Мои волчьи истории

      После ужина и долгих разговоров обитатели дома с наступлением ночи распрощались и разбрелись по комнатам.       - Теперь-то никто нас отвлекать не будет? - нетерпеливо поинтересовался Таннари, когда они вернулись в спальню из ванной.       - А тебе так невтерпеж? - подразнила Аника, удерживаемая его рукой.       - Не то чтобы, - ухмыльнулся оборотень, - но такая романтическая обстановка на новом месте подогревает интерес.       И полностью захватил в объятья, завлекая нежным поцелуем, но вдруг остановился и, не отпуская и смотря куда-то ей за спину, задумался. Аника внимательно смотрела на него, ожидая.       - Есть идея, - хитро улыбаясь, проговорил он.       Обычно такая улыбка предшествовала какой-то безумной выходке.       - Я еще не знаю её, но мне уже страшно, - настороженно проговорила Аника, наблюдая за ним.       - Так что, не рассказывать? – Таннари изобразил обиженность.       - Да выкладывай уже, - фыркнула она.       - Давай, - протяжно проговорил он. - я сейчас уйду...       - Куда? - ошеломленно выдохнула Аника.       - На улицу, а назад заберусь через окно, - договорил он суть своего замысла. - Будто я тайно забрался к тебе на свидание.       - Ты серьезно? - засмеялась Аника, изумленная такой глупой выдумкой.       - А что? - смущенно проговорил оборотень. - Если верить твоим рассказам, то у тебя не было таких свиданий. А это будет своеобразная игра. - И склонившись к уху, прошептал: - Волки обожают играть.       Он потерся об ее щеку, обдавая горячим дыханием, продолжая озорно улыбаться.       - Я говорила правду, - надулась она.       - И тебе не хочется попробовать что-то подобное? - лукаво прищурился Таннари. – Ради развлечения.       Аника сжала губы, чтобы не улыбаться.       - Ну, разве что только с тобой, - согласилась она на заманчивое предложение. - Ты же у нас любитель в окна лезть.       Обоим вспомнился эпизод, как он волком вломился через окно кухни.       - Ай, я же тогда не на свидание лез, - понял оборотень, на что она намекает. - К тому же и мне никогда не доводилось ради свидания забираться в окно, скорее, силой втаскивали через дверь. Мне самому интересно.       В глазах оборотня заблестел огонек нетерпения воплотить свою идею в жизнь. И сама Аника ощутила, как ее звериная часть отозвалась приятным волнением на предложение развлечься.       - А ты ходил на свидания? - подозрительно сощурилась она.       - А ты разве нет? - парировал Таннари с невинной улыбкой.       Аника снисходительно улыбнулась в ответ, понимая, что не стоит доходить до взаимных упреков в такой момент.       - Ладно, - он резко разомкнул объятья, уловив её одобрение на воплощение предложенной идеи, - тогда я пошел. Только не забудь про меня.       - А ты как будешь лезть? - насмешливо спросила она, когда он уже стоял в дверях. - На двух ногах или четырех лапах?       - В звероформе на второй этаж лезть неудобно, - Таннари широко улыбнулся, поняв ее намек. Аника помахала ему на прощанье – и парень тихо прикрыл за собой дверь – после чего немедля бросилась к шкафу, чтобы переодеться. Порывшись в своих старых вещах, достала одну из пижам. Подготовившись, выключила в комнате свет, оставив тусклый ночник. Такого источника света им хватало с лихвой. Усевшись на кровать, она стала дожидаться появления Таннари.       От задуманной затеи было волнительно и в то же время распирало веселье. Никогда прежде ни на что подобное Аника не решалась, хоть и встречалась с парнями. Все ограничивалось поцелуями и расставанием у ворот. Родители строго относились к связям с противоположным полом и воспитывали её в том же духе. Даже сейчас, прекрасно понимая, что Таннари - её муж и имеет на неё все права в обоих мирах, опасалась осуждения с их стороны за такую ребяческую выходку, если вдруг поймают.       