Вот блять

Школьные будни. Такие длинные и такие нудные. Всё хочется послать куда подальше, особенно учителей, которые думают, что тот бред, который они несут, пригодится в дальнейшем. Именно поэтому классы почти пустовали. Нет, некоторые всё же ходили в школу, но в основном не за тем, за чем туда обычно ходят. Кто-то приносил выпивку и напивался на стадионе с друзьями, ничуть не стесняясь учителей, кто-то продавал наркотики малолеткам, которые хотели попробовать что-то новое, кто-то же просто весело проводил время в большой компании. А кто-то, как Йен и Микки, ещё и бегал каждую перемену в туалет, чтобы покурить. Это место было самым подходящим, поскольку учителя никогда не заходили сюда. Микки запрыгивает на подоконник и достаёт сигареты и зажигалку Йена из заднего кармана. Ту самую, что Галлагер отдал ему пару дней назад. Йену нравится, что брюнет сохранил её, а не просрал в тот же день, когда он подарил эту странную и в тоже время обычную вещицу. Для него это что-то значит. Микки подносит сигарету ко рту Йена, и тот зажимает её в губах. Прикурив от зажигалки, он выпускает дым изо рта сплошным облачком прямо в лицо брюнета и смеётся. - Иисусе, дай мне, - просит Микки и забирает сигарету у рыжего. Нежно улыбнувшись, Йен проводит рукой по своим волосам и наблюдает, как брюнет делает затяжку и выдыхает дым, запрокинув голову назад. Его взору предстаёт голая шея, которую так и хочется поцеловать, укусить или же просто попробовать на вкус. Кожа Микки здесь идеально чистая, отметины давно прошли и Йен ели сдерживал себя, чтобы не поставить новые. Рыжий расслабленно кладёт свою ладонь на бедро брюнета и лениво поглаживает большим пальцем. И почему дыхание Микки так предательски сбилось, а по телу разлилось тепло? Он, кажется, не дышал, завороженно глядя в зелёные глаза. Этот момент прерывает какой-то блондин, который пинает дверь ногой, ныряя в помещение. - Убрал, - шепчет брюнет Йену и скидывает его руку. Блондин бросает косой взгляд на них и идёт к умывальнику. Парни неловко переглядываются, но ничего не говорят. Лишь молчание. Не тратя время, блондин быстро моет руки и уходит, оглядываясь на парочку. - А теперь положил, - командует Микки, возвращая руку на прежнее место. Тихий смешок вырывается из груди Йена, и его щёки заливаются краской. Звонок телефона раздаётся как всегда вовремя. Галлагер нехотя смотрит на экран и сразу же улыбается. Это была Мэнди. Микки кривится, ему не нравится, что чей-то звонок может вызвать у рыжего улыбку, и он с огромным интересом смотрит на телефон. - Дай мне. Я отвечу, - Мик выкидывает сигарету в окно и ловко отбирает телефон у Йена. - Нет, не надо. Зачем тебе это? - он пытается вернуть свою вещь обратно, но брюнет не позволяет этого сделать, отмахиваясь свободной рукой. - Да эта манда даже голос собственного брата не узнает. Расслабься, - говорит он и отвечает на звонок. Галлагер тихо ахает. "В том-то и дело, что не узнает. Вот почему все всегда звонят в неподходящий момент? Это же, чёрт возьми, Мэнди, которая не будет держать свой язык за зубами." - Привет, Йен. - Связь громкая, это позволяет рыжему услышать приятный голос брюнетки. Он пытается опять забрать телефон у Микки, но все попытки тщетны. Брюнет сжимает его запястья своими сильными руками, ограничивая рыжего в действиях. - Микки, блять, - шепчет рыжий, но Милкович лишь показывает ему заткнуться. Галлагеру остаётся только надеяться на то, что Мэндс не сболтнёт лишнего. - Здаров, - голос Микки становится мягче, почти такой, как у Йена. Галлагер с надеждой смотрит на телефон, затаив дыхание. - Не знаешь где Микки? - обеспокоенно спрашивает она. Мик изумлённо таращится на Йена, который нервно кусает