Бойцовский клуб

Картман бодро приближался к дому Брофловски, насвистывая какую-то веселую мелодию. На нем был светло-коричневый костюм с бежевой рубашкой; поверх – кожаный плащ, на ногах – кожаные ботинки. В руках – небольшой букетик цветов. Он решил пройтись пешком, чтобы привести в порядок мысли. Подходя к дому, он набрал Кайлу лаконичное смс: «Почти на месте». Это было сделано по просьбе рыжего. Едва Картман ступил на лужайку перед домом, навстречу ему выскочил Кайл, ожидавший в гостиной. Он был в черных облегающих джинсах, черной футболке, красной рубашке в клетку. - Ты готов не облажаться? – вместо приветствия спросил он. В голосе явно слышалось волнение. - Я изо всех сил постараюсь не приступить к искоренению еврейского народа в ближайшие часа два. - Я серьезно! – зарычал Кайл, сжимая кулаки. - А кто же здесь шутит-то? – беззаботно улыбнулся Картман. Он вел себя так, будто предстоящая встреча совершенно его не касается. - Твою мать! Я же точно когда-нибудь тебя убью! - Ладно, расслабься ты, нервный еврей! Все пройдет хорошо. Обещаю, - с этими словами он обнял «нервного еврея» за плечи. - Слишком хорошо тебя знаю, чтобы расслабляться. - Кайл, послушай, - Картман закатил глаза, - Сегодняшний вечер точно не станет самым страшным событием твоей жизни. Я абсолютно уверен, что понравлюсь твоей нервозной мамочке. - И с чего такая уверенность? – с подозрением спросил Кайл, пропустив мимо ушей замечание насчет мамы. - Ну… Я же умею нравиться людям! – Картман блеснул очаровательной белозубой улыбкой, - Я даже готов поспорить с тобой, что понравлюсь твоим предкам! - И на что? – с вызовом отреагировал Кайл. - Ну… - Эрик в задумчивости поднял глаза и потер подбородок, - Например, если я выиграю, ты на одну ночь станешь моим рабом! - Чтооо?! Ну, и запросы у тебя! - Да ладно, Каайл! Мы же как-то спорили на это в детстве. - Тогда ты сжульничал и выкрутился, жирная задница! – немного подумав, Кайл продолжил: - А, если проиграешь? - Ха! Тогда я пойду к тебе в рабство. Одна ночь, Кааайл – улыбнулся он какой-то дьявольской улыбкой. Неожиданно к Кайлу постучалась шальная мысль, что его устроят оба варианта. Так что он ничего не теряет, а у Картмана появится стимул вести себя пристойно за важным ужином. - По рукам! - Мам, пап! Я хочу вас познакомить… - начал Кайл, едва парни пересекли порог дома. Джеральд, сидящий в кресле, отложил газету и приветственно взглянул на ребят. Миссис Брофловски выскочила из кухни, взглянула на кавалера своего парня и замерла. - В общем, это мой парень – Эрик, - смущенно закончил Кайл. Эрик тем временем быстро повесил на крючок свой плащ, скинул уличную обувь и прошел в гостиную. - Добрый вечер, мистер Брофловски! – жизнерадостно приветствовал он. - Здравствуй, Эрик! Рад тебя видеть, - с улыбкой ответил тот, вставая и протягивая руку для рукопожатия. - Миссис Брофловски, здравствуйте! Чудесно выглядите, - он подошел к женщине, улыбаясь одной из своих самых милых улыбок. Та слегка покраснела, не успела ничего ответить, как Картман протянул ей руку, а когда та ответила на рукопожатие, слегка поклонился, целуя ее ладонь. - Это Вам! – он протянул букетик. - О! Эрик, не стоило… Очень мило с твоей стороны! – она зарделась еще сильнее, - Что ж, мальчики, проходите к столу. Все готово. Айк, спускайся ужинать! Она явно была в замешательстве. С одной стороны, Картмана она недолюбливала (как и многие в Саус Парке), с другой стороны, сейчас она увидела его в лучшем свете. Трапеза проходила оживленно. Собравшиеся активно говорили. Вернее, говорила, в основном, Шейла. А Картман все задавал ей какие-то дурацкие вопросы, на которые она с явным удовольствием отвечала. Причем каждый ее ответ растягивался на несколько минут. А Картман выслушивал с таким вниманием, будто отродясь не слыхал ничего более интересного и информативного. - Ух ты! У вас такие оригинальные салфетки. Сами