Где-то за горизонтом...

"- Как думаешь, Бонни, возможна ли любовь между парнями? Рыжик лёг на железный настил и закрыл глаза, представляя себе это зрелище, когда его друг, краснея, пробормотал что-то непонятное и включил в наушниках "The Bird And The Worm" на всю громкость, изолируясь от дерьмового мира стм способом. - Не думаю, что в этом есть что-то плохое... - Эх, Бонни, какой ты наивный! И снова молчание, тишина, режущая слух, но в то же время такая сладкая, подобна поцелую Смерти. Но всё же тишина слаще, в то время, как у такого поцелуя есть неприятная горчинка. Самое интересное, что не почувствует этой горчинки тот, кто останется эжить. - Знаешь, Лисёнок, сердцу не прикажешь. - Как ты меня назвал?! - Лисёнок. - В таком случае, ты будешь...эм-м-м...зайцем - Почему? - Да потому что у тебя в начальных классах зубы выпирали, как у зайца. - Как думаешь, кто тогда Фредди? - Медведь. - Почему? - Да чего ты заладил "Почему?" да "Почему?"...потому что ФИАЛКА! Где-то внизу послышался знакомый голос. - Фокси, ты меня звал? - Я? Нет, что ты, Винсент. - Представляешь, Скотти, Фокси утверждает, что не звал меня, а я точно слышал, что он меня звал!       Парень, идущий рядом с Винсентом, именуемый не иначе, как "Скотти", спокойно поправил очки и не очень спокойно ответил: - ПЕРЕСТАНЬ НАЗЫВАТЬ МЕНЯ ТАК! - Извини, Скотт.- На имя он поставил ударение. - Вот тебе яркий пример таких парочек! - Фокси не удержался и расхохотался. - Да чё ты ржёшь, идиот. Рыжик внаглую стянул с волос Бонни резинку и кое-как собрал свои волосы в хвостик, изображая Винсента. Потом подполз ближе к сердитому другу и положил голову к нему на плечо, шепча на ухо: - Зая, Боння, Бонюсечка, Зайчонок... - Отвали, мудак и резинку отдай! FUCK OFF! - Да ладно, ладно. Чё кипятишься сразу?"