Подразделение ZOO

Джаред сидел в небольшой квадратной комнате на низком стуле и прямо на коленях заполнял анкету, любезно подсунутую ему рекрутером, сержантом Джобсом. — Всего лишь однофамилец, — на опережение пояснил тот, и Джаред захлопнул рот, так и не спросив. И столько горечи было в этом «всего лишь». Джаред его понимал. Он тоже «всего лишь» смотритель зоопарка, а откровенно говоря — никто. Именно так ему и сказала Жен, прежде чем сесть в новенький мерседес, за рулем которого красовался лощеный мудак с отбеленными зубами. — Джей, ты славный малый, любишь животных, отменно трахаешься, но в тридцать лет надо уже как-то определяться. Убиральщик говна за лосями и пингвинами — не принц моей сказки. Посмотри на себя, ты же ничего не достиг. Ты никто, дорогой. Тогда Джаред выбросил купленное обручальное кольцо вместе с бархатной коробочкой в ближайший мусорный бак, уволился из зоопарка и решил круто поменять свою жизнь — пойти служить в армию. От горестных воспоминаний Джаред слишком сильно надавил на ручку и проткнул анкету. . — Эм… Сержант Джобс, можно новый бланк? Если бы мексиканские кактусы могли двигаться, они бы непременно носили фамилию Джобс. По мнению Джареда, только эта способность и отличала сержанта Джобса от кактуса. У него было большое неповоротливое тело, туго обтянутое зеленой формой, и пять отростков, один из которых занимал место головы, остальные, соответственно, располагались там, откуда у людей растут руки-ноги. Нет, пожалуй, все же семь отростков. Выпуклая родинка над верхней губой и фуражка завершали сходство. — Это пятый, мистер Падалеки, — безуспешно пытаясь скрыть раздражение, пробурчал сержант Джобс. На его лице явственно читалось все, что он думает о мистере Падалеки-руки-из-жопы. Джаред улыбнулся самой виноватой улыбкой из своего арсенала и буквально выдернул из руки сержанта свежий бланк. Итак, попытка номер пять. И Джаред попытался сосредоточиться на вопросах. Но мешало отсутствие кондиционера, окно с южной стороны и техасский летний полдень. В комнате стояли невыносимые жарища и духота, пот катился по спине градом, сбегал по вискам. Мало того, сержант Джобс играл с мухой. По-другому его размашистые шлепки мухобойкой по столу назвать не получалось. Сержант хлопал без намека на прицел, зато громко. Муха, усиленно жужжа, взлетала, делала по комнате круг почета и приземлялась на стол, сержант опять бил мухобойкой. Джаред засмотрелся и, скомкав анкету, вытер ей со лба пот. Сразу же спохватился, расправил листок, но было поздно. Очередной бланк оказался испорчен. . — Сержант Джобс, а можно мне… — начал Джаред, но под суровым взглядом сконфузился и просто выбросил испорченную анкету в урну. — Мистер Падалеки, — поинтересовался сержант Джобс, протягивая чистый бланк, — а скажите мне, кем вы работали, пока не решили служить Родине? — Смотрителем в зоопарке, — ответил Джаред. — Да что вы говорите! — оживился сержант. — Какая нужная по сегодняшним реалиям, замечательная профессия. Знаете что, а садитесь-ка, мистер Падалеки, за мой стол, тут и удобнее, и вентилятор обдувает, а я сейчас вернусь. Сержант вскочил на ноги и с неожиданным проворством выскочил из кабинета, оставив Джареда в полном недоумении. Любой бы на месте Джареда сел за стол и начал наконец-то заполнять анкету. Любой, но не Джаред. Он подошел к двери и осторожно приоткрыл ее. Сержант Джобс, размашисто жестикулируя, о чем-то беседовал с щегольски одетым лейтенантом. До Джаредова слуха долетели отрывки разговора: нет-нет, слишком стар... срочно нужна замена... не проходил обучения… нет возможности ждать… . — Никаких возражений, нам срочно нужен человек, — громко сказал лейтенант. — Сделайте все от вас зависящее, Джобс, чтоб он к нам попал, — и, не прощаясь, пошел по длинному коридору на выход. — А как же рядовой Добсон? Его