вышивали? - Нет, что ты! Купила на распродаже. Мне тоже понравился узор: больше ни у кого таких не встречала. Я вообще вышивала давно, в молодости. Забросила, когда Кайл еще был маленьким. Надоело. С тех пор и не возвращалась. - А Вы раньше вышивали? Здорово! Можно будет как-нибудь взглянуть на Ваши работы? - Ой, Эрик… Да я же вышивала-то так себе… Просто, чтобы руки чем-то занять… Ничего примечательного! Да, и куда все подевала, уже и не вспомню. А, если найдется что-нибудь – с удовольствием покажу. Могу даже отдать… - О, это очень щедро с Вашей стороны. Но мне было бы очень приятно! И так далее, все в таком духе. Кайл хмуро смотрел то на маму, то на Картмана, то на Айка, который совершенно невозмутимо поглощал пищу, не обращая ни на что внимания. На отца Кайл взглянул разок, этого хватило, чтобы понять, что тот пребывает в полном умиротворении, и ничто в происходящем ни капли его не смущает. «Ну, неужели никто из них не понимает, что Картман показывает свой очередной спектакль и нагло манипулирует?! Быть не может, что вся моя семья – такие идиоты!!!» Когда с основной частью ужина было покончено, и Шейла отошла, чтобы принести десерт (Картман, естественно, вызвался помочь, а она, естественно, отказалась), Эрик обратился к Джеральду: - Мистер Брофловски, а как Ваша адвокатская практика? - Спасибо. Процветает! Недавно пришел клиент с очень интересным случаем, - оживился Джеральд. Уж о работе он мог говорить часами! - Правда? А с каким? Тут старший Брофловски принялся с энтузиазмом описывать одно из текущих дел. - Джеральд так много трудится. Он – такой работяга, - ласковым голосом добавила Шейла, когда повествование ее мужа закончилось. - Это неудивительно. Адвокат – интересная и захватывающая профессия. Я как-то подумывал стать адвокатом, но у меня мозгов маловато… - сказал Картман. - Да, это действительно бывает трудно. Но, по-моему, ты – умный мальчик, - проговорил Джеральд. - Ну, для такой профессии нужен особенный талант! У Вас, наверное, в роду много адвокатов, или среди близких родственников? - Ну, мой дед был юристом… «Началось! – раздраженно подумал про себя Кайл, - Можно подумать, дался Картману его дед! Хотя, чего я так переживаю? Главное, Эрик действительно ведет себя адекватно. И даже здорово, что располагает к себе моих родителей… Просто жутко бесит, что эта скотина опять добивается своего своими лживыми методами!» Тем временем Картман успел вновь перевести тему. Попробовав пирожные, принесенные Шейлой, он спросил у нее рецепт. Она в подробностях рассказала. А он под диктовку записал к себе в айфон. Совсем недолго они посидели в тишине, пока молчание не нарушил Джеральд: - Мы с Шейлой, признаться, немного удивлены, что вы с Кайлом сошлись… как пара… Вы ведь долго не ладили. А что подтолкнуло вас к отношениям? Кайл попытался было что-то промычать, но Картман уже перехватил нить разговора. - Я в жизни наломал столько дров! Мне еще 18 нет, а всяких дел у меня за плечами – на многие жизни хватит. А Кайл – самый прекрасный, самый чистый человек которого я видел. - Мы, конечно, старались правильно его воспитывать, - опустила глаза Шейла. - Миссис Брофловски, на мой взгляд, вам это замечательно удалось! Кайл будто тянет меня за собой. Надеюсь, благодаря ему я становлюсь лучше! И, если честно, он вдохновил меня на то, чтобы задуматься над одним очень важным решением… 4 пары глаз с любопытством уставились на него. «Если он мне сейчас предложение сделает – я психушку вызову! Пусть увезут либо его, либо меня!» - Недавно я задумался о том, чтобы принять иудаизм. - Что?! – в один голос воскликнули Шейла и Кайл. - Конечно, это еще не твердо принятое решение. Я собираюсь летом, во время каникул, как можно подробнее изучить это верование, понять. И тогда уже сделать выбор. - Эрик, - мама Кайла с восхищением посмотрела на него, - Это действительно очень ответственный и важный