Souriez, le mignon

***

На шатком стульчаке сидит парень. На коленях гитара. На бледных и чуть впалых щеках созвездия родинок. В переходе не так сильно свирепствует ветер, но холод все такой же – уличный. Парню не холодно. Каждая клеточка его тела играет и не дает замерзнуть. Пальцы после двух-трех песен начинают саднить и приходится делать перерыв. «Стайлз и гитара – вечная пара» - эти слова любит повторять Скотт. Время приближается к полуночи. Стайлз ждет. Вот сейчас. Через несколько минут звук размеренных и чуть усталых шагов вольется в стайлзову игру. Стайлз начинает играть и они появляются. Сначала показываются стройные ноги в неизменных черных брюках, далее глухо застегнутое черное пальто. Сегодня чуть бледнее, щетина грознее. Черные волосы, некогда уложенные, растрепаны, не признающим никаких законов, ветром. Он никогда не смотрит на Стайлза. Просто чуть замедляется и проходит дальше, заставляя сердце замирать, а Стайлза бросать безнадежный взгляд вслед широкой и прямой спине. Стайлз всегда его ждет. Всегда. Как только впервые увидел, незапланированно задержавшись чуть дольше обычного, и по сей день. Спустя месяц, проживая каждый день в ожидании вечера, чтобы впитать в себя грозный образ: по волчьи хищные глаза, вечно хмуро сведенные брови, острый нос, и прекраснейшие губы – Стайлзу кажется, что он влюблен уже вечность. Он опять проходит мимо. Не взгянув. Лишь чуть замедляясь, поравнявшись с парнем, не представляя себе, что за эту секунду у Стайлза сердце опускается ниже вотерлинии. Идет дальше. Оставляя с мыслью, что так не бывает. Такое даже в книгах не описывают. Если только в специализированных на психологии, потому что все заходит куда-то слишком далеко. Дальше только комната с мягкими стенами.

***

      На бледной в шоколадных крапинках-родинках шее, небрежно расположился вязаный, цвета насыщенного Бордо, шарф. Вихрастую голову прикрывает черная шапка, с торчащей из под нее каштановой челкой. Сегодня было определенно больше солнца. И жить захотелось на несколько делений сильнее. Стайлз решил сыграть Je Veux. Руки бросились в свой личный танец, а на ступенях раздались шаги. Он спустился, а Стайлз готовился опять провожать спину тоскливым взглядом. Но сегодняшний сценарий кто-то решил изменить. Стайлз всегда был немного фаталитом. Он остановился напротив и словно прикоснувшись рукой, остановил взгляд на лице Стайлза. Парень смотрел в ответ, боясь даже вдохнуть, лишь бы не спугнуть прекрасный мираж. Пальцы не сбились с ритма. Он улыбнулся лишь уголками невозможных губ, а личная вселенная Стайлза взорвалась огненными искрами и на ее месте начала зарождаться новая, но уже не его, а порабощенная Им. Пальцы отыграли последний аккорд. И между бетонными стенами разнеслась звенящая тишина. Зеленые. Стайлз разглядел. Он почему то так и думал. Может быть даже знал. - Дерек. И ненавижу кофе. - Стайлз. И обожаю чай. Теперь клиническая смерть для парня с россыпью родинок и бардовым шарфом не такое уж и далекое понятие.