Воспоминание о пребывании оборотня в коттедже натолкнули на мысль, что её согласие на его предложение о временном проживании было неким внутренним бунтом суровому родительскому воспитанию, хоть сама и боялась вынужденного квартиранта. Или все же было что-то, что располагало к будущей встрече с той единой, неповторимой, предназначенной только ей половинкой? Отношение родителей и её собственное, обусловленное их влиянием, заставляли относиться к взаимоотношениям с парнями настороженно и придирчиво. Родители всегда повторяли как догму действовать так, чтоб не было стыдно в первую очередь перед самой собой, а не перед кем-то. Почему же она тогда согласилась на просьбу совершенно незнакомого парня, да еще не человека? Возможно, настырный оборотень прав, и их встречу предопределили боги, властвовавшие над их миром. Вот и оказавшись в доме её родителей, он искал тому подтверждения.       От дальнейших размышлений ее отвлек тихий стук в окно, раздавшийся лишь минут через двадцать. Аника даже занервничать успела, почему Таннари так долго не появляется. Вдруг с ним что-то случилось на улице? Но напомнила себе, что он – оборотень и может о себе позаботиться. Хотя, пожалуй, именно из-за этого и стоило беспокоиться. Он же не привык находиться среди простых людей и мог нарваться на неприятности. Глава стаи Акелан, отец Таннари, предупредил, что он может вытворить, что угодно, и ей предстоит внимательно следить за ним и сдерживать. И почему-то после таких напутствий ей казалось, что её назначили на роль няньки взрослого ребенка.       Подскочив к окну, Аника открыла створку, чтобы впустить визитера.       - Куда ты пропал? - прошипела она, увидев улыбающееся лицо волка.       - Извини, хотел придать правдоподобности, - засмеялся он, карабкаясь в окно. – Да и запрыгнуть смог только со второй попытки. Тут не слишком удобные окна, чтобы в них лазить, особенно в закрытые. Уцепиться практически не за что, а я не человек-паук… ой…       В попытке перебраться внутрь, парень едва не сполз обратно вниз с узкого внешнего подоконника, за который держался. Аника пришла ему на помощь, подхватив под локоть, и втащила в окно.       - Но это же твоя собственная идея… - смеясь, проговорила она, помогая забраться в комнату.       Совместными усилиями Таннари оказался на широком внутреннем подоконнике. Опустив одну ногу, чтобы слезть, он обвел взглядом жену: Аника нарядилась в пижаму оранжевого цвета с нарисованным на груди лисенком. Рассмотрев ее внимательнее, он с хохотом свалился с подоконника в комнату, чем вызвал бурю негодования у обладательницы сего предмета гардероба.       - Ты чего? – непонимающе спросила она.       - Это что такое? - сквозь смех спросил он, сидя на полу, указав на нее.       - Хотела придать правдоподобности, - уперев руки в бока и нахмурившись, заявила Аника, копируя его тон.       Таннари, оставаясь сидеть под окном на полу и опершись спиной на стену, не мог перестать смеяться и закрыл лицо руками, дабы не сердить волчицу еще больше, воспринявшую его веселье как оскорбление.       - Не вижу ничего смешного, - Аника скрестила руки на груди, взирая на него сверху. – Ты хотел игры, вот и получил. Я носила это в выпускных классах школы. Мне ее мама подарила. Сказала, что подходит под цвет моих волос.       Переведя дыхание, Таннари постарался успокоиться. Но вид любимой волчицы в кофточке с рукавами три четверти и коротких штанишках вызывал бурную реакцию в виде веселья до слез, не позволяя принять серьезный вид.       - Извини, - выдохнул он, указывая на нее пальцем, - не смешно, но весело… очень миленькая пижамка…       У него вырвался очередной смешок, и он с виноватым видом закрыл рот ладонью.       - Ты испортил всю романтичность момента, - огорченно посетовала Аника, махнув на него. – Сам же все придумал и сам же испортил.       Парень наконец-то справился со своим весельем и поднялся на ноги. Шагнув к жене, принялся рассматривать наряд ближе.       - Мой лисенок, - Таннари возвышался над ней, разглядывая её сердитое личико.       Он легонько провел пальцем по контурам рисунка у нее на груди.       - Мама считала, что это классно, - буркнула Аника. - Я не могла ее обидеть.       - Я знаю, - прошептал парень, поглаживая ее по щеке. - Ты у меня самая добрая волчица на земле. Но почему ты выбрала именно ее?       - Ты всё твердил о реинкарнации. Вспомнилась история твоих предков и эта пижама, - смущенно поделилась Аника. - Вот и решила надеть ее.       - Лисица и волк, - довольно усмехнулся Таннари.       Он обхватил ее лицо ладонями и прикоснулся к губам легким дразнящим поцелуем. Позабыв про всю сердитость, Аника сразу вцепилась в его рубашку, притягивая к себе ближе. А его сильные руки, скользнув по телу, обвили талию, прижимая обожаемое тело и пробуждая первобытный инстинкт звериной пары.       - Приступим к испытанию? - его шепот ожег ухо горячим дыханием, вызывая дрожь в теле.       - Ты так и хочешь опошлить мою детскую комнату, - попыталась Аника выразить слабое возмущение.       - Мне теперь можно всё, - с тихим рычанием произнес он, вызывая у нее новую волну дрожи. – И ты больше не деточка. Надеюсь, ты не думала, что мы здесь будем друг другу сказки читать.       - Нет…       Больше ничего произнести она не успела: волк, вцепившись ей в шею, зарычал. Аника, запрокидывая голову назад, застонала, расслабившись в объятьях и полностью вверившись его воле. Пока она переживала порцию удовольствия, он поволок её к постели.       Завалившись на кровать, они слились в жадных поцелуях, поддаваясь дикой звериной страсти, закипавшей в них. Проводя время с родителями, им приходилось вести себя сдержанно и в рамках приличия, не выказывая излишней увлеченности друг другом. Сейчас в этом не было необходимости и можно вдоволь наслаждаться близостью. Девушка обхватила парня ногами, прижимая к себе теснее и ощущая, как нарастает его возбуждение, с наслаждением зарылась руками в густые черные волосы.       - Интересно, в школьные годы ты тоже была бы таким страстным лисенком? - спросил Таннари во время передышки между поцелуями.       - Ты - похотливый волчара, - прорычала Аника, сжав воротник его рубашки. - Ты можешь думать о чем-то другом?       - Не-а, - засмеялся он. - Только о тебе в этой сексуальной пижамке.       - Я так поняла, ты мне еще долго будешь её вспоминать, - хмыкнула она недовольно.       - Не могу знать. Возможно, пока ты чем-то новым не поразишь меня.       И поднявшись, стал поспешно снимать с себя одежду – рубашку, футболку и штаны.       - А разве я разрешала тебе раздеваться? - строго спросила Аника, наблюдая за ним.       Таннари, собираясь избавиться от последнего элемента одежды – трусов, удивленный замер, стоя рядом с кроватью. Аника села и поджала колени к груди.       - Мне спать пора ложиться, - продолжила она с умным видом. - Завтра на учебу, да и мама в любой момент может зайти.       - Какую учебу? - оборотень удивленно приподнял брови.       - Школьную, - Аника закусила нижнюю губу, чтобы сдержать улыбку.       Сообразив, что она продолжает играть, и решила таким образом поизмываться над ним, Таннари нахмурился. Затем резко бросился на нее с намерением схватить:       - Я тебя сейчас покажу учебу. И к черту маму и всех остальных.       Аника попыталась ускользнуть от него, но была поймана за ногу. Подтащив её к себе, Таннари схватил штаны за пояс и стащил с нее. Избавив от штанов, навалился сверху и придавил собой к кровати. И Аника затихла, словно жертва в лапах хищника, не оказывая сопротивления.       - Я сейчас сам прочитаю тебе ночную лекцию о том, как я тебя люблю, - прошептал он, склонившись над ней, смотря хищным взглядом.       Шутливо поборовшись с ней, вжался между коленок, и Аника снова обхватила его ногами, ощутив сквозь тонкую ткань пижамы горячее тело. Ее шеи коснулись влажные губы, еще момент, и зубы волка снова нежно впились в кожу. Из его груди послышалось глухое рычание, и девушку пронзила волна сладостного удовольствия. Не сдержавшись, она издала тихий стон, вцепившись руками ему в волосы. Пару минут они лежали неподвижно, упиваясь моментом единения. Таннари прижался щекой к шее Аники, наслаждаясь трепетом ее тела.       Придя в себя, она увидела, что он приподнял голову и смотри на нее.       - Нравится?       - Еще как, - с довольной улыбкой ответила Аника, - мой клыкастый. Сам знаешь, зачем спрашиваешь?       - Просто хочу услышать, - с не менее довольным выражением на лице ответил ей Таннари.       