Сонный сюрприз или Как время влияет на судьбу

- Девчонка очень сильна. Её нужно поймать и это я решил поручить тебе. Ты мой сын, значит чего-то стоишь. - Хорошо, отец. Что о ней известно? - Почти ничего. Лишь три факта - во-первых, она существует, что очевидно, во-вторых, она в Хогвартсе и в-третьих, своей злостью или яростью она может уничтожить мир. Ни возраст, ни внешность, ни факультет не указаны. Отправляйся в Хогвартс. - Хорошо, отец. *** - Та что вы все мне надоедаете? Уйди, кара Божья. Потом тобой займусь, а сейчас дай поспать! - Гермиона кинула подушку в будящего её. Промах. - Ты на уроки собираешься? - недовольно ответил знакомый голос. - Сегодня нет. А теперь сделай одолжение - исчезни! - отчеканила девушка не открывая глаз. - Вот так значит? - ехидно задал вопрос собеседник. Гермиона наконец-то узнала его. Малфой. А кто же ещё? - Да, вот так! - Паркинсон бросила в Малфоя одеяло. Попала. Не удержавшись на ногах, он упал. Слизеринка довольно усмехнулась, услышав, как Драко приземлился пятой точкой на пол. - Учиться надо! Освежись немного. Агуаменти, - на соседку по комнате вылилось, как Малфой понял, примерно большое ведро воды. Гермиона резко вскочила с кровати и сразу упала - ногу скрутило, да и каблук не удержался на месте и вновь отлетел от лодочки. Она сняла, или, точнее, сорвала туфли и швырнула в угол. С трудом Паркинсон залезла на кровать. Нога ужасно болела. Тумбочка возле кровати упала. Гермиона выглядела просто "прекрасно" - причёска, со вчерашнего вечера испорченная, теперь выглядела, как стог сена после дождя. Бирюзовое платье прилипло к телу. Тушь потекла. - У тебя отличная фигура, Паркинсон-Грейнджер, - ухмыльнувшись, сделал комплимент Малфой. - Спасибо, но мне не нравятся твои методы! - сидя на кровати, сквозь зубы ответила она. - Так же, как и мне твои. Зачем ты меня потащила на ужин? Я же ясно сказал, что не никуда не хочу идти! - Кушать надо! - повторила свою вчерашнюю фразу слизеринка. - Учится надо! - повторил свою фразу Драко таким же тоном, что и соседка по комнате. Внезапно у девушки заболела голова. Она упала с кровати, согнувшись пополам на полу. Голова не просто болела. Она раскалывалась. Будто её разбили на тысячи кусочков и вновь медленно и мучительно, собирают. Паркинсон зажмурилась. Послышался крик. Крик, который заставлял душу заледенеть. Её собственный крик. Потом её кричащий голос сменился другим, не менее ужасным. Этот голос был женским, каким-то родным, но до дрожи во всём теле, искаженным страхом и ужасом. Если крик Гермионы заставлял покрываться холодным потом, то крик этой женщины заставлял заткнуть уши чем-либо и молить, чтобы это прекратилось. Перед глазами появилась картинка: сильная мужская рука, держащая в руке палочку из которой тянется светлый зелёный луч. Луч смерти. Крик внезапно прекращается. Темнота и тишина. Через некоторое время во тьму пробился лучик неяркого света. Он всё ближе. Гермиона резко открыла глаза. Белый потомок, белые стены. Белая подушка, белое одеяло, белая простынья, белая рубашка. Белое помещение. Сейчас это цвет выводил из себя. Непонятно почему. - Тебе действительно не нужно сегодня на уроки, - послышался голос сбоку. Малфой. - Женщина... Мужчина... Кричит... Смерть... - принялась кричать Паркинсон, резко сев на кровати. Размахивая руками и задев вазу на тумбочке, она старалась рассказать своё видение. - Тише! - шикнул на неё Драко и, схватив за плечи, начал несильно трясти, стараясь привести её в чувство. - Так! Что тут происходит? Больная, спать! - мадам Помфри вышла из своего кабинета, держа в руках пузырёк белого цвета. - Мистер Малфой, идите на занятия. Драко молча встал и ушел из Больничного крыла. Мадам Помфри хотела залить зелье девушке в рот. - Я сама! Не маленькая! - выхватила бутылочку из рук медсестры и залпом осушила её - Хорошего рабочего дня! - Гермиона повернулась на бок и заснула. *** Проснувшись, она почувствовала вибрацию на левой руке. Браслет, который ей надела миссис Паркинсон. Гермиона вспомнила, как Пэнси вела себя с этой штукой. Глазами она нашла маленькую кнопочку и нажала на неё. Небольшой красивый камень отъехал в сторону и из отверстия, которое образовалось после перемещения камня, плавно выплыло голубое облачко. Через несколько секунд облачко дыма рассеялось и появилось лицо симпатичной женщины. Миссис Паркинсон - мать, не то слово, которое подходит этой женщине в глазах слизеринки. - Когда сможешь, зайди к нам в гости в Паркинсон-менор. Нам нужно поговорить. Лицо женщины исчезло. "Больная" встала с кровати. Пол был до невозможности холодным. Он был таким же холодным, как и крик той женщины - холодным, ужасным, отчаянным, неживым. Все были на занятиях. Не долго же она проспала. Паркинсон спокойно дошла до слизеринской гостиной, а потом и до своей комнаты. Нога уже не болела, видимо, мадам Помфри постаралась. Причесавшись, поправив макияж и переодевшись в синее платье и кремовые туфли, девушка пошла к камину.