Последний чейнджлинг: угроза Эквестрии

В конце дня совместные блуждания привели Армора и Кризалис к водопаду, образованному ледниковыми водами и особенно хорошо разливавшемуся в жаркие дни. Для просмотра данного явления была выстроена площадка с невысоким каменным ограждением. Сейчас в этом месте царило нежное безмолвие, поддерживаемое многочисленными влюбленными парами, гуляющими вокруг легкой поступью или погруженными вниманием друг к другу. Появление принца и королевы разрушило идиллию. Пони довольно быстро узнали героев скандала, еще недавно описываемого во многих газетах и журналах, и подняли волну тревожного шепота. Однако пару это не смущало и они продолжали вести разговор в своей атмосфере. — Фильм мне, конечно, тоже не особо понравился, — говорила Кризалис. — Но ты уж совсем выглядишь каким-то расстроенным. Все жеребцы, кроме тебя, ржали, когда тому пони попала стрела в круп. — Похоже, я единственный, кто сопереживал главному герою. Переломы и раны — это совсем не весело. Я сам как-то за последние месяцы чрезмерно часто получаю по шее, — Шайнинг пристально посмотрел куда-то сквозь горизонт. — Подозрительно часто. И потому совершенно потерял желание смеяться над чужой болью. Молодые пони все плотнее окружали необычную пару и, подавив целый порядок желаний, начиная от простых вопросов и заканчивая более активными выпадами, ловили все происходящее своими ушками и глазками. Кризалис не совсем комфортно ощущала себя в таком положении. Одно дело быть возлюбленной королевой среди своего народа и совсем другое — злюкой-захватчицей среди пони. — Давай подведем итоги. За все мои труды и страдания я получила ресторан с жаренными мышами, кино с глупым фильмом и прогулку среди пялящихся зевак? — Ну… впереди еще будет фейерверк, — улыбнулся Шайнинг. — Замечательно. Ты больше не будешь планировать наши выходные, — заявила кобылка. — Ты дуешься очаровательней всех. Твои глаза и сарказм будут для меня всегда на первом месте. Жеребец потянулся и поцеловал шею королевы, на что та слегка нервозно дернулась и произнесла: — Меня, как бы, немного смущают все эти пони, если ты еще не понял. Но Армор не отступил. Речь по случаю у него была заготовлена. — А знаешь о чем они все думают? — Да уж не сложно догадаться. — Нет. Не о том, что я предатель, а ты захватчица. Ну, не только об этом, по крайней мере. Взгляни, они еще все молоды. Им еще рано осуждать. Мы для них кобылка и жеребец, которые наломали дров в масштабах всей Эквестрии, только чтобы быть вместе. История с хорошим концом где общественная мораль и правила не устояли перед высшим порывом. Для них мы в некой степени герои, если подумать. Вдохновляющий пример. И может, моя теория выглядит несколько самонадеянно, но я знаю один способ как ее подтвердить. Кризалис честно искала, что можно такого едкого ответить в данной ситуации. Но пони в ожидании смотрели, и в небе уже прогремело несколько взрывов, а потому кобылка сдалась. Сие событие действительно пробудило восторг в толпе, о чем свидетельствовал нарастающий топот и веселое подтрунивание. Вскоре кобылка окончательно засмущалась и, схватив единорога ногами, полетела через озеро в сторону уходящего солнца. Это тоже было воспринято пони как некий странный, но красивый символ. Однако на полпути до берега, Армор был сброшен в воду и добирался до суши уже вплавь. Такова была натура королевы — не любила она выставлять напоказ сантименты.