губу. - Откуда я должен знать где он? - брюнет всё ещё смотрит на него, хмуря брови. Губа рыжего предательски дрожит, а в голове начинает пульсировать. - Господи, Йен, ну если вы уже закончили со своими потрахушками, и он свалил куда-то, то так и скажи, - брюнет резко втягивает воздух, будто ему только что дали пощёчину. Всё вдруг резко меняется. Он ошарашено смотрит в зелёные глаза. Они печальные, но кающиеся. - Блять, - шепчет Йен и тянется за телефоном, но Мик не даёт его забрать. - Я перезвоню, - безразлично кидает он и сбрасывает. Ещё пару секунд Микки холодно смотрит на экран, а затем спрыгивает с подоконника и отходит от Галлагера на несколько метров. - Скажи, что это блядская шутка. Галлагер, скажи! - он резко меняется в лице и переходит на крик. - Мик, послушай меня... - он пытается взять его за руки, но брюнет вырывается и отталкивает его. - Не трогай меня! Мэнди, чёрт... Это, блять, правда? - он с надеждой смотрит на рыжего, будто ждёт, что тот скажет, что это неудачная шутка. - Всё хорошо. Она ничего не расскажет, Микки. Никому... Я и сам не знаю как так получилось. Но это случилось, и нужно смириться с этим. Чёрт возьми, Мик, это твоя сестра, и она всё поймёт. Мэнди любит тебя любым. И... И я люблю, Микки, - голос Йена дрожит, а сердце бьётся где-то в горле. Последнюю фразу он произносит очень тихо, совсем задыхаясь. - Не говори мне этого! У меня была лишь одна просьба... Я доверял тебе, но ты сам всё просрал, - злость переполняет его, и он на пару секунд прикрывает глаза, качая головой. Мик отгоняет тяжёлые мысли о возможных последствиях, но они не отступают и упорно возвращаются к нему вновь и вновь. Глубокий вдох и медленный выдох. Мысли путаются одна за другую. - Микки, - Йен делает шаг к нему, но брюнет пятится назад. Неужели он и в правду теряет его? Нет, нет, нет... - Не подходи ко мне, блять, - рычит Милкович. У него аж руки чешутся от желания ударить Йена, но он не может. И Милкович ненавидит себя за это. Ненавидит за эту позорную слабость. - Микки, прости. Я не смогу... Я... Я хочу быть рядом, - голос Йена полон муки. Губы искусаны в кровь, гортань жгло, дышать тяжело. Руки и коленки дрожат то ли от страха, то ли от волнения, а то ли от мучительной боли. - Ты достаточно сделал уже. Держись от меня подальше, - холодно кидает Микки и уходит. Йен хочет побежать за ним, догнать, крепко обнять и никуда не отпускать от себя, но слова брюнета действуют как приказ, и он не может пошевелиться. Только после пяти долгих минут осознания того, что случилось, он выбегает на улицу и жадно глотает свежий воздух. Небо резко темнеет, и все идёт к тому, что вот-вот начнется жуткий ливень. Жгучие слёзы, смешиваясь с каплями дождя, текут по лицу Йена. Нахлынувшие эмоции выдают только красные, опухшие от слёз глаза. Неужели это конец? Неужели это всё, что они друг другу скажут? Неужели это закончится вот так? Нет, так не может быть. Они не могут расстаться снова. Всё было так хорошо, а теперь... Боль... Только обжигающая боль, которая разрывает тебя изнутри, от которой никуда не деться. Каждый выход, каждый вздох пропитан ею. Ты хочешь отключить её, ничего не чувствовать, но она проникает в каждую клеточку твоего тела и заставляет мучаться каждую секунду. Только сейчас Йен понимает, что такое на самом деле боль. Всегда нужно ждать подвох от Вселенной, когда всё идёт хорошо, когда твою жизнь наполняют невероятные чувства, которые делают тебя по настоящему счастливым. Галлагер плетётся домой и, игнорируя семью, падает на кровать. Его тело полностью расслаблено. Он пытается пошевелить головой но тело упорно отказывается исполнять посылы мозга. Темнота резко накрывает его, избавляя от боли.