Кто ты?..

      — Может, моя семья жила не здесь? Может, ты всего не знаешь?.. — Гук продолжал допытываться.       — Может быть, и не знаю, — наконец ответил парнишка, отвернувшись к окну, словно заинтересовавшись темнотой ночи. Надо же, сколько времени оказывается прошло. — Отец мог знать. Но… «Но его более нет в живых», — Тэхен скрипнул зубами, вновь закипая яростью, гневом и обидой на тех, кто посмел вонзить ему зубы в спину. Их час еще придет. Он обязательно выживет и вернется. Вернется, чтобы порвать тех, кто был замешан в этом. Он был не настолько глуп, чтобы сейчас биться в истерике и кидаться на того, кто занял отцовское место. Ему нужно было набраться сил и продумать все до мелочей. А пока что он должен освоиться среди людей.       Хулиган наблюдал за тем, как меняется выражение лица паренька. Что, совсем нет надежды?.. Гук смотрел на товарища, и ему уже не нужны были ответы. Все и так казалось яснее некуда. Может, ему лучше не знать, что приключилось со всей его семьей? Парень тяжело вздохнул, пытаясь собраться. Слишком много потрясений за последнее время явно не шло ему на пользу. И что теперь делать с этим открытием? Он станет бегать волком по ночным улицам? Для чего это было нужно?       — В любом случае… это территория чужого клана и тебе на ней находиться опасно. Таковы законы нашего мира, — наконец обернулся Тэхен, более ничем не выдавая недавно прокатившейся по горлу горечи и промелькнувшего в глазах гнева.       — Чего? — не понял Гук. — Какая нахрен чужая территория, я жил тут столько, сколько себя помню! Никому дела до меня не было, и их территория меня тоже не интересует, — в нем поднялась волна гнева и злости. Кто-то еще собирался указывать ему, где жить и что делать? У него будет время, чтобы набраться сил и опыта, а потом они разберутся, чья тут территория и кто здесь главный… Чонгук сжал кулаки. — Почему они вдруг должны теперь охотиться на меня? — этого парнишка пока не понимал. Да, конечно, он и его друзья хорошенько начищали морды тем наглецам, которые пытались заявить свои права на территорию, где обычно они развлекались, но тем, кто проявлял мало интереса, и дорога была своя.       — Потому, что ты одиночка, — пожал плечами Ви. Для него это само собой разумелось, но, видя, что парень все равно не догоняет, он тяжко вздохнул. Гук готов был покрыть все и вся трехэтажным матом, потому что не успел он почувствовать вкус свободы, как какая-то шавка собирается устанавливать новые правила. Опять что-то кому-то доказывать, опять бороться за собственные права не только на жизнь, но на право быть лидером. — Ты видел, как уличные псы дерутся за территорию? На свою землю они не пускают чужих: они либо должны уйти, либо их убивают. Тем не менее, людей они не трогают. Хоть и могли бы. Принцип тот же. Правила устанавливает сильнейший. — Тэхен поморщился от такого сравнения, но более наглядного примера найти просто не смог. Хоть и звучало это несколько обидно, но, тем не менее, всю суть приблизительно отображало. Конечно же, отношения между кланами были куда более глубоко запутаны в интригах, но по сути все было довольно проще. На чьей стороне сила, тому и карты в руки.       — Я не какая-то псина… я их поодиночке… всех… — в глазах вновь появился блеск ненависти. Он обязательно сделает все то, что будет от него зависеть. Паренек смутно догадывался, что стало с его семьей, но это бесило еще больше. Были ли его родители подставлены? Кто сделал это? Какая тварь разбила ему жизнь?! Тэхен мельком обернулся. Поодиночке? А соображалка у него работает. Справиться по одиночке с каждым и у одного, и у другого мог бы быть шанс, если бы волки не нападали группами. Да и поодиночке пока что им недостанет сил справиться с количеством. Ко всему прочему, только что начавший входить в силу волчонок… Чем он мог быть страшен для матерых охотников? Но, тем не менее, мыслил он верно. Возможно, со временем он и сможет что-то противопоставить матерым. В конечном счете он вовсе не был слабым. Тэхен чувствовал это. Но время покажет.       — Ты должен быть осторожен. При свете дня и среди толпы тебя не тронут: законом запрещено раскрывать себя перед смертными. Но обмануть, увести, напасть ночью — это все запросто, — парень допил остатки воды из бутылки и швырнул куда-то в сгустившийся мрак наступающей ночи в окно. Чонгук проследил за движением Тэхена и задумался. Все же отмазываться отговорками у него вряд ли выйдет. Да, было страшно — ощущение опасности в ту ночь заставило его бежать, но на этот раз он поймет, он обязательно с этим справится. Только его волновало кое-что еще… Что, если эти твари нападут на него, когда он окажется не один? Что, если пострадают его друзья? Гук совсем не хотел этого. Вряд ли бы они справились с волками…       — Об их приближении тебе подскажет метка. Она всегда отзывается на присутствие себе подобных.       — Тут появился ты, и она у меня вдруг опомнилась, — фыркнул хулиган, вновь обращая внимание на метку.       — Я не знаю, почему до этого момента ее не было, она должна проявляться с рождением, — Тэхен зевнул. Все же день был довольно напряженным, он вымотался, правда, скорее больше в моральном плане, чем в физическом, и до сих пор не понимал сам себя: какого черта он второй раз спасает этого пацана, да еще и тащит домой, объясняет ему азы его сущности… Что вообще происходит? Зачем все это? — Может быть, ты слишком долго жил среди людей. Но это настоящий ты. Рано или поздно она все равно дала бы о себе знать. Вот только не говори, что ни разу не чувствовал посторонних где-то поблизости, не слышал лучше людей, не видел в темноте, не чуял опасности, — парнишка хмыкнул, вновь бросив взгляд на Гука, наперед зная, что прав во всех пунктах. Гук же замер, размышляя о сказанном. Да, он ощущал это все. Слышал, видел, чувствовал… ведь именно это помогло ему стать лидером в школе. Что поможет ему теперь?       — Может, расскажешь, что еще случится? — школьник уже опомнился, и теперь в нем кипела непривычная энергия.       — Откуда мне знать? Я не гадалка, — передернул плечами Ви. Кто бы ему самому рассказал, что будет дальше. Его положение было столь шатко, что, просыпаясь каждое утро, он никогда не знал, где окажется вечером и вернется ли в свое нынешнее убежище, останется в живых либо исчезнет бесследно, попав на клыки тех, кто еще не так давно заискивающе вился вокруг. Хоть что-то этот заносчивый всезнайка не знал. Школьник облизнул обветренные губы, вновь погружаясь в собственные мысли. Да, парнишка был в какой-то мере прав… Только почему в нем запечатана была его сущность, если вокруг все это время шастали другие оборотни, непонятно.       — Нет, подожди-ка, — Гук с прищуром посмотрел на новичка. — А почему ты один здесь ходишь? Зачем ты пришел в нашу школу? Для чего ты здесь?       Тэхен отвернулся, невольно обводя глазами темную комнату, в которой практически не присутствовала мебель.       — Потому… — парень вновь скрипнул зубами, сжав кулаки, вновь ярко видя перед собой картинки прошлого, последний день в клане. Безысходное, холодное чувство, когда связь с отцом внезапно прервалась, словно его и не было никогда, вновь пронзало насквозь, заскребло в груди и рассыпалось внутри мириадами льдинок. «Я еще вернусь… И вы за все мне ответите…» Тэхен сам не заметил, как глаза вновь пропустили алые блики. — Я пришел затем, чтобы выжить, — наконец взяв себя в руки, ответил парень. — Я стал чужим среди своих, — стоило ли посвящать нового знакомого в подробности своей истории? Да какая, в принципе, разница: этой информацией он все равно не сможет никак воспользоваться. — Мой отец… Был главой клана. И две недели назад его… — трудно было говорить об этом. Очень трудно. Сказать об этом вслух — вновь ковырнуть все еще саднившую рану. — Теперь у клана новый вожак, — все же заставил себя договорить Тэхен и вновь отвернулся к окну. Нет, сейчас не время было поддаваться эмоциям и раскисать. Он должен быть сильным. «Я выживу, отец. Всем назло выживу. И предавшие тебя понесут жестокое наказание». Некоторое время он еще смотрел в темное небо, словно мерцавшие в вышине звезды могли дать ему какой-то ответ. Но они молчали. Глубокий вздох — и он снова взял под контроль свои чувства. Еще один вдох — и парень развернулся к своему нежданному гостю.       