же совсем недавно откомандировывали в ваше распоряжение, — спросил в спину сержант Джобс. — Его медведь задрал, — не оборачиваясь, откликнулся лейтенант и засмеялся. Сержант Джобс побледнел, даже позеленел слегка, в тон формы. Джареду шутка тоже не показалась смешной. Он быстро вернулся за стол и, как только сержант вошел в кабинет, протянул ему заполненный бланк. Джобс повертел его в руках, задумчиво разглядывая Джареда, словно впервые видя его, и сказал: — Значит, любите животных, мистер Падалеки? У нас есть замечательное предложение. Отряд специального назначения, дислокация в солнечной Неваде, красивая униформа и еще целый ряд привилегий. Сержант внезапно стал сама любезность, расплывался в улыбках, сыпал шутками и — вот тут бы интуиции проснуться — даже предложил холодной минералки, но нет, ничего. И Джаред поставил свою размашистую подпись на контракт. Первый тревожный колокольчик зазвенел в голове, когда его, после прохождения курса молодого бойца, одного единственного, вертолетом доставили до Сент-Джорджа, а потом посадили в джип и в полном молчании куда-то повезли. Джаред честно пытался разговорить водителя. Безрезультатно. Тот крутил руль с каменным лицом и безотрывно смотрел на дорогу, всем своим видом давая понять, что никакой информации из него не выудить. Когда они выехали за город, и Джаред увидел за окнами пустыню с марсианским пейзажем, ему самому расхотелось болтать. На подъезде к шлагбауму, на котором болталась жестяная табличка с красной надписью «Зона 51», колокольчик забил набатом. Солдат на контрольно-пропускном пункте поднял шлагбаум и, как показалось Джареду, жалостливо посмотрел на него. Водитель довез пассажира до Ангара 18, выгрузил из багажника его пожитки и, так и не сказав ни слова, уехал, подняв облачко пыли. . Джаред постоял пару минут, уговаривая себя не паниковать, затем закинул на плечо рюкзак и уверенным шагом подошел ко входу в ангар. Постучал… Никто не отозвался. Постучал еще раз, громче. Опять ничего не произошло. Тогда Джаред толкнул дверь, и та легко открылась. — Вот чудак, чего стучал? — сказал Джаред. Он всегда, когда нервничал, говорил сам с собой. Дурная привычка, но успокаивает. За дверью он увидел зоопарк. Самый настоящий, как тот, в котором он работал, даже побольше, наверное. Вольеры были просторными, хорошо оборудованными, надписи на клетках — прикольными. На клетке с медведем — «капрал Амелл», а здоровенная горилла звалась «доктор Пеллегрино». Джаред улыбнулся, страх отступил, и ирония ситуации развеселила его. — Да, чувак, круто ты изменил свою жизнь, ничего не скажешь, — продолжил болтать Джаред и пропел, переиначивая мотив, слова из детской песенки: — Зоопарк — твоя судьба! А кто-то из-за угла подхватил: — Ты похо-о-о-ж на обезьяну, пахнешь точно как она! К нему подошел невысокий темноволосый мужик, с шумом втянул воздух, словно и правда принюхивался и, протянув руку, представился: — Сержант Шеппард, снабжение, отвечаю за пропитание для всей этой живности. Иначе говоря — фуражир. — Рядовой Падалеки. Только что прибыл, — отрапортовал Джаред, вытянувшись по струнке. — Вольно, рядовой. Расслабься. Давай нормально знакомиться. Я — Марк. По форме тут только к лейтенанту Эклзу обращаются, а все остальные между собой запросто. — Джаред, — представился Джаред. Он уже смирился со своей зоопарковой судьбой и даже был рад, что снова оказался в родной стихии. — А где мне найти лейтенанта Эклза? — За клеткой с рысью налево, мимо косули, а как пройдешь вольер директора Росса, сразу направо. Там увидишь кабинет лейтенанта, — услужливо подсказал Марк. — И удачи тебе, Джаред. Джаред сказал спасибо и поспешил в указанном направлении. . Когда он зашел в кабинет, лейтенант Эклз быстро выключил телевизор и сделал вид, что работает, усердно перекладывая на столе бумаги, но