***

Для Рарити это было шокирующем пробуждением. Она лежала на грязном сене, под куполом ржавой решетки на дне какой-то пыльной угольной шахты. И если бы ей самой довелось описать свои впечатления, то явно не один бумажный лист был бы потрачен на это дело. Но опустим весь ее внутренний монолог и перейдем к тому моменту, когда из полумрака раздался знакомый голос: — Оу, смотрите, мистер Ведро, наша подруга Рарити проснулась! — Что? Кто? Пинки, это ты? Силуэт, что обозначился из темноты перепутать было нельзя. Хотя бы из-за прически, построенной вопреки Евклидовой геометрии. — Привет, подруга! Я так рада что ты очнулась. Хоть и не очень рада, что именно в этом месте. Но нам с мистером Ведром стало как-то скучновато за последний месяц. Мне кажется, он плохо переносит заключение в подземельях. — Да уж… — раздался еще один грубый голос. — Пинки… Ты все это время тут сидела одна? — Нуу, не совсем. Там наверху всегда-всегда можно разглядеть пару пони. Они просто ходят туда-сюда. Когда я их только увидела, то закричала: «ЭЙ! ПОНИ! ПРИВЕТ! ПОНИ! Я ТУТ! ЭЙ!». Но они не реагировали. Поэтому я не сдавалась и кричала так каждые пять —десять минут. Тем временем двое новых стражей сменили своих товарищей, гордо приняв от них копья и затычки для ушей. И все они уже давно знали, чем начинается и заканчивается каждая смена. — ЭЙ! НОВЫЕ ПОНИ! ПРИВЕТ НОВЫЕ ПОНИ! Я ТУТ! ЭЙ! — Пинки, пожалуйста! — взмолилась единорожка. — Бедняжка, ты тут так долго, в этом ужасном месте. Скажи, почему это с нами произошло? Вопрос был риторическим, но розовая кобылка решила, что должна ответить: — Видишь ли, Рарити, в данном сюжете мы с тобой, как персонажи, оказались практически не нужны и поэтому были отправлены за ширму всего происходящего, пока наши подруги будут путешествовать и преодолевать трудности. Некоторое время белая кобылка просто моргала, переваривая услышанное. Но не долго. — Что?! — Что? Я говорю, пони какие-то плохие нас похитили. Держат тут взаперти, изверги. Вот. — Постой, — взволнованно замотало головой модельерша. — Ты говоришь, что тут сидишь целый месяц? — Точно-точно! — И никогда не покидала свою клетку? — Ни на секунду! — Тогда получается, что эти ведра тут для… О нет! НЕТ-НЕТ-НЕТ…

***

По истечении нескольких дней Кризалис объявила о своей готовности выдвинуться на поиски похищенных подруг Твайлайт. Сама принцесса уже успела покинуть замок и полетела в сторону Понивиля, намереваясь встретиться с единственной знакомой зеброй, которая, скорей всего, не откажет присоединится в путешествии на родину. Основной целью было посещение знаменитой папирусной библиотеки в самом сердце полосатой страны. То место для Твайлайт уже давно имело сакральное значение. И пусть повод оказался весьма печальным, но это не снижало энтузиазм кобылки. В назначенный час четверо пони и один чейнджлинг встретились под каменным выступом, нависающим недалеко от северной башни. По плану никто не должен был знать о грядущем походе. Придворные считали, что Кризалис сейчас проводит очередное собрание для посвященных и не будут бить тревогу еще долгие часы. — Это обеспечит нам достаточно время, чтобы уйти без хвоста, — говорила королева. — Чем дольше о нашем исчезновении никто не знает, тем больше шансов сыграть на внезапности и обойтись меньшими жертвами. — А у нас будут жертвы? — заволновалась желтая пегаска. — У нас не знаю, а у них точно будут, — проскрипела зубами Рейнбоу Деш. Кризалис одобрительно кивнула и поинтересовалась у кобылки: — Надеюсь ты додумалась взять маскировку? Такое разноцветное пятно в небе будет заметно даже ночью. — Да, я слетала за своим костюмом с… ночи кошмаров, — сказала пегаска и продемонстрировала облачение. — Полетишь в костюме Шедоуболта? Оригинально. Тогда