шаг. А что тебя толкнуло к этому? - Видите ли, как я уже говорил, Кайл – самый чистый, неиспорченный и добрый человек, которого я знаю. Я много думал, что помогло ему стать таким. На ум мне пришло несколько причин. Во-первых, рядом с ним всегда был отец, на которого он мог равняться. К сожалению, этим счастьем я оказался обделен. Во-вторых, Кайлу очень повезло с мамой: сильная, энергичная женщина, уделявшая ему в детстве почти все свое внимание. Мне с мамой тоже повезло невероятно, не перестаю благодарить небеса за то, что она есть. Но, к сожалению, ей приходилось много работать, поэтому мы проводили вместе не так много времени. А в-третьих, я подумал, что, возможно, именно иудаизм помог Кайлу стать таким, каков он есть. Джеральд завороженно смотрел на Эрика. В глазах Шейлы стояли слезы. - Так что впереди у меня целое лето, чтобы лучше понять иудаизм; во всем разобраться. Он ведь – основа всех религий. А Кайл, мне, надеюсь, поможет! - Конечно, поможет! – кивнула Шейла, ожидающе взглянув на сына. - Угу, - отстраненно буркнул Кайл, стараясь не выдавать раздражения. После окончания ужина Шейла подошла к Картману. Он вырос в очень габаритного юношу: женщина смотрела на него снизу вверх: - Эрик, только увидев, с кем пришел Кайл, я была поражена, что мой мальчик выбрал именно тебя. Не обижайся, но раньше ты производил такое жуткое впечатление! А сегодня я увидела, как ты вырос, изменился. Столько в тебе поменялось! Я еще даже не знаю, как относиться к вашим отношениям… Что, если, вам с мамой вдвоем прийти к нам: встретимся обеими семьями, поговорим? Скажем, в следующую пятницу? - Я обязательно передам маме. И очень надеюсь, что она будет свободна и согласится! Лично я – с удовольствием. - Буду рада вас видеть! – ласково улыбнулась женщина. - Благодарю за гостеприимство, - Эрик поцеловал даме на прощание руку и вышел в гостиную. Там он тепло простился с Джеральдом, поднимающимся наверх. Кайл и Картман остались наедине. - Ну ты даешь! Надо же – такой спектакль устроить! – прошипел Кайл тихо, так, чтобы мама с кухни не услышала. - Главное, я приглянулся твоим родителям, они не будут против нас. - Ты – лжец и манипулятор! - Эй! Разве ты не хотел, чтобы я произвел на них хорошее впечатление?! - Собственно, да, хотел. Глупо было бы надеяться, что ты будешь действовать честными способами. Но про иудаизм ты перегнул! - Главное, что сработало. Ну, пока! Рад был повидаться с твоими предками, - подмигнул он и, развернувшись на пороге добавил: - И да! Жду тебя завтра у себя, мой кошерный!

***

Следующим вечером Кайл подходил к дому Картманов с ощущением легкого волнения. Он чувствовал, что Картман от души отыграется на нем из-за проигранного спора. С другой стороны, он был заинтригован: было любопытно, что «жирная задница» подготовил для него. А в том, что Эрик тщательно подготовился, Кайл даже не сомневался. Когда он позвонил в дверной звонок, ему открыл чуть взъерошенный Картман в шелковом бордовом халате: - Проходи, Каайл! - И я рад видеть тебя, жиртрест! Картман проигнорировал подколку и жестом указал Кайлу на диван, куда тот сразу плюхнулся. - Итак, Кайл, - заговорил он, убирая руки за спину, - на ближайшее время, до завтрашнего утра, если быть точным, ты отдаешься мне в полное подчинение. - Я помню условия сделки, - сухо отозвался парень. - Поэтому стоит прояснить некоторые детали. Думаю, ты понимаешь, что я имею право делать с тобой все, что мне угодно, как угодно и где угодно. Можешь не волноваться: все будет в разумных пределах. Само собой, калечить тебя я не стану. А вот пройтись по улице со своим рабом на поводке – очень милая затея. - Твою мать, - обреченно прошептал Кайл, роняя голову себе на руки. - Впрочем, сильно бояться не стоит: я не сделаю с тобой ничего чрезмерно унизительного, если не заслужишь это! Следующий момент: ты принадлежишь мне всецело и подчиняешься беспрекословно! Никаких