Экзотический отдых в русской деревне или как свести с ума своих коллег

— Бл**ь! — Первым словом Романа этим утро было именно это. — Кто выключил солнце?! — Ведро с башки сними. — Сонно ответил Смолов, зевая. — Ах да… — Широков снял ведро. — Где мы сейчас?! Что за колхоз?! — Сам ты колхоз! — Возмутился Альмейда. — О! А этот что тут делает?! — Удивился Аршавка. — Здрасте-приехали! Так мы же на свадьбе были! Ну, вы от Галицкого в наказание, а Аршавин за компанию. — Обосновал всё португалец. — Ааа, вон оно что, епта! — Хлопнул в ладоши Широков. — А где тогда остальной колхоз? — Похоже, вооооон то восстание зомби. — Федя указал на кучку футболистов, выползающих из дома на карачках. — Это походу реально зомби апокалипсис. — Пробурчал Аршавка. — Витя, я умираю. — Пробурчал Иньеста. — Держись, сейчас Жора принесет опохмелиться. — Успокаивал его Вальдес. — Я сейчас умру. — Андрюха, держись. Жорка нас не оставит. Он принесет. — О! здорова! — Из дома вышел веселый и воодушевленный Касильяс. — Вы на него посмотрите! — Возмутился Рамос. — Все тут умирают, а он как только что родился! — Он же любитель выпить! — Воскликнул Роналду. — Поверь, он профессионал! — Возразил Серхио. — А где Лео?! — Влетел запыханный Неймар. — Очухивается где-то. — Лавесси высунул голову из куста чернобривцев*. Неймар сел на землю и зарыдал. — ЛУИС, ЗАБЕРИ ДИТЁ!!!!! — Заорали хором все. Суарес взял дитятя на руки, позвенел погремушкой, тот успокоился. — Ну, хоть соска не пригодилась. — Облегченно вздохнул уругваец. — А вы шо разлеглися?! Ещё второй день впереди! — Вышла из дома новоиспеченная жена Андрея. — ВТОРОЙ ДЕНЬ?! — Все разинули рты.

***

— Я второй раз не выдержу! — Схватился за голову Кьелинни. — Я не смогу опять, Господи! — Паниковал Ди Мария. — Мне вообще жопу прострелили! — Выл Азар. — Бухло принесли! — Объявил кто-то очень громко. — Оба-на, мы идем!

***

Если во всей России свадьба длится один день, то кубанцам этого мало. В станицах, как правило, гуляют неделю, но до этого момента доживают лишь сильнейшие. Так что в связи с прогрессом и переселением из станиц в города, гуляют два дня. Придуман второй день для того, чтобы опохмелиться, добить остатки еды и содрать с гостей ещё больше денег. — Я опохмеляться!!! — Заявил Лео, залезая под стол. — Прощайте! — О! Лошара явился! — Широков истерически заржал. — Ты кто, епт?! — Возмутился аргентинец. — Я не понял? Кто тут мои фразочки тырит?! — Рома, они не твои! — Заглянул под стол Федя. — У нас в стране все матерятся, как черти! — Галимые черти! — Поправил его Рома. — И вообще, я все употребляю в своей особой форме! Надо запатентовать… — И с чего ты вообще взял, что ты круче меня? — Я то, что ты вчера свалился второй после него! — Широков указал на Икера. — Вот не надо тут! — Возмутился испанец. — На правду не обижаются! — А ну, тихо там! — Рявкнул кто-то из гостей. — А и вправду, давайте пить! — Предложил Касильяс. — За любовь! — За Блаттера! — Поднял рюмку Месси. — За дом! — Прозвучал тост от Широкова. Гуляли около часа, как потом всех загнали в одну комнату. — Я не понял?! Это что значит?! — Возмущался Томас. — Нас сюда согнали зачем? — Сейчас газ пустим! — Усмехнулся Митяй. — Есть такая кубанская традиция, на второй день мужчины переодеваются в женщин, женщины мужчин. — Начал объяснять Андрей. — Это вам и предстоит! — Я на это не подписывался! — Возмутился Аршавин. — Я вам не Дзюба! — У нас тут все натуралы! — Подтвердил Роман. — Кроме одного, конечно… Оба россиянина обернулись на Смолова.

***

— И какой бес меня попутал, когда я на это согласился? — Вздыхал Пике, вертясь у зеркала в сарафане в горошек. Все переглянулись: — Рамос. — Хором выдали они. — Ну-ну, тебе повезло, не то, что мне. Платье в цветочек и шаль. — Усмехнулся Иньеста. — И ещё эта косынка… Господи, что со мной творится? Надо было с самого начала послушать Хави и сидеть дома. — А мне нравится! — Заявил Серхио. — Да тебе всё нравится, главное, чтобы не здоровое было! — Рыкнул Икер. — Мне это говорит взрослый мужик в шляпе с огромными полями, юбке и лифчике? — Просто все остальное разобрали! Неожиданно все замолчали, в комнату зашёл ОН. — Батюшки мои родные… — Вальдес схватился за сердце и медленно сел на диван рядом с почти умершим Андреасом. — Красное мини-платье с пайетками? — От такого перекосило даже Лавесси. — Шпильки? — Накладные ресницы? — Красная помада? — Рома, ты просто шикарен! — С визгами радости в комнату вбежал Федя. — От**ись! — Рыкнул в ответ Роман. — Это колготки в сеточку? — Прищурился Неймар. — Чулки. — Проворчал Широков. Появление Романа на празднике в таком виде вызвало незабываемый аншлаг. Гости ржали покатом. С Романом-проституткой не сравнится даже Томас-бабушка в флисовой жилетке и Иньеста-доярка. Митяй и Люда по традиции оделись в жениха и невесту. — Ой, Митя, как в старые добрые времена! — Восхитилась Люда. — Только вчера из Загса выносил! Сейчас уже не подниму, правда… Жена огрела его подзатыльником: — Митя! — Шо Митя? — А помнишь, как мы были счастливы? — Ушла в воспоминания Колесникова. — Ага… — Ответил Митяй улыбаясь. — Пока этот обалдуй не родился… — Скажи спасибо, что он у нас не такой вот! — Люда наблюдала за тем, как Икер выгонял веником из дома Рамоса, одетого в мини-юбку, топик и леопардовые колготки. — Это традиция такая! Он – не это! — Пояснил Митяй. — Рамос слишком туп, чтобы понять, что делать с бабой наедине. Я не говорю про мужика! — Он, наверное, даже не знает, чем мальчик от девочки отличается! — Выкрикнул откуда-то Андрей. — А говоришь обалдуй! — Рыкнула Люда на Митяя. — Но ты же сама это сказала… — Пропищал Колесников.