нас будет двое, чтобы в глаза не бросалось. Кризалис договорила и тут же обернулась синегривой пегаской в таком же темном костюме, какой был и у Рейнбоу. Голос ее также подвергся изменению и стал звучать строже, но более подходяще для пони. — Как видите, у нас имеются две небольшие колесницы для вещей и пассажиров. Перемещаться постараемся только по воздуху. Так быстрее. Я повезу Армора и все наши вещи. Радужная повезет своих подруг. Так будет до каменной фермы. Потом перегруппируемся и Флаттершай сможет полететь сама, когда покинем жилые районы. — Ты имеешь в виду, мы сейчас полетим к семейству Пай? — удивилась Эплджек. — Верно. Я читала отчеты, где сказано, что одна из ее сестер гналась за похитителями довольно долгое время. Мод Пай. Если она сможет указать направление, нам будет легче определиться, какое логово посетить первым. — Но когда мы к ним прилетим еще солнце не успеет взойти. Может еще успеем поспать часок-другой? — с надеждой спросил Шайнинг. — Нет, приятель, — хлопнула его по спине кобылка в шляпе. — Пони на ферме встают рано. И лучше не стоит их отвлекать во время работы. Поэтому чем раньше прилетим, тем лучше. И все же за те часы, что они летели под пасмурным ночным небом, единорог успел немного вздремнуть. Эплджек и Флаттершай укрылись под брезентом, где вели свои тихие беседы. А вот летуны почти не общались между собой. Лишь только изредка радужная пегаска, забывая с кем летит бок о бок, делилась своими переживаниями: — Фух, а тяжеловато так двух пони за спиной тянуть. Поскорей бы Флаттершай могла сама уже полететь. Кобыла с возу — кобыле легче. И почему только я одна о маскировке позаботилась? Ближе к рассвету колесницы приземлились недалеко от трухлеющего деревянного забора фермы, на единственном свободном от камней участке. Распрягшиеся Кризалис и Рейнбоу без промедлений решили направиться к дому, но фермерша в шляпе их сразу остановила: — Вы притормозите пока. Одной мне сначала сходить надо. — А что такое? — спросил Шайнинг. — Как бы тебе сказать. Старшие Пай не очень любят крылатых или рогатых пони. — Расисты? — В яблочко, сахарок. Просто по их мнению только земные пони трудятся и что-то делают на благо этой страны. Поэтому извиняйте. Эплджек неловко улыбнулась и побежала на поиски сестры Пинки. Оставшиеся пони молчали и недоумевающе переглядывались. Наконец Кризалис не выдержала: — Что бы вы там не говорили про чейнджлингов, у нас подобных проблем никогда не было. Хоть мы и делились по разным фракциям. — Да вас и отличить одного от другого нельзя было, — посмеялась радужная пегаска. — Фу, как грубо. После недолгого ожидания, Эплджек вновь появилась и направилась назад к друзьям. За ней вышла и Мод, но пошла совсем в другую строну. Флаттершай вышла вперед и робко поинтересовалась: — Ну что там, Эй-Джей? — Все отлично. Идемте за мной в амбар, там с нами поговорят. Давайте, надо спешить, пока все остальные не проснулись. Так как им все равно было нельзя попадаться на глаза, королева решила, что больше нет смысла притворяться и вернула свою обычную форму. Как и всегда, Флаттершай вздрогнула, увидев яркий зеленый огонь. Но самого чейнджлинга она уже давно перестала бояться. Это была простая кобылка, способная любить, переживать и сочувствовать. И если бы Рейнбоу постоянно не задиралась, то и Кризалис бы вела себя намного приветливее. Такие выводы для себя сделала желтая пони. В амбаре царил полный мрак. Армор поспешил воспользоваться одним из тех заклинаний, которое недавно изучал с королевой. Однажды они оба сошлись во мнении, что создавать свет на кончике рога не очень удобно с практической точки зрения. И поэтому добросовестно потратили время и силы на создание новых вариаций. В данном