Джаред успел заметить. И это шальное — опа, поймал! — придало ему уверенности. — Можно… — начал Джаред. — Разрешите! — ледяным тоном перебил лейтенант Эклз. — Разрешите обратиться, — поправился Джаред и, дождавшись кивка, продолжил: — Рядовой Падалеки в ваше распоряжение прибыл. — Бумаги, рядовой Падалеки, — лейтенант Эклз протянул руку и нетерпеливо постучал пальцем по столу. Тут Джаред вспомнил, что запихал их куда-то в рюкзак. И ключевым было «куда-то»! Он бросил рюкзак на пол и начал в нем рыться под удивленным взглядом лейтенанта. Джаред рылся, Эклз смотрел. И чем дольше Джаред копался в вещах в поиске бумаг, тем острее он ощущал сверлящий взгляд на своем затылке. Так пристально на него мужчины давно не смотрели. Тем более такие красивые мужчины, как лейтенант. Чертовы документы никак не находились, и Джаред с ужасом решил, что потерял их в вертолете. Он уже представлял, что о нем подумает лейтенант Эклз, и это было обидно. Джаред весь взмок от нервов, щеки покраснели от стыда за свою глупую рассеянность, а член предательски напрягся, просто потому, что Эклз смотрел. Вот же блин. Джаред уже собрался вытряхнуть все содержимое из рюкзака, как на его руку легла ладонь Эклза, удерживая. — Посмотрите в боковом кармане, рядовой Падалеки, — спокойно и сухо предложил он. Джаред поднял голову и завис. Лицо лейтенанта Эклза находилось так близко, что можно было разглядеть веснушки на скулах, которые причудливым образом сливались в полоски. Взгляд Эклз прятал за длинными густыми ресницами, а крылья носа ходили ходуном. Он что — принюхивается? Невероятно! Сначала сержант Шеппард, теперь этот! Может Джаред и правда воняет? — Боковой карман, — напомнил лейтенант Эклз, и Джаред отмер. Бумаги оказались именно там, в несчастном боковом кармане. Лейтенант взял их и, вернувшись за стол, принялся изучать. Теперь уже пялился Джаред. Не отводя взгляда от русой, коротко стриженной макушки. Наконец Эклз поднял голову, и Джаред к своему удовольствию заметил, что щеки того слегка порозовели. — Все в порядке с бумагами. Рад приветствовать вас, рядовой Падалеки, в нашем разведывательном подразделении Z. — Спасибо, лейтенант Эклз. Разрешите идти? — Джаред закинул рюкзак на плечо и встал по стойке смирно. — Да, идите, найдите капрала Амелла, он введет вас в курс дела и покажет вашу комнату. Заслышав имя, Джаред обалдел. Оказывается, кто-то осмелился назвать медведя в честь реально существующего и служащего тут капрала? — И еще, рядовой, к животным в клетки не входить и не трогать до моего на то разрешения. Понятно? — Так точно, лейтенант Эклз. Мне все понятно. . Идя по зоопарку, Джаред притормозил у клетки косули, которая звалась «рядовая Маккой». Косуля переминалась с ноги на ногу у самой решетки и явно чего-то ждала. Джаред подошел ближе, оглянулся по сторонам — никого — и погладил косулю по бархатистой мордочке. — Не трогать, я сказал! — раздался грозный окрик лейтенанта Эклза, больше похожий на рык. Джаред виновато отдернул руку. Так, значит, тут везде камеры и динамики? Прикольно. *** Жизнь Джареда завертелась калейдоскопом из дней и ночей. Он познакомился почти со всеми ребятами, и они с радостью приняли его в команду. Особенно он сблизился с доктором Пеллегрино, который угощал чаем с лимоном, заваренным в колбе с широким горлышком. Доктор носил белый халат, мягкие белые тапочки и зеленые штаны до щиколоток, а когда курил, держал сигарету длинным пинцетом и небрежно стряхивал пепел в чашу Петри, являя собой образ самого настоящего доктора из юмористического сериала. Еще Пеллегрино мог многозначительно играть бровями, морщить лоб крупными складками, делать губы трубочкой и очень точно передразнивать лейтенанта Эклза. Джаред всегда ржал, когда доктор понижал голос, начинал рубить фразы и укоризненно смотрел на Джареда. — Рядовой