На закате дня

- Посмотри на меня. Сасаки стоял у окна, опустив голову. Если бы юноша прислушался, он мог бы заметить в дрогнувшем голосе Аримы хорошо скрываемый страх, но он был целиком поглощен эмоциями, которые накатывали подобно волнам, накрывая с головой. Разум лихорадочно метался в попытке обуздать чувства, сопоставить события трехлетней давности. Перед глазами проносились дни, проведенные в стенах CCG. « – Тебя зовут Сасаки Хайсе, … многое произошло…, после этого ты потерял память…., второй шанс, … ты на стороне следователей…» « - Меня зовут Арима Кишо, я буду твоим наставником…» - внимательный взгляд, слишком внимательный. Хайсе хотелось схватиться за голову и кричать, пока не покинет сознание, пока не останется мыслей, которые с остервенением вгрызались в остатки того, что считалось незыблемым до сегодняшнего дня. « - Ты слишком полагаешься на знания и разум. Используй инстинкты, и у тебя появится шанс меня задеть…» « - Арима-сан, этого не случится сегодня или в ближайшее время, так что можете отпустить мою ногу?» « - Ты себя недооцениваешь…» - Хайсе. Арима словно невзначай стоял у двери, скрестив руки на груди, ожидая, пока Сасаки возьмет себя в руки. Юноша, наконец, выпрямился, но не повернулся. - Почему сейчас? Зачем? – в его голосе не было ни злости, ни упрека, но Арима поморщился от того, насколько чужим он показался. - Потому что это должно было случиться рано или поздно. Лучше сейчас, поверь мне. - Поверить? Это будет не просто. - Тебе придется. Что ты вспомнил? - Должно быть, тренировки с ручками казались забавными? – Сасаки повернулся и медленно подошел к следователю. Обычно во взгляде Хайсе можно было прочитать все: печаль – когда глаза слегка прикрыты и устремлены вдаль, злость – когда он смотрит прямо, из-под сведенных бровей, смущение – когда глаза опущены и взгляд перемещается с предмета на предмет, вызов – когда в них неприкрытый азарт. Сейчас Арима при всем желании не смог бы сказать, что испытывает юноша – до того отрешенными и пустыми были его глаза, словно разом навалилась сдерживаемая долгое время усталость. - Почему я не помню остального? Как я попал на то… поле? - Я не могу ответить. Теперь ты можешь решить, какие воспоминания ты хочешь вернуть. - Но я должен был вернуть эти? - Да, так было нужно, Хайсе, это честно с моей стороны. Я не стану извиняться или утешать, и я не жалею, что так случилось. Эти воспоминания не повлияют на твою жизнь, если ты этого не захочешь. Сасаки усмехнулся: - А мне казалось, моей жизнью распоряжается кто угодно, кроме меня. - Это не так. Ты был здесь эти три года, все, что произошло – твой осознанный выбор. - Я понимаю, но… - юноша устало прикрыл рукой глаза. - Я путаюсь, мне нужно немного времени, чтобы разобраться… Арима приблизился и уверенным движением положил руку на плечо Хайсе: - Здесь не в чем разбираться. Реакция на контакт не была отталкивающей, скорее наоборот, и память услужливо воспроизвела определенные картины из трех прошедших лет, от чего Хайсе раскрыл глаза и покраснел. - Я… - Хайсе хотел отойти, но прикосновение было таким привычным, что отстраняться не хотелось, хотелось остаться и, как прежде, довериться, сплести давно знакомые чувства с новыми воспоминаниями, поэтому Сасаки вздохнул и поднял голову, встречая пристальный взгляд серых глаз, и понимая, что никуда теперь не уйти, что бы он ни вспомнил. Арима мгновенно почувствовал перемену, и тень улыбки заиграла в уголках его губ, когда он склонился к губам юноши: - Тело не забывает, Хайсе.