табу, ограничений, стоп-слов и прочей ванильной мишуры, - по мере, пока Картман говорил, его голос становился все жестче; видимо все сильнее вживался в роль, - В моей власти будет наказывать или награждать тебя. И поверь, я не раздумывая воспользуюсь своим правом на наказание, если поведешь себя неподобающим образом или попытаешься сопротивляться. У тебя есть какие-то вопросы, пожелания? Кайл отрицательно мотнул головой. Решительность и харизма Картмана пугали его: он тоже с каждой минутой все больше принимал свою роль. Эрик подошел к своему парню, слегка коснулся его шеи, затем аккуратным движением расстегнул цепочку, на которой висела подаренная звезда Давида (Кайл теперь носил ее постоянно). - Твое рабство закончится, когда я скажу. Не раньше. Чтобы у нас не оставалось недопонимания, нам нужен условный сигнал. Ты освободишься, когда я отдам тебе это, - Картман продемонстрировал будущему рабу звезду и убрал ее в карман, - И последнее: нужно определиться, как ты будешь ко мне обращаться. Предоставляю выбор: Хозяин, или мой Фюрер! - Хозяин, - неуверенно прошептал Кайл. - Так я и думал. Погромче, пожалуйста! - Хозяин! - Музыка для моих ушей, - губы расплылись в садистской улыбке, - Поднимайся в спальню! И да: добро пожаловать в твой персональный ад! В спальню Картмана Кайл вошел первым. Такая роль была для него в новинку, и он не знал, что делать. Поэтому просто встал посреди комнаты лицом к двери. - Раздевайся! – бросил Картман, пересекая порог комнаты. Кайл принялся стягивать водолазку. Едва он закончил, как почувствовал сильный удар по щеке. Он удивленно вскрикнул и коснулся покрасневшего от удара места. - Когда я что-то приказываю тебе, ты обязан ответить: «Да, Хозяин», или «Слушаюсь, Хозяин». Ясно? - Да. Хозяин. - Хорошо. Продолжай. Кайл продолжил снимать с себя одежду. Вскоре он остался совершенно обнаженным. - Ты быстро. Молодец, - Картман заметно смягчился. Он подошел к своему рабу, бережно коснулся ладонью его щеки, - Болит? - Нет, Хозяин! - Отлично. Будь старательнее, и боли не будет. - Спасибо, Хозяин. - На колени! Кайл опустился вниз. Хозяин довольно потрепал его рыжие волосы. - Ты очень красив! Но, думаю, если тебя нарядить должным образом – будет еще лучше. Что ты считаешь? - Я в твоих руках, Хозяин, - произнося это, Кайл смиренно опустил глаза. Картман ухмыльнулся. Кайла всегда завораживало властное поведение бойфренда во время секса. Где-то в душе он понимал, что именно харизма, смешанная с властностью и некой безбашенностью привлекла его с самого начала. С удивлением для самого себя он заметил, что ему нравятся подобные игры. Его возбуждало, когда партнер унижал его, играл с ним, причиняя легкую боль. В рыжей голове Брофловски уже не раз возникала идея подобного сценария, но ему не хватало отчаянности самому предложить. К тому же, когда он задумывался о подобных экспериментах, его всегда посещала тревога, что Картман может перегнуть палку. Однако, сейчас, когда игра уже началась, все опасения куда-то делись. Про себя Кайл отметил, что почему-то чувствует себя не только униженным, но еще очень важным и любимым. Видимо, в этом и заключались как настоящее рабство, так и истинное господство. Картман протянул рабу весьма откровенные кожаные трусы, приобретенные в секс-шопе. Кайл молча принял их, оделся, снова встал на колени. - Раздвинь-ка ноги! Знаешь, тебе очень идет! Выглядишь, как натуральная шлюха! - Благодарю, Хозяин! – Раб продолжал смотреть в пол. - Все равно чего-то не хватает… - с этими словами Эрик застегнул на шее невольника собачий ошейник из кожи, - Какой красавец! Только взгляни на себя! С этими словами Картман, взяв Кайла за ошейник, потащил его к шкафу со встроенным зеркалом. Кайл, переступая через остатки гордости, взглянул на свое отражение. Из зазеркалья на него смотрел тонкий парень с рельефной мускулатурой. Короткие рыжие волосы были