Падалеки, что вы опять забыли у клетки рядовой Маккой? Рядовой Падалеки, медведи не едят капусту, а капрал Амелл и подавно ее не любит. Рядовой Па-да-ле-е-еки-и-и! После очередной пародии от Пеллегрино Джаред признался ему, что Эклз вызывает у него ужас вперемешку с благоговением. — Знаешь, Марк, он словно охотится за мной. Доктор Пеллегрино почесал правое ухо левой рукой через голову и сказал: — Не принимай это на свой счет, Джей. Просто лейтенант любит, чтоб все было в порядке и под контролем. Ты же видел камеры кругом? Джаред кивнул. — Ну вот, это природа у него такая, засядет у себя в кабинете и обозревает свои владения. Понял? Джаред еще раз кивнул, хотя ни черта не понял. . С пониманием происходящего у него вообще последнее время были сложности. Странности случались одна за другой, и Джаред, обладавший от природы внимательностью к мелочам и острым умом, не мог их игнорировать, но и сложить два и два у него не получалось. Потому что очевидный ответ — четыре — представлялся совершенно нереальным и фантастичным. Так Джаред установил опытным путем, что ангар изнутри гораздо больше, чем снаружи, и это его не удивило — наука шагнула далеко вперед, а в зоне 51 тестируют все новейшие достижения, по крайней мере, рекрутер Джобс так ему рассказывал. Но странности этим не ограничивались. Так, если Марк Шеппард отлучался закупать провиант, то и очаровательный бурый ослик, носящий его имя, куда-то пропадал. Если Сандра Маккой флиртовала с Джаредом в столовой, то косули наверняка в вольере не оказывалось. Если доктор Пеллегрино залечивал правое плечо капралу Амеллу, то и медведь прихрамывал на переднюю правую лапу. Звери появлялись — люди исчезали, люди появлялись — звери исчезали. А это значило, что люди… И вот тут сообразительность Джареда пасовала. А спросить хотя бы у того же доктора Пеллегрино, не обезьяна ли он — хотя тот и вправду был похож, особенно когда жрал бананы, набивая их за щеки, — Джаред не решался. . Наверное, еще долго Джаред маялся бы непонятностью происходящего, но тут случился Случай. Шел уже второй месяц его службы в зоопарке Ангара 18, когда Джаред, проснувшись до подъема, решил спуститься к животными пораньше. Очень уж ему хотелось до обеда успеть смотаться до местного армейского магазина и закупиться сладостями на свое недавно полученное первое жалование. Проходя мимо всегда пустующей клетки директора Росса, Джаред заметил темный кончик хвоста, торчащий из неосвещенной задней комнаты. Джаред пригляделся — вдруг мерещится, — как хвост дернулся! О, в клетке кто-то есть! И так захотелось посмотреть на этого загадочного директора, что, отринув все попытки инстинкта самосохранения остановить его, Джаред ломанулся в клетку, дошел до середины и, спохватившись, что слишком громко шумит, остановился. Кончик хвоста исчез… И — у Джареда сердце ушло в пятки — из темноты показалась морда тигра. Тигр плавно шагнул вперед, Джаред попятился назад. Тигр не сводил с него гипнотизирующего взгляда своих желто-зеленых глаз и подергивал усами. Округлые, широко расставленные уши слегка шевелились, а приподнятый хвост ходил из стороны в сторону. Джаред отступал до тех пор, пока не уперся спиной в решетку, и мог поклясться, что тигр усмехается, наблюдая, как Джаред судорожно пытается нащупать за спиной щеколду. Если бы руки предательски не дрожали, Джаред непременно успел бы открыть дверь и спастись. Но… . Тигр прыгнул и приземлился в паре дюймов от носков Джаредовых ботинок, потянулся вперед и уткнулся носом Джареду в живот. «Конец, — подумал Джаред, — это конец». И начал сползать по решетке. Тигр чуть-чуть отступил, давая Джареду плюхнуться на пол, а потом широко провел теплым шершавым языком по лицу и, словно извиняясь, потерся жесткими усами о бока. Джаред затаил дыхание, решив притвориться мертвым. Тигр громко