Они сражались за Родину

Я проснулся в холодном поту, когда за окном уже было светло. Первая мысль, с которой я же и засыпал, отозвалась мурашками по спине так, что я невольно затрясся. В кулаке сжата простыня, всё тело напряжено. Я знаю, что скоро этот день настанет, но не готов к нему морально. И его приближение заставляет меня волноваться всё сильнее и сильнее. Не столь за себя, сколько за неё. Ведь я знаю, что будет здесь уже послезавтра. А отчаяние от того, что я практически не в силах ничего сделать, губит меня. Стоит лишь только закрыть глаза и вспомнить с чего всё началось.. ... Все странности начались именно с этого витка, вернее с его самого начала. С того момента, когда я открыл глаза. "Что-то не так!.." - это была моя первая мысль, очень сильно насторожившая меня. За столь большое количество моих пробуждений в этом автобусе я конечно же запомнил что в нём и как. А в этот раз это был вообще не икарус! Мои эмоции после выхода из автобуса нельзя передать словами: лагерь очень сильно преобразился. Первым делом я обошёл то транспортное средство, в котором проснулся, со всех сторон. Я раньше никогда в жизни не видел таких автобусов, судя по его антикварному виду ему не меньше 70 лет. "Он намного старше икаруса." констатировал я. Подошло время, когда должна была появиться Славя, но её все не было. Я и не собирался долго задерживаться на стоянке и побежал внутрь, осматривать изменившийся лагерь. Чёрт, я что, в прошлое попал?! Тогда я поймал себя на мысли, что да, в прошлое я и так уже попадал, при чём много раз. Только сейчас это было немного другое прошлое. Совёнок выглядел постаревшим лет на 40. Вместо здания клубов стоял какой-то двухэтажный барак, привычные мне пионерские домики были частично заменены палатками, а в большей своей степени представляли собой маленькие квадратные одноэтажные домики. А памятника Генде не было и в помине. Вместо него стоял бюст.. Ленина.. ... В конце того дня я был потрясен настолько, что не знал что и сказать. С одной стороны, учитывая все странности этого лагеря, нет ничего удивительного. Но почему все сбилось с привычной колеи? Этого мне никогда не узнать, как и причины моего попадания сюда. … После общения с сильно удивленной моим одеяниям вожатой, я понял, что попал куда-то в 40-ые года. И был удивлен не меньше её. В принципе, мог бы и догадаться по внешнему виду лагеря. Производя обход нового места, я заметил что в жилых домиках нет света, некоторых строений из Совёнка 80-ых годов тоже нет. Но что больше меня удивило — все пионеры были мне абсолютно знакомы. И конечно же я не сдержал эмоций, увидев её. Интересно, на чём играет Алиса сороковых? … Жизнь в Совенке «раннего» СССР мне нравилась намного меньше, чем «старые добрые 80-ые». Несколько дней я как обычно занимался почти тем же, даже с Алисой проблем не возникло. Все тоже самое, что и в прошлых витках. Только прибавилось побольше работы, да и некоторые скучные мероприятия, на которых мне пришлось побывать. Всё шло своим чередом, даже достаточно хорошо, к тому же я был немного рад смене обстановки. … Самое страшное произошло на четвертый день. Не знаю каким образом , либо это было спланировано, либо просто какая-то новая шутка от создателя этого места, но я узнал сегодняшнее число и приблизительное местоположение. … Мы сидели на лужайке, её голова лежит на моём плече, и казалось, что ничто не сможет нам помешать.. -Чего улыбаешься? - сказал я. -Да так... Просто.. хорошо... - улыбаясь, ответила Алиса. -Ну и жара сегодня.. -А что ты хотел? Украинский июнь! - всё так же улыбаясь, сказала Алиса. Осознание пришло не сразу. Я уже настолько привык к тому, что от местных ничего не получится узнать о своём местоположении и сегодняшнем дне, что сначала мне даже показалось, что я послышался. "Украина. Июнь." -Что-то не так? - испуганно спросила Алиса, заметив моё удивленное лицо. -Ты только что сказала «украинский июнь»? -Да.. А что? - робко ответила она. -Ничего, просто.. показалось. - пробубнил я. В голове почему-то сразу же появились мысли о том, что надо узнать какой сейчас год, узнать точное местоположение и другие навязчивые вопросы, которые не дают покоя. -Слушай, не помнишь, какое сегодня число? - осторожно уточнил я. -Эмм... Ну, вроде девятнадцатое. Да, точно! Сегодня утром даже сводку слушала по радио! - ~Тут есть радио?!~ -промелькнула в голове мысль. - 19 июня 1941 года. - словно констатировала Алиса. От услышанного я облился холодным потом. 19 июня.. 1941.. через три дня.. а мы на юге Украины... В тот момент я выглядел скорее всего, как запуганное до смерти животное. Чёрт... что ж это такое... Я словно отчаялся.. Даже моих не столь обширных знаний хватало, чтобы понять, что уже через пару дней здесь будут либо бои, либо бомбардировки, либо просто немцы. Страх не столько за себя, сколько за Алису сковал меня. Ведь так хочется защитить, а с другой стороны ты понимаешь, что бессилен в этой ситуации.. -Я опять что-то не так сказала? - расстроено сказала Алиса, прервав мой поток мыслей. -Нет, нет, ничего. — попытавшись успокоить её, улыбнулся я. -Уже скоро ужин, а мне еще кое-куда забежать надо... Я пойду, не скучай. - Алиса не успела сказать и слова, как я уже скрылся из виду. Тогда мне хотелось только одного — побыть одному, обдумать всё происходящее, и я направился в лес.