Канон?! Не, не слышали.

POV Саша - Итачи-сан, - я почувствовала легкое прикосновение к плечу, - проснись. Я нахмурилась и отодвинулась, стараясь сбросить чужую руку со своего плеча и продолжить свое приятное пребывание в царстве Морфея. Да-да, вы не ослышались, сегодня весь мой сон – сплошное удовольствие. Мне ничего не снилось! Да, и вообще, я спала, как мертвая. В хорошем смысле… если он здесь есть. - Пора на тренировку, - твердил нарушитель моего спокойствия. Черт, тренировка… Стоп! Тренировка! Я распахнула глаза, перед моим взором возник Какаши Хатаке во всей красе. - Какаши-сан, какая тренировка?! А как же А…Манами? - Я решил, что тренировки начнем без нее, - улыбнулся Какаши. Думаете, под маской не видно улыбки?! Ошибаетесь! Я с легкостью могла разглядеть ее, а также, очертание губ и глаза. - Сегодня? – я вопросительно подняла бровь. - А почему бы и нет?! – все также улыбался Хатаке. Отлично! Просто великолепно! - Дадите время переодеться и принять душ? – спросила я. - Конечно. Встретимся на вчерашнем полигоне через два часа. Я кивнула, а Какаши ушел. Мда, не хочется мне идти на эту тренировку, тем более без Ани, и, вообще, я говорила, что я терпеть не могу спорт? Нет? Самое время, я ненавижу спорт. Кажется, лет с четырех, когда мама меня отдала на спортивную гимнастику. Я походила туда два года, а потом взбунтовалась и уехала к бабушке, подальше от моего персонального Ада. С тех пор, я не занималась физическими нагрузками, даже на уроках в школе. Я отмазывалась от них как могла, лишь бы не ходить. Меня бросало в дрожь ли при упоминание слов: «норматив», «бег на 2 километра», «отжимание», «физ-ра». Зачастую, мое пребывание в спортивном зале заканчивалось травмами… и не всегда моими. Потому что мяч в моих руках становился оружием массового уничтожения. Кажется, я уже упомянула, что я не умела играть ни в волейбол, ни в пионербол. Вообщем, все мои «свидания» с физическими нагрузками, заканчивались неудачно. Но сейчас, наверное, настало время «серьезных отношений». Я поднялась со стула и неудовольствием отметила, что после сна на стуле, у меня жутко болит позвоночник, плечи, и затекли ноги. Я потянулась и посмотрела на Аню. Блин, так непривычно видеть ее в таком состояние… Надеюсь, что я не успею к этому привыкнуть и она очнется. Надеюсь. Я вышла из палаты и с удивлением обнаружила Какаши, который сидел на стуле возле двери. - А вы… - я не знала, что ему сказать. Не говорить же: «какого черты ты тут желаешь?!» Это будет некультурно, да и претензия необоснованна. Он может находиться, где хочет, и я ему – не указ. - Я решил тебя подождать, проводить. Мне совершенно нечем заняться, видишь ли… - Аааа, - протянула я, – понятно. Интересно, у меня на лице написано, что я ему не доверяю или нет? Во всяком случае, я постаралась скрыть свое недоверие – моя совесть чиста. Но все же… какого, простите, хрена он тут делает? И зачем меня провожать? Я, что заблужусь на пути к дому? Или он просто проверяет, не сбегу ли я? Ладно. Я пошла в сторону квартала Учих, Хатаке пошел за мной. Весь наш пусть прошел в молчании и в отличие от вчерашнего вечера, это молчание было в тягость, как мне, так и ему… наверное. Он спрятался за книжкой, поэтому точно сказать я не могла. Я вообще, старалась не смотреть на него. Так мы подошли к дому. Он остался ждать меня в гостиной, а я пошла в душ. Сегодня я решила одеть новые вещи. Недолго думая, я остановила свой выбор на черных бриджах, майки на лямках и гетрах такого же цвета. Волосы после душа я высушила феном (да-да, и это чудо техники у них имеется, а также телевизор, радио и допотопный, но все-таки компьютер и освещение у них электрическое, а не «факельное». Машин я еще ни разу не видела, как и мобильных телефонов, зато стационарные были) и заплела французскую косичку. "На все, про все" ушло полчаса. Я вышла в гостиную, Какаши все также читал книгу: - Ну, что, идем? – обратилась я к мужчине. - А завтрак? – спросил он. - Я не завтракаю, - произнесла я. - Ну, как хочешь, - последнее время я слишком часто слышу эту фразу. Какаши поднялся с дивана и пошел в сторону двери, мне ничего не оставалось, как пойти за ним… Когда Какаши говорил, что первые два месяца будет изучаться сплошная теория, я и не предполагала, что эта теория будет подкреплена нехилинькими-такими физическими нагрузками. И только сейчас мне показалось, что 40 отжиманий - это мало. Потому что сейчас для меня это, действительно, было мало. Хотя я никогда, как вы уже поняли, не могла похвастаться хорошей физической подготовкой, а мое «новое» тело, как видно было значительно выносливей моей старой «оболочки». Какаши, наверное, хороший наставник, вот только строгий слишком. И времени лишнего у него вагон, наверное. Сколько же Цунаде ему платит, если он нянчится со мной весь день и, вообще, не ходит на миссии?! Он, действительно, проводил со мной весь день. С утра несколько часов мы посвятили теоретическому материалу. Я искусно притворялась, что ничего в этом не смыслю. На самом деле, почти так оно и было, потому что все, о чем я читала в Интернете, было полной фигней, и сейчас все оказывалось по-другому. Вторую часть дня мы посвящали физическим нагрузкам, точнее я ее им посвящала, а Какаши-новой книжке от Джирайи или еще что-то в этом же жанре. Я заметила за собой способность свободно писать и читать на японском. Вообщем, весело до невозможности. И когда я уставшая, замученная плелась в больницу к подруге, на моем пути возникла Цунаде, которой приспичило заполнять со мной какие-то бумажки. Видишь ли у нее потом какое-то супер-пупер важное совещание, поэтому их заполнить прямо сейчас. Вопрос: «какое совещание в десять вечера, а?» Но, видимо, у Цунаде в этих делах логики не было. Итак, решив не бесить Пятую, я села заполнять эти бумаги. Наше с ней «веселое» времяпровождение закончилось только около половины двенадцатого. Желание идти к Ане в больницу сегодня во мне угасало с каждой секундой. «Я, конечно, тебя люблю, Аня, но сегодня я не намерена умирать…» - подумав так я пошла домой.