Наверное, Чонгук обязательно бы съязвил про прЫнца или что-нибудь в этом же духе, но сейчас язык не повернулся это сделать. Он не помнил, как потерял родителей, не понимал этой боли, потому что жил без этого. Хоть ему и было горько, но не так тошно, как сейчас наверняка приходилось Тэхену. Парнишка лишь молча кивнул, выражая свое понимание.       — Я спать хочу, — устало буркнул Ви, забираясь в кровать и сталкивая с нее Гука. — Ты, если хочешь, можешь на полу лечь, — лукаво прищурился мальчишка.       Оказавшись на полу, Гук вопросительно посмотрел на такого вот «хозяина» и фыркнул, поднимаясь на ноги. Как бы не так. Будет он еще свою спину гнуть из вежливости на полу! Паренек перепрыгнул через Тэхена и резво улегся с другой стороны кровати.       — Сам спи на полу, привык же, наверное, — отозвался он, пихая ногами одноклассника в сторону края кровати, а сам руками уцепился с другой стороны, чтобы его невозможно было выпихнуть. Чонгук посмотрел на товарища и показал ему язык, после чего завалился спать, закрывая глаза. В самом деле, не идти же в приют после таких рассказов, хоть поначалу такие мысли были у него в голове, но предложение поспать на полу… Просто так кровать хулиган не отдаст. Нет, ну этот поганец еще будет в его логове командовать? Кто здесь хозяин вообще? На кровати завязалась борьба за «место под одеялом».       — Это кто тут привык! Йа! Ну-ка проваливай! — Тэхен попытался снова выпихнуть Гука с кровати, но тот занял удачную позицию, так что попытки Ви пошли прахом. Да еще и язык показал. Настолько это было по-детски и совершенно не клеилось с ранее произошедшим эпичным моментом, что Тэхен, сам того не ожидая, рассмеялся. — Черт с тобой, спи тут, — с этим оставалось только смириться. Но, похоже, Гук уже спал? Тэхен, признаться, подофигел. Только что буквально ведь еще бодрствовал. Ну дает… Сам ТэТэ уснуть смог не сразу. Проворочавшись, безуспешно выбирая удобное положение, расположившись спиной к теперь уже соседу не только по парте, но и по кровати и признав всю безнадежность этого, он развернулся к спине Гука теперь уже лицом. Так было удобнее. Парня, похоже, уже совершенно не беспокоили его ерзания и движения: он спал как младенец. Хоть апокалипсис начнись, до утра не кантовать, что называется. Тэ прикрыл глаза, постепенно погружаясь в сон. Какое-то непонятное спокойствие потихоньку проникало внутрь, медленно согревая и навевая дрему. Он устал, сегодняшнее испытание школой требовало восстановления. Столько всего произошло… Он придвинулся чуть ближе к соседу, во-первых, чтобы не скатиться с кровати на пол, во-вторых, так было теплее. От Гука исходил такой привычный запах: его собственный аромат плюс запах его настоящей силы, запах опасности, но эта смесь запахов не отталкивала. Наоборот, расслабляла, отвлекала от того, что неотвязно крутилось в голове на протяжении последних дней. Словно возвращала в ту самую обстановку, когда он мог без опаски засыпать, не беспокоясь тем, что кто-то будет идти по его следу с целью убить… Тэхен так и уснул, сопя соседу в спину носом. И уже неосознанно во сне обнял парня, прижав к себе еще сильнее. Гук не сопротивлялся, продолжая спать, только распрямившись из своей скрюченной позы и наконец отцепившись от кровати, подсознательно уже не беспокоясь о том, что может оказаться на полу во время сна…