растрепаны, щеки, обычно светлые, алели от смущения. Зеленые глаза сверкали похотливым блеском. Шею украшал тонкий черный ошейник. Стояк был хорошо виден под кожаными трусиками. Рядом с ним стоял высокий мускулистый широкоплечий шатен, с явным удовольствием рассматривающий свою собственность. Даже под свободным халатом было видно выступающий живот, который, на удивление, шел парню. Довольно усмехнувшись, Картман отошел от шкафа и уселся в кресло, стоящее за компьютерным столом. - Подойди ко мне, раб! Можешь встать на ноги. - Да, Хозяин. Кайл подошел к своему владельцу, снова опустился перед ним на колени. Картман провел пальцами по рыжим волосам, запустил в них руку, наклонился к парню, очень нежно поцеловал. - У тебя хорошо получается быть рабом, мой драгоценный еврей! Как ты себя чувствуешь в этой роли? - Спасибо, Хозяин. Сложно сказать… Я очень возбужден! С непривычки мне неловко… И еще приятно. И еще… Я чувствую себя как-то свободно, раскрепощенно… - Поясни! - Ну, находясь в таком положении, мне не надо думать о многих вещах, которыми я обычно забиваю голову. Не нужно строить планы, стесняться, думать о том, как правильно себя повести. Я просто полностью отдаюсь моменту! И это прекрасное ощущение… - Что ж, я рад, что тебе нравится, мой раб! Ты доволен тем, как я с тобой обращаюсь? - Лучше, чем я заслуживаю, Хозяин! - Запомни: рабовладение – это очень тесная связь между хозяином и его рабом. Это взаимный процесс, в котором каждый играет свою роль. И чем активнее играет каждый, тем больше удовольствия получают оба. Если ты чего-то захочешь – ты всегда можешь попросить. Если, по твоему мнению, я буду слишком жесток с тобой – ты можешь попросить меня о милосердии. В любом случае, я буду действовать так, как считаю нужным. Но каждая твоя просьба будет услышана. Ты понял меня? - Я понял, Хозяин. Спасибо! Картман провел ладонью по щеке Кайла. - Сходи-ка на кухню, завари мне чай! Две ложки сахара! - Да, Хозяин. Кайл поспешил выполнить приказание. Едва он скрылся за дверью, Эрик довольно откинулся на спинку. «Рабовладение – это шикааарно!» - пронеслось в его голове. Довольно скоро Кайл вернулся с чашкой чая в руке. Про себя он радовался, что за время отношений успел изучить многие привычки своего теперешнего хозяина, например, знал, чай какой крепости тот предпочитает. Опустившись на колени, раб передал напиток Картману. - Молодец, - лаконично похвалил тот. Сделав небольшой глоток, он поставил чашку на стол; взял Кайла за запястье, потянул на себя, усадил к себе на колени. Хозяин и раб долго и упоенно целовались. Хозяин собственнически гладил и ласкал тело своего невольника, особое внимание уделяя соскам и шее. Невольник млел и плавился от этой властной ласки. - Представляю, что творится в твоей голове, похотливый еврейчик, - сказал Картман, отрываясь от парня, - Наверняка представляешь, что все твое рабство ограничится тем, что я буду грубо трахать тебя всю ночь напролет, а ты будешь подставлять мне свою задницу и ловить кайф? - Это было бы прекрасно, Хозяин, но я даже не задумывался, что меня ждет сегодня. Полагаю, думать – не моя задача? – с улыбкой отвечал раб. - Ошибаешься. Тупая собственность мне ни к чему. Гораздо приятнее владеть сообразительным, вдумчивым, понятливым и интеллектуальным рабом. - Надеюсь, я соответствую твоим требованиям? - Вполне. Так вот, я буду использовать тебя в самых разных смыслах! Секс со своим господином нужно заслужить. И поверь, ты сделаешь это, хочешь того, или нет. - Я буду делать все, что ты скажешь, Хозяин! – с готовностью произнес Кайл. - Умный мальчик. Картман снова поцеловал раба. - Закинь-ка мою одежду в стиральную машинку. Вся одежда – в корзине с для белья в ванной. Машинка – в подвале. - Да, Хозяин! Кайл поднялся и удалился исполнять приказ. Он с удивлением замечал, что выполнение даже таких поручений, которые не имели прямого отношения