Цепная реакция, или принцип домино

Ирука сел за свой рабочий стол и, закинув руки за голову на манер Наруто, широко улыбнулся. «Жизнь прекрасна…» Сегодня его ничто не раздражало: ни жара, в последнюю неделю нещадно изводившая жителей Конохи, ни куча папок на столе, которые, кажется, начинали размножаться делением, стоило только чунину отвернуться, ни мрачные предсказания Эбису, обрушенные им на Ируку, когда друзья встретились утром по дороге на работу. Так бывает всегда, если долгое время ищешь выход из ситуации, мучаешься, а потом все получается само собой. Ирука счастливо улыбнулся. Кажется, даже дышать стало легче. Посидев еще немного, учитель мысленно пнул себя и наконец, перевел взгляд на документы, заполонившие стол. Ему кажется, или за последние полчаса их стало больше? И ведь никто не входил! Мистика… Ирука усмехнулся. Это мысленное ворчание, под которое он чаще всего и работал, было таким привычным, и ни одной мысли о Какаши. Нужно продержаться еще минут пятнадцать и будет целый час, как он не думает о Какаши. Час без мыслей о Какаши – можно сказать, что это его рекорд. Он ведь совсем не думает о Какаши… Ирука тихо помянул Кьюби. Так, рекорд установить не удалось. Для собственного душевного спокойствия Ирука не стал подсчитывать, сколько раз он мысленно произнес имя Копирующего. Зачем ему лишние стрессы? Ирука собрал документы на подпись Хокаге, а потом, взяв в руки увесистую пачку листов и стараясь не растерять их по дороге, направился к двери. Хотя, стоп. «Ведь еще…» - Ирука посмотрел на свою ношу, потом на стол. – «Вот так всегда». Хорошо, хоть руки заняты, и переносица осталась не почесанной. Чунин вернулся и, водрузив пачку бумаг на край стола, перегнулся через него за забытым листом. - Ирука-сенсей, эта поза… Вы меня соблазняете? Услышав до боли знакомый голос, учитель подпрыгнул на месте, сметя с края стола так и не дошедшие до Цунаде документы, которые, радостно шурша, тут же разлетелись по всей комнате. Обернувшись, Ирука увидел Копирующего, который стоял, опираясь одним плечом о дверной косяк, и счастливо щурился. - Что вам нужно, Хатаке-сан? - как можно более строго спросил чунин, чувствуя, что его щеки начинают гореть предательским румянцем. - Я решил сдать отчет по последней миссии. И вообще, «Какаши-сенсей» мне нравилось больше. Не будем отступать от традиций. Но если уж вам так хочется по-другому ко мне обращаться, то можно просто – Какаши. Это будет даже лучше. А я тогда… Ирука почувствовал, как под напором слов Копирующего на его губах начинает расползаться улыбка, которую иначе, чем идиотской, не назовешь. Чунин сделал серьезное лицо и грозно взглянул на собеседника. - Я не считаю уместным звать вас по имени. «Ага, а мысленно уже года полтора как зовешь его именно так», - влез вредный внутренний голос. Ирука мотнул головой, отгоняя его. Он посмотрел на листы в руках Хатаке, и у него мелькнуло сомнение… - А разве вы этот отчет еще не сдавали? Какаши весело посмотрел на него: - Сдавал, но вы тогда сказали, что он написан не так хорошо, как хотелось бы. - Но я же его взял! – взвыл чунин. - Ну, а я решил все-таки переделать и еще вот думаю – может быть, старые отчеты… Ирука представил себе Копирующего, который заявляется каждое утро в этот кабинет с очередным переделанным отчетом, и у него заныли все зубы разом. А день так хорошо начинался… - Не надо, - почти умоляюще попросил учитель. Какаши отлепился, наконец, от дверного проема и подошел к Ируке. - А на свидание вы со мной пойдете? Чунин поперхнулся. - Конечно же, нет! - Ну, тогда у меня просто нет выбора, нужно же чем-то занять ту уйму свободного времени, которая у меня сейчас имеется, - Какаши уселся на подоконник. - Это шантаж! - Нет, обычная альтернатива, причем вы выиграете в любом случае – либо идеальные отчеты, либо поход со мной на свидание. Ирука покрепче сжал зубы. Лучше, значит? И это называется «лучше»?! Чунин с ненавистью посмотрел на подоконник, на котором восседал Копирующий. Ах, если бы он сейчас обвалился! Ирука понимал, что даже если его мечта сбудется, то Какаши просто шлепнется на пол кабинета, но так хотелось верить, что настырный посетитель может вывалиться в окно. А если бы под окном оказалась свора бешенных собак… Или нет, собаки – слишком просто для этого шантажиста. Нет, это должны быть… тигры. Не важно, что тигры не ходят стаями, и о том, что могут делать под его окном бешеные тигры, учитель тоже задумываться не стал. Все равно мечты останутся только мечтами. - Ну, так что, Ирука-сенсей? – вырвал чунина из приятных раздумий голос Хатаке. – Свидание? - Нет. Эбису… - Ах да, «элитный учитель», - Какаши покосился за окно. – И где он сейчас? Почему не оберегает вас от грязных домогательств, не стоит на страже вашей чести? - Мы взрослые люди и… у него работа, ученики, тренировки… - Ирука, сам того не желая, начал оправдываться. - Ученики, значит? - Какаши хмыкнул. – Ну, значит, буду писать отчеты. К обеду принесу еще один. Ну, и потом вечером… У чунина дернулся глаз. - Может быть, все-таки по одному в день, а то вдруг не получится «идеального