубо? - прошептал слизеринец и воспользовавшись её шоковым состоянием взял за руку и потащил в Большой зал...