фыркнул около уха, типа «я разгадал твою хитрость», и, аккуратно подцепив лапой, перевернул. Джаред не шевелился. Он был просто обязан обхитрить этого тигра. Но тигр не сдавался. Он подкатил Джареда к соломенной подстилке в дальнем углу клетки, лег рядом и принялся вылизывать со всей кошачьей педантичностью. Это стало последней каплей, Джаред не выдержал и закричал: — Спасите! Помогите! Кто-ниб… Тут тигр слегка придавил его, положив лапу на грудь, и дальше Джаред только придушенно сипел. На крик Джареда сбежалось почти все подразделение. Они толпились бестолково у клетки, но зайти не решались. Сержант Шеппард попытался, правда, приоткрыть дверь, но тигр вскочил, пригнул голову и так зарычал, что тот быстро ее захлопнул. Поднял ладони в примиряющем жесте и приказал всем разойтись. Тигр успокоился, снова улегся и продолжил свое увлекательное занятие. Когда Джареду начало уже казаться, что он насквозь пропитался слюной, тигр прервался и, растянувшись во всю длину, замурчал. Громко так — ур-р-р, ур-р-р, ур-р-р. Большой, влажный нос утыкался Джареду в шею, и Джареда отпустило, и он вырубился. Провалился в темноту, но даже там что-то ужасно громко урчало. Придя в себя, Джаред, к своему удивлению, обнаружил, что на нем, довольно посапывая, дремлет абсолютно голый лейтенант Эклз. Джаред вскочил, столкнув с себя спящего лейтенанта, и закричал: — Лейтенант Эклз, вы! . Эклз открыл глаза и молча посмотрел на Джареда. И тут Джаред понял сразу две вещи. Первая — зоопарк не простой и все звери в нем оборотни, а вторая, что общение с тигром — всего лишь цветочки, а вот сейчас его будут убивать на самом деле. — Немедленно вон,— прошипел, поднимаясь, лейтенант Эклз. Джаред уставился на него во все глаза, напрочь забыв не только о субординации, но и обо всем на свете. Лейтенант Эклз несомненно был совершенством. — Вон! — повторил тот. Окей, опасным совершенством, и Джаред вылетел из клетки. Правда, обернулся пару раз — хорош же, что ни говори. Когда Джаред вбежал в кабинет доктора Пеллегрино, тот молча поставил на стол мензурку и плеснул туда спирта. — Вместо чая, — пояснил он, — чисто в медицинских целях. Джаред опрокинул в себя содержимое и протянул руку за добавкой. Пеллегрино неодобрительно хмыкнул, но налил еще. Джаред выпил. Сел на стул. Указал на пустую мензурку, и доктор безропотно наполнил ее. — Так вы обезьяна, Марк? — наконец-то задал Джаред давно мучивший его вопрос. — Ага, — закивал головой Пеллегрино, — мы все здесь такие — разведывательное подразделение Z. Согласись, с нашей способностью к маскировке — это легко. — Когда вы хотели рассказать мне об этой способности? — Вообще-то Эклз собирался. Просто ты же без подготовки к нам, мало ли как воспринял бы. Поэтому он решил дать время обвыкнуться. Чтобы, ну ты понимаешь, не как снег на голову. Поосторожнее как-то. — О, да. Лейтенант Эклз был очень осторожен, — Джаред поморщился, вспоминая недавние события. — А я-то вам зачем? — Ты? Ты нам очень нужен. Скоро наступит неделя зимнего новолуния. В этот период звериная сущность берет верх над человеческой. Нам нужен кто-то, чтобы ухаживать за нами. А рядовой Добсон так не вовремя поссорился с капралом Амеллом. И вот ты здесь. — Ясно, — сказал Джаред и закрыл лицо руками. — Все ясно. Доктор Пеллегрино придвинулся поближе и спросил: — А вы с Эклзом это?.. — Что это? — не понял Джаред. — Ну это... — Пеллегрино потер два указательных пальца друг об друга и поднял брови домиком. — Не-е-е-е, — Джаред отрицательно закрутил головой. — Нет, нет, что вы. . А про себя подумал, что, конечно, лейтенант Эклз — мужчина хоть куда, и он бы с удовольствием с ним это, но он же тигр! А такое надо еще переварить в спокойной обстановке. Что оказалось совершенно невозможно. Все вокруг считали своей обязанностью поглумиться над Джаредом. Сначала