к сексу, чрезвычайно его заводят. Он со странным, непонятным самому себе наслаждением касался вещей Картмана, аккуратно перекладывал их в машинку. Ему хотелось закончить все как можно скорее, чтобы быстрее вернуться к ожидающему хозяину. Картман тем временем включил компьютер и вошел в Интернет. При этом он попивал горячий чай. Он чувствовал себя спокойно и уверенно в роли властного господина. Покорность и чувствительность Кайла очень возбуждали. Каждое слово раба отзывалось в Эрике учащенным пульсом. Он отметил про себя, что ни одна их игра не приносила ему такого удовольствия. Вернувшись, Кайл встал рядом с Картманом, не зная, что делать дальше. - Знаешь, мне бы сейчас пришелся очень кстати массаж плеч! - Да, Хозяин. Кайл как-то читал книгу о технике массажа и теперь применял почерпанные знания. Судя по реакции хозяина, книга была прочитана не зря: он был явно доволен. - Молодец, раб. - Спасибо, Хозяин! Через пару минут Картман повернулся лицом к наложнику: - Перейди к ступням! Невольник почувствовал, что в горле пересохло, он сглотнул, прежде чем ответить: - Как скажешь, Хозяин. Неторопливо опустился на колени. Взял в руки одну стопу, принялся массировать ее. Он с любовью разминал каждый пальчик, легкими движениями проводил по всей ступне. Спустя какое-то время приступил ко второй. Картман сидел, в блаженстве откинувшись на спинку и запрокинув голову. Спустя некоторое время он опустил взгляд на Кайла. Тот старательно выполнял приказ и был просто очарователен в своем унижении! - Достаточно. Иди, вымой ванну и жди меня там! - Хорошо, Хозяин. Когда Кайл встал, Эрик снова повернулся к компьютеру, закрыл окно браузера, порылся в своих папках, включил музыку («Энигму») и отправился к своему рабу. Тот закончил отмывание ванны. - Решил принять душ, прежде чем воспользоваться тобой, - объявил хозяин, хватая раба за скулы и насильно целуя. Впрочем, тот не сопротивлялся, напротив, полностью отдавался ласке, подавался навстречу, а его стояк становился все тверже, - Будешь прислуживать мне! - Да, Хозяин. Не прошло и минуты, как парни оказались под душем. Кайл взял в руки мочалку, выдавил на нее немного геля, начал растирать ей тело господина. - Я хочу дать тебе еще одно поручение, - таинственным голосом сообщил Картман, когда раб закончил, - Нечто, чего ты никогда еще не делал. - Я слушаю, Хозяин, - в голосе рыжего невольника было слышно напряжение. - Ничего страшного, или болезненного… Ты должен вылизать своим умелым язычком мой анус! - Что? Серьезно? - Абсолютно. - Твою мать… Кайл слегка отстранился, выполнять поручение он не спешил. Несмотря на то, что они с Картманом за время интимной связи успели проделать множество самых разных идей, такое задание его довольно сильно смутило. Картман выключил воду, вышел из ванны, потянул Кайла за собой. Все это он проделал с непроницаемым спокойствием. Он взял в ладонь оба запястья своего раба, притянул его к себе. Их лица оказались очень близко. Раб ощущал дыхание господина на своем лице. - Ты – мой наложник. Моя собственность. Моя вещь. Ты сделаешь все, что я прикажу тебе, независимо от того, нравится тебе это или нет. Сейчас у тебя 2 варианта: выполнить то, что я тебе сказал по доброй воле, либо сделать это по принуждению! -Хозяин… - умоляюще произнес раб. - Ты уже заслужил наказание своим сопротивлением. Не советую усложнять. Кайл сдался. Он прекрасно понимал, что отвертеться у него не получится. К тому же происходящее не вызывало отвращения, или страха. Просто было как-то… неловко… Итак, Картман повернулся спиной, Кайл опустился на колени. Его язычок проскользнул в тугое анальное колечко. Раб протискивал язык все глубже, игриво щекотал стенки ануса. Губы при этом плотно приникали к отверстию. Не было никаких неприятных ощущений. Вкуса не было, никакого вообще. Картману происходящее доставляло явное удовольствие. Он постанывал, глубоко