Сонный сюрприз или Как время влияет на судьбу

— Сегодня день рождения. Мой день. Её день, — тихо прошептала Пэнси. Солнце только встало, а она уже на ногах. Тяжело ей сегодня придется. Но никто не знает, что же обременяет душу молодой девушки. Для неё это самый прекрасный и самый ужасный день одновременно. Слизеринка сидела на кровати и неслышно плакала. Она поспешно встала и направилась в ванную. Никто не должен видеть её такой. "Сильная. Справлюсь". Нужно забыть об этом. Но не получается забыть. Уже десять лет. Ровно десять лет прошло с того времени. Пэнси умылась ледяной водой. Потом девушка миновала комнату. В гостиной она кивнула Малфою в знак приветствия и продолжила свой путь в Большой зал. Нет смысла это все вспоминать. «Её не было в моей жизни, » — думала слизеринка, уверенно шагая на завтрак.

***

Гермиона проснулась в шесть утра. Усталости она не чувствовала, несмотря на то, что спала она всего несколько часов. Ей снилось что-то светлое, но что — она не могла вспомнить. Собрав со стола пустые чашки из-под чая, Гермиона пошла в свою комнату. Одевшись, девушка вновь спустилась в гостиную и вошла в ванную комнату. Повернув кран, из которого хлынула студёная вода, гриффиндорка умылась. Отрывок вчерашнего разговора всплыл в памяти: — Ну, как Поттер после победы? — ухмыльнувшись, Малфой откинулся на спинку кресла напротив дивана, на котором сидела Гермиона. — Не знаю. Гарри только завтра приедет в школу, — объяснила она. — Понятно. — А ты как? — осторожно спросила Гермиона. — Нормально. Все так удивились, что я помогал в восстановлении замка, и только ты, Грейнджер, никак не отреагировала. Почему? — Я, в отличии от других, поняла, что ты хотел бы показать себя с лучшей стороны. Ты же не хотел быть Пожирателем, тебя не спрашивали. — А ты, Грейнджер, единственная, кроме Пэнси и Блейза, конечно, кто не осуждает меня в этой школе. Я буду бороться и добьюсь своего. Ты же знаешь. Я всегда добивался твоей злости, ненависти Уизли и презрения Поттера. Так что можешь не сомневаться во мне. Гермиона посмотрела в зеркало и замерла. Отражение показывало девушку с русыми волосами чуть ниже плеч, изумрудными глазами и идеальной осанкой. Да она прямо аристократка! Кого-то напоминает… Грейнджер подняла кулачки к глазам и потерла их. Ничего не изменилось. Что?! Что за чертовщина? Это... Зубная щетка, которую Грейнджер сжимала в побелевших пальцах выпала, окончательно вводя девушку в ужас. Гермиона быстро почистила зубы, привела себя в порядок и выбежала из ванной, а затем и из гостиной Гриффиндора. Она быстрым шагом направлялась в кабинет директора. И тут врезалась в кого-то. — Эй, красавица, осторожней. Ты кто? — такой знакомый голос… Гермиона подняла на него свои, теперь зеленые, глаза. — Паркинсон? Я же тебя только что видел в гостиной. Как ты успела так измениться? — удивленно спросил Малфой, делая акцент на слове «так». Точно! Паркинсон! Вот на кого она теперь похожа. — Малфой, какая Паркинсон? С ума сошел? — Грейнджер? Какого чёрта? – голос Драко сорвался на непонимающий шёпот. — Сама не знаю… — пробормотала себе под нос гриффиндорка. — Куда ты так летишь? — Куда нужно! — огрызнулась она. — Как нога? — Какая тебе разница? — Ладно. Вижу, ты не в настроении на дружескую беседу. Поговорим позже. До встречи! Он уже завернул за угол, а девушка не сдвинулась с места. Посмотрев на свои наручные часы, которые ей подарили родители на шестнадцатилетие, она поняла, что уже пора на завтрак. А к МакГонагалл она еще успеет зайти. Тем более, директор уже в Большом зале. Гермиона дошла до входа в Большой зал, а потом медленно вошла. Она лучезарно улыбнулась и остановилась. Раз Малфой так бурно отреагировал на новую внешность, то что будет с остальными? Все обратили на неё своё внимание. Девушка просто упивалась их реакцией. Читавшие «Ежедневный пророк» оторвались от своего занятия и с открытыми ртами смотрели на неё, откровенно разглядывая. Ученики, которые ели, застыли с вилками-ножами в руках и перестали жевать. Некоторые остались с тыквенным соком во рту, так и не проглотив его. Учителя сидели с удивленными лицами, не делая каких-либо движений. И только два человека спокойно отреагировали на появления «новой» девушки. Малфой сидел и молча читал «Ежедневный пророк». И профессор Картер. Она прямо светилась и изучала гриффиндорку. Грейнджер направилась к столу Гриффиндора. Все оглядывались то на неё, то на Паркинсон. Конечно, такие то-сходства! Гермиона подошла к Гарри с Роном и стала позади них. — Мальчики, вы уже вернулись! Ну же, обнимите меня! — Девушка, — Гарри повернулся к ней лицом, — с какой это радости я должен Вас обнимать? Гермиона улыбнулась. — Я что, так сильно изменилась за лето? — Гер… Гермио… — начал заикаться Рон. -…на, — закончила за него девушка. Потом наклонилась к ним и прошептала: — Я вам потом всё объясню. Гриффиндорка села слева от Гарри. МакГонагалл встала со своего места. — Всем доброе утро! У нас некоторые изменения. Теперь профессор Картер — декан Слизерина, а профессор Адамсон — декан Гриффиндора. Всем хорошего учебного дня и приятного аппетита. Завтрак прошел шумно. Время от времени ученики замолкали и оборачивались то к Пэнси, то к Гермионе. Сама Гермиона спокойно ела, смотря то на Паркинсон, то на остальных. Пэнси сидела с таким лицом, будто только что увидела что-то нереальное. Взгляд её устремился в тарелку. После завтрака она первая выскочила из Большого зала. Грейнджер повернулась к мальчикам. — Догоняйте. И пошла к выходу из зала. Там её перехватила Паркинсон. — Нужно поговорить, — сказала она. Пэнси схватила гриффиндорку за руку и потащила в заброшенный класс по Зельеварению.