он терпеливо пытался объяснить, потом пробовал игнорировать, как все ахают, стоит ему упомянуть лейтенанта Эклза. А уж если Джаред заходил с каким-то вопросом в кабинет лейтенанта, то можно было спорить на оклад — под дверью кто-нибудь подслушивает. И скорее всего, осел Шеппард. Лейтенант Эклз задачу сведения происшествия на нет тоже не облегчал. Смотрел пристально, щурил глаза, улыбался устало уголком губ. И Джареду сразу очень хотелось подойти и погладить его. Но, словно читая мысли Джареда, Эклз собирался и приказывал очередную гадость, или начинал отчитывать за какую-нибудь мелкую промашку. Жизнь Джареда превратилась в ад, который, согласно контракту, продлится еще три года. Нет, сержант Джобс не кактус, а самый настоящий дьявол. Хотя чем черт не шутит, может, и они существуют. Теперь Джаред ни в чем не был уверен. За две недели до Рождества лейтенант Эклз вызвал его к себе по громкой связи таким тоном, что Джаред шел, полный дурных предчувствий. Которые полностью оправдались. — Знаете, рядовой Падалеки, — сообщил лейтенант Эклз, как только Джаред закрыл за собой дверь кабинета. — Моя семья собирается приехать и познакомиться с вами. Кто-то сообщил им о ритуальном облизывании. — О каком облизывании? — подавился воздухом Джаред. — Ритуальном, — лейтенант Эклз тяжело вдохнул. — Это древняя традиция оборотней при выборе пары. Об этом все знают. — Я не знал! — воскликнул Джаред. Он же и правда не знал. — К сожалению, это не имеет значения, что вы там знали, а что нет. Вас облизали. Я вас облизал, — продолжил Эклз. — Извините. — Да идите вы в жопу, Эклз, со своими традициями и ритуалами. И извинениями тоже, — вспылил Джаред. С ума сойти! Облизывание! А ведь он только-только свыкся с мыслью, что служит в чудо-зоопарке. . Лейтенант Эклз в долгу не остался. Он, слегка наклонив голову набок, сделал два медленных широких шага к Джареду, встал на расстоянии вытянутой руки, перекатываясь с носка на пятку, и сказал низким вкрадчивым голосом: — А зачем вы полезли в клетку, а? Я же вас предупреждал. Вы нарушили приказ. Джаред виновато насупился. Ну да, нарушил, но все же — это не повод. — Мы же можем это как-то разрулить? Лейтенант Эклз приблизился вплотную, так, что Джаред ощутил его горячее дыхания, и низко проурчал в ухо: — А если я не хочу? А если я вот прямо сейчас очень сильно, безумно сильно хочу повторить? — Что повторить? — Джаред попятился. — Ритуальное облизывание, — лейтенант Эклз не отставал ни на шаг. Джаред поплыл. Он столько раз уже назвал себя извращенцем, дроча в душе на, оказывается, ритуальное облизывание, что сбился со счета. А сколько раз он мечтал сам совершенно не ритуально вылизать вредного, сводящего с ума своими глазами и придирками лейтенанта Эклза — и не передать. — Лейтенант Эклз… — Дженсен, — поправил Джареда тот и поцеловал. . Провел языком по губам, требуя немедленного подчинения, прикусил нижнюю и настойчиво рыкнул. Джаред открылся, позволяя лейтенанту — о нет, теперь, несомненно, Дженсену — вести в поцелуе. И тот, обхватив ладонями лицо Джареда, увлеченно исследовал новые владения. Джаред обнял Дженсена за плечи и притянул ближе, чтобы чувствовать его всем телом, и сладко вздрогнул, когда к его бедру прижался возбужденный член. Обожгло через два слоя ткани. Они отпрыгнули друг от друга, застыли на секунду. Дженсен моргнул, облизал припухшие от поцелуя губы… И все! Джареду снесло крышу напрочь. Он набросился на Дженсена, словно сам был страшным диким зверем. Только шум в ушах, сбившееся дыхание и бешеный пульс в висках. Добраться, получить. Джаред хотел дотянуться везде. Начиная с веснушчатых полосок на скулах, которые он заприметил в самый первый день, и заканчивая… Он в нетерпении дернул ремень Дженсена, пытаясь расстегнуть. Но Дженсен его опередил. Сделав шаг назад, он ловко