случае, Шайнинг запустил несколько ярко горящих шаров, которые сразу поднялись к потолку и осветили весьма значительную часть окружающего пространства. Пони смогли разглядеть разнообразие каменных булыжников, валявшихся во всех углах, а также множество ржавых орудий труда, среди которых были в том числе столь невероятно громоздкие подковы, что даже Эплджек едва ли смогла бы сдвинуться в них с места. Послышались шаги и на свет вышла серенькая пони с темно-фиолетовой гривой. Она одинаково холодно провела взглядом по всем, лишь только чуть дольше задержав его на королеве, которая к своему стыду почувствовала несколько мурашек на теле. — Вы идете искать Пинки? — Да, Мод, — ответила Эплджек. — Твою сестру и еще Рарити. Расскажи, как все было в тот день. — Ночь. — Что? — Это было в ночь. Я услышала шум из ее комнаты. Разбитое окно, крики Пинки и снова окно. Луна светила ярко. Когда я вышла на улицу, то увидела в небе связанную Пинки и двух драконов. — Ты уверена? Мод Пай утвердительно моргнула. Или просто моргнула. — Небольшие. Чуть больше пони. Под утро они меня заметили и стали кидаться какими-то горшками. Я уворачивалась и кидала в ответ камни. Они взлетали выше, но оставались в поле зрения. Так продолжалось четыре дня… — Постой, Мод, — оборвала ее Рейнбоу. — Драконы летают не медленнее пегасов. Как ты могла гнаться за ними четыре дня? Серая пони чуть повернула голову в сторону радужной пегаски и продолжила бесстрастно говорить: — Они отдыхали по шесть часов. Мне хватало этого времени, чтобы наверстать дистанцию. Затем началась скалистая местность и это значительно меня замедлило. — То есть они отдыхали, а ты нет? — не могла угомониться пегаска. — Четыре дня? Это круто, но… пони вообще так могут? Хоть Мод Пай и оставалась непоколебима для наблюдателя, но в душе ее похолодело. Она прекрасно знала, что значительно отличалась от большинства обычных пони и боялась выставлять это на показ. Поэтому такие подозрительные расспросы являлись для нее нежелательными. Но, к счастью, эту тему продолжать не пришлось. — Тут кто-то еще есть с нами, — вдруг шепотом произнесла Кризалис, которая весь разговор вела себя беспокойно и постоянно поднимала ушки. Мод задумалась на некоторое время, а затем кивнула и указала в сторону, где лежал небольшой стог сена, который, если приглядеться, слегка вздымался время от времени. Королева подошла к нему вплотную и магией разворошила верхний слой. Перед всеми предстала спящая кобылка с остренькими клыками и перепончатыми крыльями. — Это бэтпони? — удивилась Рейнбоу. — Круто! Всю жизнь мечтала посмотреть, какие финты они умеют делать. — Она прилетела пару дней назад. Уставшая, измученная. Попросила ночлег. Я поселила ее в старый сарай, чтобы родители не узнали. Они не любят посторонних… — Так откуда она прилетела? — с нескрываемым интересов продолжила радужная. В ответ земная пони отвела взгляд, давая понять, что не даст ответ. Она знала историю этой кобылки и находила ее достаточной личной, чтобы всем не рассказывать. — Мод Пай, ты можешь нам показать маршрут, по которому двигалась? — сказала Кризалис и расстелила перед сестрой Пинки одну из карт из своего багажа. Но пони даже не взглянула на нее, продолжая морозить кожу на теле чейнджлинга. — Я бы могла пойти с вами. Вы не против? Подобное предложение вновь позволило сосредоточить все внимание на главной теме. — Ну… это здорово, да? — спрашивала Флаттершай, оглядывая всех пони. — Я напоминаю, что повезу на себе только Армора. Поэтому, если у Рейнбоу Деш хватит сил, то пусть возит кого хочет, — сказала Кризалис и довольно прищурилась, радуясь тому, как обыграла ситуацию. Голубая пегаска сквозь сжатые губы недовольно произнесла: — Да никаких проблем. Совсем не в напряг.