Бойцовский клуб

Парни валялись на кровати, обнимая друг друга. Их обнаженные тела сплелись, мысли улетучились из головы, остался только кайф… Они всегда превосходно чувствовали себя после секса, а на вечные споры и препирания банально не хватало сил. - В душ? – Картман повернулся к любовнику, нежащемуся в его объятиях. Кайл кивнул, слегка улыбнувшись. Вдвоем они вошли в ванную, Картман включил воду. Ребята встали под приятные струи теплой воды. Эрик намылил свои широкие ладони, провел ими по рельефному телу Кайла. Еврей выгнулся. - Ты такой заботливый! - Я же обещал, что буду заботится о тебе, - на ухо прошептал Эрик, продолжая намыливать и ласкать парня. Кайл задумался, а точнее погрузился в приятные воспоминания. Он вспоминал о том, как начались их отношения.

***

Брофловски и Картман лежали под одеялом в комнате Эрика после великолепного (впрочем, как всегда, секса). Кайл устроил голову на плече любовника, тот обнимал его одной рукой. - Кайл, - Эрик повернул голову и заглянул в зеленые глаза, - Что ты думаешь насчет отношений? - Что?! - Как ты смотришь на то, что мы можем не ограничиваться периодическим перепихончиком… Мы могли бы быть вместе. - Ты хочешь встречаться со мной? – изумленно улыбнулся еврей. - Да. Почему бы нет? – Эрик беззаботно повернул голову и уставился в потолок. Но что-то в нем выдавало волнение. - Честно говоря, даже не знаю… То есть вообще отношения – это здорово! Я никогда не понимал Кенни, который вставляет всем подряд, а потом линяет от каждой понравившейся девушки… Я как-то думал об этом, мне даже стало его жаль: ему ведь не с кем посмотреть в обнимку фильм, некому дарить безделушки на всякие тупые праздники… Тьфу! Куда-то не туда меня несет. При чем тут Кенни?! То есть я имел в виду, что вообще-то хочу отношений… Но – мы? Это так странно... Честно говоря, меня до сих пор удивляет то, что между нами сейчас происходит. - Ха! Будто меня не удивляет, что я без всякой брезгливости вставляю еврею! - Эй! Мог бы выбирать выражения! Хотя бы учитывая тот факт, что ты сейчас вроде как предлагаешь мне встречаться! - Извини, - Картман серьезно посмотрел на любовника, - Я не хотел тебя обидеть. Само как-то вырвалось… Так что ты скажешь? - Мне так сложно воспринять происходящее! Я даже не представляю, каким ты будешь парнем! - Конечно, я не могу обещать быть идеальным парнем. Вернее, обещать-то могу, а вот выполнить… - шатен чуть крепче прижал к себе Кайла, - Но я точно буду заботливым и внимательным. Я всегда поддержу и защищу тебя. Буду тебя удивлять и радовать всякими мелочами. - Ты так серьезно говоришь, - чуть удивленно поднял брови Кайл. - Я очень давно не был так серьезен. - Знаешь, по-моему, это было бы здорово! - То есть ты хочешь со мной встречаться? – на лице шатена заиграла довольная улыбка. - Как ни странно, да! – Кайл поцеловал своего любовника, вернее, уже парня, в щеку, - Правда, есть одна заморочка, не знаю, как с этим быть… - Не знаешь, как сказать матери? - Точно! Как же хорошо ты меня знаешь! - А я тебе уже говорил, что враги гораздо ближе друг другу, чем друзья. Думаю, то, насколько мы сблизились за последние недели – отличное доказательство! - Это да. Так как быть с нашими отношениями и моей мамой? - Думаю, ей не обязательно знать об этом. Вообще никому не обязательно знать о нас. Наши отношения – сугубо личное дело! - То есть ты хочешь держать их в тайне? - По-моему, мой дорогой еврей, этот вариант сейчас самый приемлемый для нас обоих: твоя нервная мамочка ни о чем не узнает, а я сохраню свою репутацию! - А как помешает твоей репутации связь со мной?! – от возмущения щеки Кайла слегка покраснели. - Ну, все же меня знают, как оголтелого нациста, расиста и антисемита. А тот факт, что я… каждый день думаю о том, как сделать приятное еврею, вместо того, чтобы придушить его где-нибудь в подворотне – пошатнет имидж, наработанный годами. - Я думал, что ты скажешь что-то вроде: «я каждый день трахаю еврея» … - улыбнулся Кайл. - Сначала я хотел именно это сказать. А потом решил, что ты опять обидишься. - Кто бы мог подумать? Ты действительно очень внимательный! - К тому же я, увы, трахаю еврея далеко не каждый день, - с притворным сожалением вздохнул антисемит. - Как же ты умеешь бесить! – рыжий слегка стукнул парня кулаком в плечо.

