Белые лилии

В Годриковой впадине нескончаемо лил осенний дождь, крупные капли, словно слезинки, стекали по темным окнам дома. Обмякшие листья обреченно застелили грязную дорогу и смиренно лежали под сиянием уличного фонаря. В доме Поттеров было очень тепло и уютно, атмосфера праздника проникла в каждый укромный уголок жилища и в каждое живое сердце, находившееся дома. Лили Поттер с заботливой улыбкой мыла посуду, что-то напевая под нос. Ее рыжие волосы были собраны в аккуратный пучок, закрепленные красивой заколкой, которую ей когда-то на шестом курсе подарил Джеймс. В это время маленький Гарри играл со своим любимым плюшевым оленем, которому неоднократно пытался оторвать рога или нос. Мальчик улыбнулся матери и взглянул на сидящего рядом отца — тот, как обычно, взъерошил волосы и весело улыбнулся. Гарри, последовав его примеру, тоже взъерошил себе волосы и стал похож на милого ёжика. Лили посмотрела на большие настенные часы, висевшие в гостиной — они показывали без двух минут десять. Закончив с посудой, она вытерла руки и подошла к Гарри. — Идем, солнышко, нужно баиньки, — ласково проговорила женщина, погладив сына по голове. Малыш, как назло, не хотел засыпать: он куксился и готов был вот-вот разреветься. Лили устало села в кресло, у нее болела голова, наверное, была высокая температура. Женщина знала, что болеть ей нельзя. Несколько дней подряд ее тошнило, она говорила Джеймсу, что все в порядке и она здорова. Но это было не так. Когда Гарри наконец-то заснул, миссис Поттер пошла к себе в спальню. Дождь все еще уныло барабанил по окнам, а рыжая кошка сладко спала на кровати. Бывало, Гарри часто хватал ее за уши или хвост. Бедное животное залезало под кровать и могло просидеть там весь день, ну или, по крайней мере, пока ребенка не уложат спать. Лили взяла маленький пузырек с зельем — для снятия головной боли, и выпила его. Стало немного легче. Вдруг, сзади подошел Джеймс и, обняв женщину, поцеловал в затылок. — Я тебя люблю, — прошептал он своей жене. — И я тебя, — отозвалась та, с легкой улыбкой. — Гарри опять не хотел засыпать? — Нет, мистер Поттер, он такой же упрямый, как и вы, — шутливо проговорила Лили. — Что это? Джеймс, ты слышишь? Там внизу, кажется, кто-то есть… — Слышались чьи-то шаги. — Сиди здесь и закрой дверь! Я сейчас посмотрю. — Мужчина обеспокоенно посмотрел на Лили. — Что? Нет, я не буду… — но не успела женщина возразить, как Поттер, хлопнув дверью, закрыл ее снаружи. — Джеймс! Джеймс, открой немедленно! — Лили начала паниковать, она протянула руку в карман за палочкой, но поняла, что оставила ее в детской. Женщина услышала жуткий смех и крик мужа. — Нет! Нет! — что-то упало на пол. Из детской начал доноситься плач ребенка. Лили колотила в дверь, как только могла, со слезами дергала за ручку, пинала ногой и наваливалась всем телом. Но дверь не открывалась. Она слышала, как кто-то прошел рядом… Злые мурашки пробежались по всему телу, дыхание стало очень тяжелым. — Пожалуйста, нет… Выпустите меня! Только не моего мальчика! Пожалуйста… — Плачь ребенка затих, казалось, что сердце женщины остановилось. Беспощадно остановился весь мир. На пару долгих мгновений наступила мертвая тишина. Лили отошла в сторону и всеми силами налетела на дверь, та открылась и с грохотом врезалась в стену. Стало сложно соображать, что именно нужно делать, у женщины началась истерика. Она дошла до лестницы и увидела своего мужа. Тот неподвижно лежал с открытыми глазами. — Джеймс! — Лили бросилась к нему, она пыталась нащупать пульс, но скоро стало понятно, что мужчина мертв. Женщина, как ошпаренная, подскочила с лестницы и побежала в детскую. Дверь была открыта. Она увидела своего сына, лежащего в кроватке. Он казался совсем живым, спокойно спящим в своей кроватке, но Лили не составило труда понять, что мальчик не дышит. — О Господи, мой сыночек! — она взяла сына и из глаз несчастной женщины побежали слезы. Она кричала на весь дом, молила Бога забрать ее вместо Гарри, но ничего не происходило. Лили сидела у кроватки с ребенком и крепко держалась за его холодные ручки. Послышались шаги. Весь мокрый и грязный, в детскую вбежал Сириус Блэк. Увиденное поразило его больше смерти друга. Ему было больно смотреть на плачущую Лили, он не сразу увидел мёртвого малыша. Мужчина, дрожа, отстранился к стене и опустился на пол. Он смотрел на громко рыдающую женщину. Волна ужаса окатила его с ног до головы. Блэк нашел в себе силы встать и подойти к Лили. — Эй, — он осторожно