И она стала ладонями поглаживать его волосы, щеки, разглядывая лицо, провела пальцами по губам, бровям, вынудив его прикрыть глаза. От её ласк Таннари расслабился и поддавался на любые манипуляции, клонясь вслед за её руками, словно кот. Как вдруг она толкнула его, опрокидывая в сторону на спину, и перевернулась вместе с ним, оказавшись сверху.       - Ого, раритетную кровать не боишься сломать? – хохотнул оборотень.       - Нет, я же легонько.       - Такое «легонько» может кости переломать, - продолжал смеяться он.       - Может, лучше мне тебя романтическим манерам поучить? - предложила Аника, упираясь руками ему в плечи.       - Давай завтра, - недовольно скривился Таннари. - Сейчас больше всего на свете я хочу тебя.       - Ага, я уже это чувствую, - хихикнула она, поерзав на нем.       - Тогда не издевайся, - обиженно проворчал он, притягивая ее. – Мне же много не надо, один поцелуй с тобой, и я готов к бою.       - Нет-нет, - она оттолкнула его руку. - Моя территория - мои правила.       - Не понял, - удивился Таннари.       - Руки не распускай, тогда получишь то, что хочешь, - хищно улыбнулась она, изогнув бровь.       И вынудила его убрать руки от себя, и он положил их на кровать, вцепившись в постель.       - Кажется, я создал монстра собственными руками, - усмехнулся оборотень, пожирая волчицу взглядом.       Аника, склонившись над ним, нежно поцеловала, пальчика дразняще пробежала по четкому рельефу мышц широкой груди и живота. Потом заскользила ладошками, подбирая от плеч к шее. Лаская ее, продолжала целовать, тогда как его руки воровато подобрались к её коленкам.       - А, а, а, - отстранилась она, отталкивая его руки. - Хотел играть, так играй до конца.       Оборотень недовольно рыкнул, но подчинился. В глазах мелькнуло недовольство и нежелание подчиняться.       - Ты решила извести меня до безумия? - жалостливо спросил он.       - Забыл? Ты – мой целиком и полностью и обещал все мои пожелания выполнять, - ткнув пальчиком в грудь, засмеялась волчица. - Значит, могу делать с тобой, что захочу.       Таннари снова издал возмущенное рычание, выказывая свое нетерпение, и задвигал бедрами, стараясь прижаться к ней сильнее. А она на это наоборот привстала, отдаляясь от него.       - Ну, это уже полный садизм, - проныл он с мученическим видом, едва сдерживаясь.       - А ты не дергайся, - хихикнула Аника, наклонившись вперед и опираясь руками на его грудь, восседая сверху.       Рыжие волосы водопадом спадали на грудь, щекоча кожу при ее движениях.       - Интересно, скольких же я спас от таких мучений? - задумчиво проговорил оборотень, закатив страдальчески глаза.       - И о таком ты думаешь в данный момент? - негодующе спросила Аника, впиваясь ногтями в плечи, и снова опустившись на него и прижавшись с большей силой, чем вызвала у своей жертвы мучительный стон в смеси с рычанием.       - Нет, я думаю только о том, чтобы прекратились мои мучения, - стиснув зубы, ответил он.       - Тогда потерпи еще, - томно проговорила Аника, - мой сладкий зверь.       Она снова склонилась к его лицу и принялась ласкать губами его губы, не позволяя втянуть себя в крепкий поцелуй. Потом переключилась на шею, нежно прикусывая кожу, а руки блуждали по торсу, заставляя судорожно напрягаться от сдерживания.       - Пожалуйста, - прохрипел Таннари, - не вынуждай меня тебя умолять. Хватит издеваться…       - А то что? - насмешливо спросила Аника, целуя его грудь.       Продолжая дразнить, ласкала его, целовала, облизывала, покусывала. Ощущая под ладонями горячую кожу, чувствовала некую жизненную потребность в прикосновениях к нему. Хотелось прижаться и сохранять этот контакт кожей к коже вечно, слушать его сердцебиение, чувствовать тепло, запах.       