развернулся, увлекая Джареда за собой, так что теперь тот оказался прижат к столу, рванул молнию и запустил руку ему в штаны. — Ого, — восхищенно выдохнул Дженсен, достав член Джареда. Джаред смущенно улыбнулся и покраснел. Пока он снимал штаны, Дженсен не отводил взгляда от его члена. — Не, я конечно предполагал, но... — Дженсен опустился на колени и, обведя головку языком, продолжил: — Все равно потрясает. Джаред хотел ответить что-то, но Дженсен взял его член в рот и все, говорить сразу расхотелось. Жгучее удовольствие разливалось по телу и закручивалось в стремительный водоворот внизу живота. — Дженсен, Дженсен, Дженсен, — повторял Джаред, удерживая его голову руками. — Дженсен, сейчас, — предупреждающе выкрикнул он. . Дженсен заурчал, посылая вибрации вверх по стволу, насадился горлом до самых яиц, и Джаред кончил. Так сильно, ярко, что раскидало без сил по столу. А Дженсен, довольно мурча, принялся вылизывать его начисто. Прошелся языком по яйцам, спустился ниже, развернул разомлевшего Джареда и уложил грудью на стол. Раздвинул ягодицы и надавил пальцем на вход. — Можно? Джаред закивал. Сил говорить вообще не осталось, только стонать и подставляться, когда Дженсен начал орудовать там языком. Входить Дженсен не торопился, готовил Джареда тщательно. Казалось, что он был везде. Провел языком по мошонке, легко и влажно покружил им возле входа. Затем, навалившись всем телом, стал вылизывать спину, шею, плечи, притираясь горячим возбужденным членом. Джаред отзывался мелкой дрожью во всем теле, нетерпение нарастало. Наконец, шумно выдохнув в ухо и больно потянув за волосы, Дженсен снова скользнул вниз и зарылся между Джаредовых ягодиц. Джаред сжимался в безуспешных попытках удержать скользящий внутри язык. Дженсен убирал его и сразу же возвращал назад, проталкивая с силой, раскрывая и наполняя Джареда слюной. Это было так грязно, так стыдно, невероятно прекрасно и дразняще мало. . Джареду хотелось уже большего, хотелось ощутить крепкий член в своей заднице, а Дженсен играл с ним, как кошка! Да он и есть кошка! Точнее, кот. Большой, полосатый кот. — Дженсен, — взмолился Джаред, — ну дай же. И Дженсен дал. Когда они, удовлетворенные и счастливые, развалились на полу, Джаред спросил: — А можно я тебя тоже ритуально вылижу? — Можно, — разрешил Дженсен, — но позже. А сейчас надо работать. Но даже пальцем не пошевелил, чтобы подняться. Так и лежал, удобно устроившись на Джареде. И, наверное, даже задремал. Джаред тоже не собирался вставать. Гладил горячего, как печка, Дженсена по спине и думал, что чудеса все же случаются даже в его, казалось бы, самой обычной жизни. — Надо же будет сказать всем, что мы это… — Что это? — подняв голову, уточнил Дженсен. — Ну, это... — и Джаред потер указательные пальцы друг об друга. — Ах, это, — Дженсен повел носом, принюхиваясь. — Да нет, пожалуй, уже не надо. Ослом страшно воняет. За дверью кто-то громко икнул. *** Знакомство с многочисленными родственниками Эклза прошло отлично. Джаред им понравился, и проблема ритуального облизывания разрешилась ко всеобщему удовольствию. Под одобрительным взором главы семейства Алана Дженсен торжественно вручил Джареду обручальное кольцо из белого золота в бархатной коробочке и поцеловал. Мама Дженсена, Донна, смахнув навернувшиеся на глаза слезы, обняла их и пожелала счастья. Когда же наступило время зимнего новолуния, Дженсен взял с Джареда клятву, что тот ни по какой причине не вздумает зайти к нему в клетку. — Иначе я тебя не выпущу, и весь зоопарк передохнет с голоду! Джаред клятву сдержал. Поставил раскладушку рядом с клеткой Дженсена и засыпал ночами под его громкое мурчание. Правда, там сквозило, в результате чего Джаред сильно простыл и заболел, а у доктора Пеллегрино оказался только диплом ветеринара, но это уже совсем другая история.