позвал ее. — Отдай его мне… — Сириус пытался забрать мальчика, но женщина прижала его к себе еще крепче. — Давай, я должен его взять. — Я никому его не отдам… — Лили, солнышко, я понимаю, но сейчас я должен его забрать, — она отвернулась. Тогда Блэк силой раздвинул руки несчастной и выхватил ребенка, та начала кричать и бить мужчину. — Тише. — Сириус попытался успокоить подругу, но вскоре понял, что его попытки бессмысленны. Он положил мальчика в кроватку и, взяв женщину на руки, понес вниз. Лили пыталась вырваться, стараясь изо всех оставшихся силя. У самого выхода из дома появился Ремус. — Что здесь… — заикнулся, было, Люпин, но взглянув на друга, все понял по выражению его лица. Слегка пошатнувшись, он чуть не упал. — Лунатик, живо отправь Лили в Больницу Мунго! Живо! Ты меня слышишь? — Блэк потряс друга, все еще пытаясь удержать Лили, которая до сих пор рвалась в дом. — Да, я сейчас… — Держи ее крепко! Ремус схватил женщину и трансгрессировал в больницу св.Мунго. Яркий свет коридоров ударил в глаза, заставив прищуриться. — Пожалуйста, помогите, — Люпин обратился к первому целителю, которого увидел. — Что случилось? — спросил удивленный врач. — Просто дайте ей успокоительное… — Идите за мной. Ремус, подхватив Лили на руки, последовал за целителем. Она продолжала плакать и кричать. — Положите ее на кровать, — велел лекарь. Сразу нескольким целителям пришлось удерживать, обезумевшую от горя женщину, чтобы та выпила зелье. Ремус крепко взял подругу за руку, он видел, как она постепенно успокаивается. В глазах ее было, что-то смешанное с ненавистью и болью, но вскоре они стали совсем пустые. Не выражающие, каких-либо эмоций. Рыжие волосы растрепались и небрежно лежали на подушке. Люпин не мог смотреть на ее страдания. — Извините, вы не могли бы выйти? Нам нужно осмотреть пациентку, — сказала молоденькая девушка. Ремус кивнул и пошел прочь. Он еще не до конца понимал, что случилось, но знал одно — его друг мёртв, а вместе с ним и Гарри. Люпин до самого утра просидел в коридоре больницы, глядя в потолок. В шесть часов утра, весь побитый и несчастный, к нему пришел Сириус. — Как она? — спросил Блэк. — Мне еще не говорили, она спит… — Люпин устало посмотрел на друга. — Они мертвы, да? Джеймс и Гарри… — Да. Они мертвы. Я пытался найти Петтигрю и оторвать его голову лично, но крысеныш куда-то подевался. — Как он мог… — Если его найду, то убью на месте, — Сириус сжал кулаки. — И наплевать, что меня запрут в Азкабане. Я забрал палочку Лили… Она лежала на кресле в детской. — Мистер Люпин? — окликнула парня вчерашняя девушка-лекарь. — Да? — обернулся Ремус. — Я насчет Лили Поттер. Она почти в порядке, у нее был жар, но нам удалось его снять, также у женщины очень сильный стресс и первый месяц беременности. — Что? —Блэк чуть не свалился со скамьи, а вместе с ним и Ремус. — Она беременна? — Да, сейчас о женщине нужно хорошо заботиться. Вы можете зайти к ней. — Ну, прекрасно… она этого не выдержит… — Сириус закрыл глаза руками. — Мы ей поможем, — Люпин встал и поплелся к Лили. Друзья зашли в светлую палату, где увидели миссис Поттер. Она лежала и, не выражая никаких чувств, смотрела в потолок. Парни сели на соседнюю кровать. — Лили, — совсем тихо позвал Ремус. — Он нас предал… — женщина повернулась к Люпину. — Питер нас предал, — еле слышно, хриплым голосом повторила она. — Мы найдем его, и он за все ответит. Я обещаю! — Блэк взял подругу за руку. — Я обещаю. *** На похоронах Джеймса и Гарри собрались все знакомые: Дамблдор, МакГонагалл, Гораций Слизнорт, семья Лонгботтомов и еще многие, кто был знаком с Поттерами. Лили долго стояла в самом дальнем углу. Она не могла смотреть на мертвые тела близких. После похорон женщина долго сидела на могилках и плакала. Сириус отвел ее к себе в дом, который ему завещал дядя Альфард, но через два месяца Лили вернулась в Годрикову впадину. Блэк и Люпин каждый день ее навещали. Чуть позже женщина продала этот дом и переехала в другой, который ей завещали родители. В этом же доме все напоминало о семье и прошедшем детстве. О своей сестре Лили ничего не слышала очень давно, только то, что у нее есть сын. Женщина сделала ремонт, заменила некоторую мебель. И несколько раз видела у реки Северуса, но к нему она испытывала только ненависть. Когда-то он был ее лучшим другом, а теперь стал врагом. Она ничего больше не хотела менять. Сейчас Лили больше всего грустила о Джеймсе и Гарри, но оставаться сильной ей помогал еще не рожденный ребенок.