Exit Wounds

Хруст, хруст, хруст. Ритмичные толчки и снова хруст. Короткий, пронзительный крик, хотя, даже, скорее, плач. Скорее всего, какая-то сова снова с победным кличем атаковала очередную мышку. Это природа, всё правильно. Чонук бежит следом за Дэилем, стараясь попадать в один с ним ритм бега. Ночь слишком тихая и глухая, чтобы разрушать её лишним топотом. - Давай свернём здесь? – вдруг подаёт голос младший, жестом приглашая свернуть с тропинки у дерева, где едва заметно белеется крестик. Дэиль пожимает плечами и запросто сворачивает с тропинки, даже не понижая темп. А зачем? Чонук улыбается про себя, чувствуя, как в боку начинает покалывать. Нужно сбросить темп, иначе потом может не хватить сил. Он замедляется практически до быстрого шага, Дэиль, кажется, тоже устал, поэтому они идут рядом. А может, он просто переживает за своего подопечного, кто знает. Чонук, если честно, душу бы отдал дьяволу за возможность узнать, о чём думает его хён. - Ты хочешь мне что-то показать? – наконец, подаёт голос Дэиль. Младший не может сдержать смущённой улыбки, но в этом нет необходимости – единственным источником освещения сейчас выступает фонарик на мобильном телефоне. Земля под ногами становится мягче, а хруст становится менее резким. Наконец, они ступили под хвоевые деревья. Ковёр из сосновых колючек должен смягчить удары. - Нет. Я хочу поговорить. Дэиль отмеряет ещё четыре больших шага. Раз. Два. Три. Четыре. - Говори. Чонук, слегка помявшись, выключает фонарик на мобильном, что есть сил вглядываясь в силуэт парня. В кромешной темноте слова, которые так и норовят вырваться из горла, уже не кажутся настолько резкими. - Хён. Ты можешь меня ударить после этого, я разрешаю… На этом заранее заготовленная речь обрывается. Чонук выговаривает «ты мне нравишься» одними губами, но горло словно отказывается выполнять команду. - Что? Ты на меня дрочишь вечерами после пробежек? Низкий, слегка насмешливый голос где-то справа отрезвляет. Не так он себе планировал этот момент. - Как… - вырывается из его груди, пока его оппонент делает пару шагов ближе. - Было бы странно, если бы ты позвал меня поговорить ночью в лесу об основах квантовой физики, Чонук. Это правда. Это настолько правда, что Чонгук готов простить насмешливый тон, грубость фразы, слишком стремительные передвижения Дэиля. Всё ради него. Поэтому простился и первый удар в правую скулу. Не больно. Словно шлёпнули провинившегося щенка. - Ты дурак, Чонук, - услышал он, пропуская второй удар, прямо под дых. Он корчится, медленно оседая на пол. – Хотя я рад, что ты не стал делать сопливых попыток пригласить меня на свидание, или как там, вы, пидоры делаете? Удар был достаточно сильный, чтобы и без того сбитое дыхание стало ещё хуже, в ушах шумит. Он выпрямляется, неожиданно для себя улыбаясь во весь рот. - Ха. Ха-а-а. Ха-ха-ха… - Чонук прекрасно знал, что, скорее всего, получит за своё признание в нос. Ничего неожиданного. Но почему-то так смешно. - Разве я не прав? – доносится до бесконечности родной, любимый голос. Так близко, так хрипло. Почти интимно. - Конечно прав, хён, - выплёвывает Чонук, вкладывая в хук все свои чувства. Симпатию, злость, раздражение. Возможно, немного фрустрации на самого себя. Он слышит сдавленный вздох, и это придаёт сил. Впервые он чувствует на себе тот самый эффект «второго дыхания». - Бесконечно прав… Второй удар он наносит с левой руки в голову. Наотмашь. Так что слышится даже лёгкий хруст. - Ничего себе, - он слышит голос Дэиля. Уже без насмешки, но всё такой же пренебрежительный. – Не думал, что девочки могут бить с кулака. Этой длинной реплики достаточно, чтобы вычислить, где сейчас находится старший. Одним рывком Чонук делает подсечку и удовлетворённо валится рядом, стараясь не обращать внимание на колено, которое внезапно прострелило от боли. Счёт идёт на секунды. Либо он владеет ситуацией, либо это конец. Он едва не делает непростительную ошибку, хватая Дэиля за руку, но моментально хватает зубами мощные связки старшего. Чонук победно вскрикивает, как только слышит приглушённый мат, и валится на тело парня всем весом, используя на этот раз все последние ресурсы организма. Дэиль отчаянно сопротивляется, но это только на руку атакующему – ноги, наконец, занимают удобную позицию, блокируя тяжёлый таз, а руками уже можно свободно распределить вес по всему телу. Отлично. Дэиль едва слышно усмехается. - А дальше что? Чонук внимательно всматривается в силуэт старшего, в его тёмные пухлые губы. Из уголка, кажется, темнеет капелька крови. - Я тебя поцелую. Слишком твои губы долго сводят меня с ума. Он тут же припадает к парню, вскрикивая от острой боли: Дэиль укусил его нижнюю губу слишком сильно. Рот заполнила вязкая, пульсирующая жидкость. Старший громко хохочет. - Я всё расскажу Кори и менеджеру, и такого пидораса, как ты, тут же под твою похотливую задницу пинком выгонят. Чонук едва заметно машет головой, замечая, как капли его крови медленно стекают на Дэиля. - Не осмелишься. Совесть не позволит признать, что ты прогнулся под пидора, - он пропускает короткий смешок на последнем слове. До чего же оно противно звучит. – Я тебя больше не трону, обещаю, дай только себя попробовать, хён… Старший что-то мычит, но рот снова затыкают поцелуем. Мерзким, солёным, металлическим поцелуем. Чонук с остервенением лижет собственную кровь на губах Дэиля и вдруг улыбается. Едва заметно, так, чтобы он, в теории, бы и не почувствовал из-за пульсирующей губы, но ему ответили.