***

- О чем задумался, еврей? – голос Картмана вырвал Кайла из воспоминаний. - О нас. - Ух ты! И что именно ты о нас думаешь? – Картман одной рукой бережно обнимал Кайла, другой – смывал с него мыльную пену. - Удивляюсь, что уже почти год, как мы вместе, а мы оба живы и даже не покалечены… И я все еще счастлив… - А я-то, как счастлив, мой кошерный! - Вот об этом я и думаю! Как ты умудряешься быть таким милым и заботливым, несмотря на свои постоянные антисемитские издевки? - Сам поражаюсь… просто ты мне очень дорог. Хоть ты и жид! - Прекрасно! – Кайл схватил тюбик геля для душа, выдавил немного на руку и провел по носу Эрика. В ответ Эрик направил душ в лицо рыжего. Оба рассмеялись. Эрик и Кайл стояли в комнате, уже одетые. - Мне надо к Стэну, - сообщил Брофловски, - обещал сегодня к нему зайти. - Хорошо. Хоть высплюсь, когда ты свалишь! - Безумно рад за тебя! А мне, судя по всему, придется его до вечера реабилитировать. Очень переживает из-за ссоры с Венди. - Пфф! Нашел, из-за чего! Давно пора бы привыкнуть! - Жиртрест, твою мать! - А что?! Они ссорятся чуть ли не каждую неделю! - На этот раз все серьезнее. Они уже больше недели не разговаривают. - Всего-то? Я вообще удивлен, что с ней можно о чем-то разговаривать! - Ну вот какого хрена?! Картман, почему каждый раз, когда мы говорим об общих друзьях, тебе обязательно надо наговорить тонну гадостей?! Эрик запустил пальцы в волосы, слегка их взлохмачивая: - Кайл, конечно мне жаль бедолагу Стэна… Жаль, что он связался с такой стервозной истеричкой… - Жиртрест! - Просто лучшее, что я могу сказать по этому поводу: бросал бы он ее и нашел себе кого-то, кто будет менее… мозговыносящим! - Вообще-то они друг друга любят! – возмутился Брофловски. - Ты в этом уверен? Любят – это не когда два человека ставят цель доказать друг другу свою правоту. Любят – это когда готовы наплевать на весь мир ради того, чтобы побыть друг с другом. - Возможно, ты и прав… - ненадолго Кайл задумался, - Тем не менее Стен хочет быть с Венди. Сейчас они в ссоре, из-за этого ему плохо. Моя обязанность, как лучшего друга – его поддержать! - А моя обязанность, как твоего парня – поддержать тебя, - Эрик приблизился и крепко поцеловал рыжего. Поцелуй получился долгим и нежным, оба самозабвенно ему отдавались, - надеюсь, он не доведет тебя до белого каления своим нытьем. - Надеюсь, от нашего разговора ему станет хоть чуть легче. - Увидимся завтра в школе! Если понадоблюсь сегодня – звони! – Картман чмокнул парня. Они спустились вниз. В гостиной сидела кошка, видимо, вернувшаяся откуда-то. Это была очаровательная сиамочка. К сожалению, прошлая кошка Картманов умерла. Зато успела принести котят. Всех, кроме одной кисы раздали. А эту оставили, понимая, что жизнь ее мамы не будет вечной. - Кису покормить надо, - напомнил сам себе Картман. - Да уж, и тебе есть чем заняться! До завтра! Я буду скучать, - последнюю фразу Кайл произнес, погружаясь в объятия бойфренда. Всю дорогу до дома друга Кайл размышлял над своими отношениями. Картман так уверенно говорил о любви. А при этом он сам… влюблялся когда-нибудь? Он никогда не говорил Кайлу, что любит его. Он был нежен, ухаживал, заботился, всегда внимательно слушал, поддерживал… но не говорил о любви. За долгие годы дружбы-вражды и тем более, за год отношений Кайл понял, что его парень не любит бросать слов на ветер. Говорит немного, но по существу. В те моменты, когда он многословен, это нужно для определенной цели. Поэтому Кайл верил тому, что слышал от своего парня. Вообще Кайл часто задумывался об их с Картманом отношениях, анализировал их. Но о том, правда ли они любят друг друга, он задумался впервые. Он не знал точно, что руководило им, когда он впервые поцеловался со своим врагом. Пожалуй, тогда его ненависть стала перерастать в своеобразное влечение. Кайл толком не задумывался, что заставило его лечь в постель с нацистом. Пожалуй, все то же влечение, еще любопытство. А еще страсть! Дикая, необузданная страсть. Ненавидя Картмана, как ему казалось, всем сердцем, он не мог