***

Когда все уже напились, то всем стало душевно срать, кто похож на проститутку, кто на колхозницу, а кто на бабушку. Но описать это зрелище всё-таки стоит. Томас оделся бабушкой, напялив клетчатую юбку по щиколотку, калоши, старый свитер, платок в горошек и флисовую жилетку. Марко оделся в школьную девчачью форму, напоминаю всем героя из немецкого гей-порно фильма. Озил вообще стащил Маринино платье с выпускного вечера. Трио Месси-Неймар-Суарес как обычно блистало. Неймар в майке на бретельках, белых лосинах и блестящем шарфике. Месси в розовой футболке с надписью «если хочешь меня — улыбнись» и колхозной юбке. Суарес в огроменной, как гриб, шляпе и парео. Азар всегда славился своей прекрасной задницей (которую на днях прострелили). Поэтому он одел самые обтягивающие штаны и блузку с рюшами. Остальные были одеты по высшей колхозной моде, и описывать это очень долго, а автор ваш дико ленив.

***

Великая алко-троица продолжала кумарить под столом. Время от времени оттуда доносились громкие возгласы и тосты, а Романа было слышно в квартале отсюда. Не, ну, а кто ещё может орать «Епта!» столь громко? Внезапно вскочил Томас и громко заорал: — Гости! Все тут же повернулись к немцу. — У меня тост! Все стали слушать великого оратора. — Знаете ли вы, дорогие гости, кто был самым счастливым мужчиной на Земле? Им был Адам. А знаете почему? — Мюллер начал ржать, как лошадь. — Потому что у него не было тёщи! — Прозвучало сквозь его смех. Все молчат. Тишина, как на похоронах. — Давайте выпьем! — Спас ситуацию Озил. — Да-да, конечно! Выпьем! Выпьем! — Восклицал каждый гость, чокаясь. Тем временем Роман так и не отставил навязчивой идеи забрать себе приз победителя. — Эй, — Широков свистнул, — Красотка! — Начал он подкатывать к подружке невесты. – Ик! — С какой вы панели, дамочка?! Пошел к черту отсюда!

***

Праздник прервался. У калитки собрались разъяренные селяне с вилами и факелами. Все жутко перепугались. Часть гостей полезла под столы. — Вы чё, б**ять, епта?! Сидите дома, епта! Моя территория! — Радушно встречал их Роман. — Ром, чулок подтяни. — Сделала ему замечание Шакира. — Пардон. — Извинился Широков и хлопнул резинкой чулка. Толпа селян требовала выдать им немцев: они знают, что те здесь. Томас и компания опрометью ринулись на огород – спасаться. — Мы знаем, что фрицы у вас скрываются! — Орала бабка, к который прошлой ночью наведались наши герои. — А как докажите? — Выкрикнул Лавесси. — Да вот же моя курица по вашим цветам бегает! — Нет у нас никаких немцев! — Заявил Митяй. — А вы москали — молчите! * — Выкрикнул кто-то из толпы в адрес Колесниковых. Митяй вышел к толпе. Завязалась драка. Разъяренная толпа жителей Рожехи во главе с бабкой влетела во двор, снося все на своём пути. Столы снесли в миг. Лео, Икер и Рома сидели на земле охреневшие. Курица это народное восстание не пережила. Мюллер, Ройс и Озил тем временем неслись по огородам, безжалостно ломая кусты картохи и помидор. — Я застрял!!! — Заорал застрявший в грязи бабушка-Томас. — Не человек, а ходячий кошмар!!! — Ройс кинулся за ним и стал тянуть за руки. Мюллер застрял конкретно. Вскоре он отставил калоши в грязи и продолжил бежать босиком по огородам, собрав на себя всех колорадских жуков. Вскоре они выбежали к трассе, ведущей к Тихорецку. — Сколько до этого Х**хорецка? — Поинтересовался Озил. — Может, Тихорецка? — А вот по виду он как раз таки Х**хорецк! — Километров 20. — Прикинул Ройс. — Будем драпать! Они перли по трассе 20 км. Томас был босиком и весь в грязи. Одеты были в женскую одежду. — Госпады Боже мий! Нэхай пидорасы! — Женщина, ехавшая по трассе, перекрестилась. — Наверное, все кто проезжает, думают, что мы пидорасы. — Да ну! Не неси бурду!