отчета»? - Значит, буду переписывать. Ирука прижал палец к уголку глаза, чтобы он перестал дергаться. Только бы это тоже не вошло у него в привычку. Мания преследования, нервный тик… Наверное, пока Копирующий не доведет свою жертву до госпиталя, а конкретно до отделения психиатрии, он не успокоится. - Ну, ладно. Еще увидимся, - махнул рукой Хатаке и, перемахнув через подоконник, выскочил в окно. «Там не высоко. Совершенно незачем волноваться», - сказал себе Ирука. – «И тигров я себе так и не завел. А бешенным скоро буду я сам. Надеюсь, меня не скрутят, пока я хорошенько не покусаю это белобрысое пугало. Хоть какое-то возмещение морального ущерба». Он посмотрел на разлетевшиеся документы и тяжело вздохнул. Чистая, незамутненная радость сегодняшнего утра испарилась под напором реальности. Под окном, действительно, не было ни собак, ни, тем более, тигров, но там стоял Генма. И еще неизвестно что страшнее. Тому, кто осмелился бы упасть на голову спец-джунину, осталось бы только мечтать о встрече с какой-то жалкой стаей бешенных животных. Генма умел – только с помощью своего сенбона – ОЧЕНЬ доходчиво объяснить людям, что они не правы. Если оппонент долго упорствовал, то потом приходилось менять сенбон. Генма не любил тянуть в рот всякую гадость, испачканную неизвестно в чем. Вспомнив все это, Какаши изменил траекторию своего полета, уцепившись за ветку дерева и вспугнув двух воробьев. А то вдруг Ширануи не станет делать исключений даже для друга. Приземлился Какаши на солидном расстоянии от Генмы. - Слышал? - Да, нужно искать, где тренируется внук Третьего Хокаге. - А то ты за столько лет еще не изучил все его маршруты. - Внука Третьего Хокаге? Какаши почесал переносицу, а потом удивленно посмотрел на свои пальцы. Разве чужие привычки могут быть заразны? - Я не следил за ним, - сжалился над Копирующим Генма, по достоинству оценив ошарашенный взгляд, которым тот одарил свою конечность. - А, ну да, я и забыл, что ты у нас святой. Сенбон в уголке рта качнулся и угрожающе блеснул. - Ладно-ладно. Но ведь я тебе помог? Иди давай. Твой «элитный учитель» уже, наверное, заждался. И скажи ему как-нибудь потом, чтобы он перестал сооружать на голове такое…. - Не забывай, что я хитай тоже так ношу, да и тебе никто не говорит о маске, а твоему Ируке-сенсею о его прическе. - А что не так с прической Ируки? – Какаши ни миг представил себе, как он стягивает резинку, и мягкие пряди… - Нет, с распущенными волосами буду видеть его только я! Ширануи бросил на него выразительный взгляд. - А ты, значит?.. - догадался Копирующий. - Да ты собственник! - На себя посмотри. Ирука ползал по полу, собирая документы. Наверное, Цунаде только обрадуется задержке, работа с бумагами никогда не была ее любимым занятием. Пятая Хокаге могла посмотреть с нежностью на пачку документов только в одном случае – если за ней была припрятана от верной Шизуне очередная бутылочка саке. В этот момент сзади раздался шорох, Ирука взвился с пола и приземлился уже в боевой стойке с кунаями в руках. В голове билась только одна мысль: «Неужели, он УЖЕ все написал?!» Но у двери не оказалось никого, кроме весьма удивленного Изумо. - Может быть, я попозже зайду? - А? Нет, все нормально, - Ирука нервно рассмеялся. – Мы же шиноби и должны быть всегда начеку. - Ага, - Изумо еще раз покосился на кунаи, и учитель, покраснев, поспешно убрал их. - Ты чего-то хотел? - Ирука, ты Котетцу когда видел? - Вчера. А что? - Я не могу его найти, - парень устало вздохнул и опустился на край столешницы. Он выглядел как побитая собака. Несчастное выражение на его лице и какая-то безнадежность в глазах (ну, в том глазу, который не был прикрыт длинной челкой) произвели на Ируку оглушительное впечатление. Даже если бы Изумо начал рыдать и биться в истерике, ему все равно не удалось бы достичь большего эффекта. Просто, всегда веселые и готовые пошутить, эти двое приятелей-неразлучников воспринимались как нечто само собой разумеющееся и неизменное. А это поникшее существо, сидящее на его столе, никак не могло быть Изумо. Ирука даже применил дзюцу для снятия иллюзий, постаравшись сделать это незаметно, но печальный Изумо не исчез в облачке дыма и не превратился в какого-нибудь незнакомца – шпиона и врага деревни, с которым можно было бы просто сразиться. Нет, дело было гораздо хуже. Парень еще раз вздохнул и попросил: - Может быть, ты его поищешь? - А сам? - Котетцу меня вчера весь день избегал, а сегодня утром я попытался поймать его на выходе из дома, но… В общем, теперь я его вообще нигде найти не могу. Изумо опустил глаза и начал сверлить взглядом ни в чем не повинный пол. - Что я такого мог сделать? Ведь никогда такого не было. Даже если мы и ругались… Да, Ирука вспомнил их скандалы, больше похожие на детскую игру «кинь в меня тем, что под руку подвернется», и быстрые примирения. По-настоящему эти двое никогда не ссорились. Он вздохнул. - Хорошо, только документы Хокаге на подпись отнесу и поищу, но если уж ты сам не нашел… - А вдруг получится? – в глазах Изумо, когда он все-таки поднял взгляд от пола, стояла безумная надежда.