устоять перед его обаянием. Ему хотелось сблизиться. Он ненавидел Картмана настолько, что стремился соединиться с ним. Кайл сам не понимал, что здесь к чему, в чем смысл его поступков и поведения. Положа руку на сердце, рыжий еврей признавался сам себе, что задумывался об отношениях с бывшим врагом до того, как тот их предложил. К тому моменту они занимались какое-то время сексом. Можно сказать, это были свободные отношения: они встречались для определенной цели и расходились каждый – по своим делам. В это время они заново изучали друг друга, смотрели друг на друга новыми глазами. Кайлу нравилось то, что он видел. Ему хотелось бы называть Эрика Картмана своим парнем. Причин он сам до конца не понимал. С Эриком он чувствовал себя защищенным, кроме того, ощущал свою значимость и нужность. Ему были до безумия приятны жесты внимания, которыми одаривал его любовник. Конечно, в этих отношениях он видел множество НО! Которые и не позволили ему самому завести об этом разговор. И вот сейчас, когда они уже довольно долго встречались, Кайл не знал, любит ли он своего парня. Безусловно, ему было очень приятно с ним. Ему хотелось дарить радость, давать Картману такое же чувство важности, которое тот давал ему. Времени, которое они проводили вместе, категорически не хватало: Кайлу хотелось бы быть рядом с Эриком постоянно, проводить с ним каждую минуту и секунду своей жизни. Только вот что все это: страсть, влюбленность, или любовь Кайл не знал… Эрик закрыл за евреем дверь, ушел на кухню, насыпал Кисе корм в миску, а себе заварил кофе. Когда кофе приготовился, Картман взял кружку, уселся с ней на диван в гостиной и включил телевизор: чтобы работал фоном. Кошка подбежала к нему, запрыгнула на диван, уселась рядом с хозяином и благодарно мяукнула. - Довольна, Киса? Киса глянула на Эрика и невозмутимо принялась умываться. - И вот чего ради, я связался с этим евреем? Мороки с ним больше, чем удовольствия! Киса не реагировала: продолжала спокойно вылизываться. - Конечно, он шикарен в постели! Такой горячий, податливый… Самое приятное, ему нравится все, что я с ним делаю! А мне нравятся вещи, которые многих бы спугнули. Если тебе интересно: я люблю властвовать над своим партнером, люблю, когда он всецело принадлежит мне. Мне нравится не только ласкать, но и причинять боль… Я часто бываю довольно грубым. Обожаю чувствовать, что человек полностью в моих руках. Даже удивительно, что и Кайлу это нравится! Это чертовски заводит! Мне нравятся все эти игры, ритуалы, ролевки… Я – за разнообразие в постели! Киса закончила умывание, переползла к Эрику на колени и свернулась клубочком. - Нет, Киса, я не постоянно так обращаюсь с ним! Я тоже люблю быть нежным. Жиденку и это нравится, - Картман гладил светлую шерстку Кисы, посвящая ее в свои отношения, - Вообще с ним хорошо. С ним интересно! Он умный, всегда есть, о чем поговорить. Еще он очень красивый! И немного загадочный… Что? Да я сам не знаю, с чего и как это началось! Мы в очередной раз разругались. А потом вдруг начали целоваться! Без понятия, что со мной тогда было! Животная страсть, что ли… Не обижайся, Киса! Естественно, что в тот же вечер мы переспали! Пожалуй, ничего кроме той же страсти я не испытывал. Разве что, интерес. Еще желание обладать им. Еще мне было приятно, что он выбрал меня! А встречаться я предложил… Конечно, из-за чувства собственности! До него было несколько девушек, с которыми я переспал. Но к ним подобного не было. Не возникло ни малейшего желания ими обладать. А к жиденку возникло. Захотелось забрать его себе, чтобы ни с кем не делить, чтобы стать основным человеком в его жизни. Правда, при этом мне искренне нравится о нем заботиться, делать приятные вещи. Например, массаж. Вообще очень приятно, что благодаря мне он чувствует себя особенным. Именно благодаря мне! В нем есть что-то такое, что заставляет меня трепетать от его присутствия, заставляет ждать каждой нашей встречи. Кто знает, может, я действительно влюбился? Впервые… Вот угораздило же меня связаться именно с этим евреем!