Прогибаясь, она терлась от него, словно кошка, требующая ласки от любимого хозяина, чем вызывала еще большую волну недовольства у волка за невозможность прикоснуться. Чувствовала, как напрягается под ней и без того твердое мускулистое тело, и слышала глухое рычание, пронизывающее его. Это будоражило и пьянило, вызывая желание продлить сладкие терзания и одновременно одарить умопомрачительным наслаждением; показать, как ему хорошо с ней; доказать в очередной раз, что больше никто не может дать такого. Внутренне ликовала из-за власти, которую имела над сильным волком, способным свернуть шею любому, и в тоже время сожалела, что является его слабостью, ради которой он готов совершить любое безумство. При этом осознавала, что и сама поступит так же. И все больше верила в то, что их свело проведение богов, некогда связавших их души.       Таннари требовательно зарычал, силясь удержаться в установленных рамках игры, за что его рот был зажат ладошкой.       - Тише ты, - прошипела Аника, замерев. - А то мои невесть что подумают и будут задавать неудобные вопросы.       - Например? - поинтересовался Таннари с закрытым ее рукой ртом.       - Что за собаку мы с собой привезли, - хихикнула она, похлопав его по щеке второй рукой.       - Тогда довольно меня истязать, - сердито проговорил парень. - Иначе я больше за себя не ручаюсь. И к черту правила, ты меня знаешь.       - Терпение, и все будет. ***       - Ты мой огненный лисенок, - переведя дыхание, прошептал Таннари, пережив самый вожделенный момент и не отпуская её. – Мой. Только мой. Никому не отдам…       Оба взмокли от напряжения и неповторимых ощущений, которые переживали каждый раз, как в первый. Звериная часть их личностей высвобождала животный восторг, позволяя наслаждаться друг другом бесконечное количество раз.       Руки парня давно забрались под кофту пижамы, изучая и лаская тело девушки. Чуткие крепкие пальцы умело находили чувствительные участки и дарили неописуемое наслаждение.       - Ты меня сделал такой, - ответила Аника с закрытыми глазами, тая от его ласк.       - Вовсе нет, - усмехнулся он, целуя ее шею, - я только развил скрытые в тебе таланты.       - Намекаешь, что я - скрытая садистка? - сердито спросила она.       - Нет, что ты, - он постарался задобрить ее ласками. - Ты - моя грозная волчица и страстная лисица в одном. Мое нежное и ласковое солнышко, которое может быть опасно, так что дразнить больше не буду.       - А мне можно дразнить волка и дальше? – усмехнулась Аника.       Таннари повалился вместе с ней набок, устраиваясь на подушках.       - Только тебе и можно, - ответил он, перебирая пальцами мягкий шелк ее волос.       Они расслабленно устроилась в объятьях друг друга, блаженствуя от пережитых страстей.       - Чувствую себя школьником, забравшимся к своей девушке, с которой запрещают встречаться, - засмеялся Таннари, смотря на жену.       - А не боишься, что сейчас зайдут родители пожелать спокойной ночи? - рассмеялась Аника.       - Не доведи Звериный Бог, - прошептал Таннари, изображая испуг. - Тогда мне, наверное, придется прятаться под кровать.       - Там места нет, - смеялась Аника.       - Тогда в антикварный шкаф, - он указал на старинный предмет мебели.       - Туда ты не поместишься, - Аника уже задыхалась от смеха. - Там все занято вещами.       - Я гибкий, - настаивал волк, выгнувшись и прижимаясь плотнее к ней. - Как-нибудь упакуюсь.       - Нет, - помотала головой девушка.       - Тогда куда?       - В окно, - хохоча, ответила она.       - Ты хочешь в таком виде выставить меня за окно? - изумленно спросил оборотень.       - А чего переживать? Не впервой. У тебя шерсть густая, - выдохнула она сквозь смех.       - А если меня кто-нибудь украдет? - возмущенно поинтересовался Таннари, склонив голову набок. - На такого красивого волка кто угодно может позариться. Ты же мимо не прошла.       - Ну, что ты, я никому тебя не отдам, - Аника обняла его, прижимая к себе. - Так и быть, я скажу, что не смогла пройти мимо такой милой собачонки, хоть мама и боится больших собак.       - Я - волк, - обиженно отозвался Таннари, уткнувшись в ее плечо.       - Да-да, я помню, - пробормотала Аника, устраиваясь в его объятьях. – Может, волка она не испугается.       На эти слова Таннари промолчал, хотя так и вертелось на языке высказаться, что не прочь проверить данное предположение. Заранее предполагая, что она будет против таких экспериментов. Укрывшись одеялом, они уснули.