вздыхал, изгибался. Кайл ощущал эту реакцию, это подбадривало его, стимулировало к тому, чтобы продолжать, чтобы быть еще напористее, игривее. Он руками развел в стороны ягодицы, чтобы проникнуть язычком еще глубже. Он страстно вылизывал анальное отверстие, скользил по нему горячим языком. Происходящее сильно заводило. Он чувствовал, как возбуждение накрывает его, все мысли отходят на задний план. Единственное желание, которое у него оставалось – желание быть рядом с Картманом, трахаться с ним, ублажать его. Наконец хозяин прервал занятие и велел рабу перейти в комнату. Солнце уже полностью село. Спальня освещалась только голубым светом монитора, из компьютерных колонок доносились песни «Энигмы». Обстановка была загадочная и возбуждающая. Хозяин приказал наложнику встать на колени рядом с кроватью и опереться руками о нее. - Ты посмел пререкаться со мной сегодня, - суровым голосом начал Картман. - Прости, Хозяин! - Теперь еще перебил меня… Думаю, тебе нужно как можно лучше усвоить, где твое место. С этими словами Эрик подошел к шкафу, взял из него кожаную плетку. А через несколько секунд Кайл ощутил спиной резкий обжигающий удар. Хозяин хлестал его по обнаженной спине, ягодицам бедрам. Удары были не слишком сильные, но вполне ощутимые. Кайл всхлипывал, стонал и извивался всем телом. Надо сказать, что происходящее еще сильнее возбуждало его. Боль быстро перетекала в вожделение. Его плечи содрогались от каждого прикосновения плети. А Картмана происходящее возбуждало не меньше. От каждого звука, издаваемого Кайлом, по всему телу пробегали мурашки, вызывающее все большее желание. 12 ударов, не слишком сильных, но и не слабых. Хозяин отбросил плеть в сторону. Невольник облегченно вздохнул. Картман опустился на колени позади своего раба, прижал к себе. - Думаю, тебе достаточно. - Да, спасибо, Хозяин! - Как ты себя чувствуешь? - В порядке, Хозяин. - Я преподал тебе хороший урок. Надеюсь, он пойдет на пользу. - Несомненно, Хозяин. - Пить хочешь? - Хозяин, ты слишком добр ко мне. - Спустись на кухню, выпей воды. - Благодарю, Хозяин! Когда Кайл вернулся из кухни, Картман лежал обнаженным на кровати. - Ко мне, раб! Тот покорно подошел и устроился рядом. Руки господина скользнули по практически обнаженному телу, стянули трусы (которые Кайл надел сразу после душа). Теперь он остался в одном ошейнике. - Ты хорошо стараешься! Думаю, заслуживаешь награду. Вставай на четвереньки, я трахну тебя! - Да, Хозяин! – радостно воскликнул наложник. Он был настолько возбужден, что был уверен, что просто взорвется, если не кончит в ближайшее время. Быстро подготовив себя, хозяин вошел в невольника. Тот был настолько возбужден, что практически не почувствовал боли: она моментально перетекла в удовольствие. Оба были взбудоражены до предела, поэтому дальнейший процесс не занял много времени. Кайл даже не стонал, а буквально кричал, пока господин яростно насаживал его на себя. Картман одной рукой держал за волосы невольника, другой ласкал его пенис: издевательски медленно. Наконец Кайл кончил, сопровождая свой оргазм громким вскриком и истомой, пробежавшей по всему телу. Возбудившись еще сильнее, Картман сделал несколько толчков и извергся в Кайла, крепко сжимая пальцами его плечи. Некоторое время понадобилось, чтобы отдышаться. - Ночь еще не окончилась, - с ухмылкой произнес Картман, вглядываясь в лоснящееся от пота лицо наложника. У того хватило сил лишь на то, чтобы кивнуть. Еще долго господин и раб не смыкали глаз. Они продолжали заниматься любовью, пока силы не покинули их! Сначала наложник был снизу. Он прижимался к своему хозяину всем телом, впивался в плечи ногтями, шептал что-то нежное в ухо. Потом раб был сверху, хозяин возлежал на кровати, держа ладонями его торс, любовался на свою собственность из-под полуприкрытых век. Потом хозяин сидел на краю кровати, а невольник сидел на нем и двигался: быстро, активно, рьяно. Его пальцы зарывались в каштановые волосы, а губы водили по шее. Господин плотно прижимал раба к себе, дыша ему прямо в макушку. Когда они закончили и наспех привели себя в порядок, Кайл рухнул в кровать почти без сил. Картман лег рядом, накрыл обоих одеялом, собственнически прижал к себе. - Спокойной ночи, раб. - Спокойной ночи, Хозяин. Спасибо, что так долго трахал меня! - Спи, пока я не передумал, - ухмыльнулся господин. Утром Кайл проснулся, чувствуя ноющую боль во всем теле – последствия ночных «упражнений». С удивлением он обнаружил, что Картмана рядом нет. Потянулся. Зачем-то коснулся шеи. Ошейника не было. Вместо него пальцы нащупали ставшую практически родной цепочку. Звезда Давида была на месте. Кайл улыбнулся. Это означало, что его рабство закончено. «Интересно, где мой затейник?» - подумал он. Затем не спеша встал, накинул покрывало на кровать. Натянул нижнее белье и джинсы, вышел из комнаты. С первого этажа доносились вкусный запах и мелодия из проигрывателя. Играл какой-то метал. Кайл спустился вниз и застал своего парня за приготовлением блинчиков. - Эм… Привет! – выдал он, заходя на кухню. Эрик ненадолго отвлекся от своего занятия: - Доброе утро, еврейчик! Как спалось? – жизнерадостно отозвался он. - Отлично. Правда, все тело болит. - Не у тебя одного! Ты садись, завтрак скоро будет. Кайл сел за стол, на котором уже стояли тарелки. - Что это ты такой заботливый сегодня? – с подозрением спросил он. - Ну, не могу же я выпроводить тебя голодным! И потом: хочу отблагодарить за прекрасную ночь, - сказав это, Эрик подошел к рыжему и нежно поцеловал в губы, - Спасибо, Кайл! Мне очень понравилось. - Сам до конца не верю, что говорю это, но мне тоже! Картман как раз закончил с готовкой. Через пару минут на столе уже стояла тарелка со стопкой блинчиков, бутылка кленового сиропа, два стакана сока, две чашки кофе, сливки и сахар. - Как бы странно это ни было, но я был бы не прочь как-нибудь повторить, - признался Кайл. - Вау! Кайл, да ты, как я погляжу, похотливый извращенец! - До тебя мне все равно еще расти и расти! – со смехом парировал он. - На самом деле я очень рад, что тебе понравилось, - уже серьезнее ответил Картман, - И я с удовольствием проделаю все это с тобой снова. И даже больше… Если ты захочешь! - Кхм… Конечно, не в самое ближайшее время. Мне сейчас от этого раза бы отойти. - Само собой, дорогой еврейчик! Какое-то время они молча жевали завтрак. - Какие у тебя планы на сегодня? - Выспаться. А вечером – в Бойцовский клуб. У тебя? - Не знаю. Со Стэном бы пересечься, если у него получится. - И с чего у него вдруг может не получиться? Он же со своей сучкой расстался, а именно она поглощала большую часть его времени. - Никогда не думал, что буду страдать от того, что у лучшего друга будет больше времени на меня, - с горькой усмешкой заметил Кайл. - Ты только не вздумай убиваться из-за их перебранок! Одного депрессивного хватает! Они помолчали еще немного. - Кстати, я созванивался с мамой. На следующей неделе она чуть передвинет свою поездку в Денвер: сходим к вам на ужин. - Это же замечательно! - Ну да. Постараюсь перенести еще один вечер в компании жидосемейки. - Ну, ты можешь хотя бы иногда стараться не быть полной сволочью?! – возмутился Кайл. - Я и так стараюсь. Все для тебя, любимый! – с издевкой откликнулся Картман. Кайл только вздохнул и закатил глаза. Собственно, ничего лучшего он от своего парня и не ожидал. Семейный ужин прошел хорошо. Даже лучше первого, на котором Брофловски заново познакомились с Эриком Картманом. После ужина Шейла и Лиэн остались болтать на кухне. А Джеральд, Кайл, Эрик и Айк перешли в гостиную. Очень скоро их разговор стал совершенно непринужденным. Они рассказывали друг другу истории, травили байки, делились забавными наблюдениями. И Кайл, и Эрик ощущали себя одинаково комфортно. Они чувствовали себя… дома!