В тихом омуте...

*** — Я дома! Радостный голос Альфреда гулким эхом отскочил от стен. Дом казался пустым, на что Герой озадаченно нахмурился. — Мэтью? В ответ — молчание. Пожав плечами, Джонс пошел прямиком на кухню – обедать. Засунув в микроволновку парочку своих обожаемых гамбургеров и вытащив из холодильника колу, американец удобно устроился на высоком стульчике у столешницы. Ровно через минуту противный писк оповестил его о том, что бургеры разогреты. Альфред только было собирался вгрызться в булочку с кунжутом, как хлопнула входная дверь, заставляя американца чуть вздрогнуть. Впрочем, он продолжил обедать, как ни в чем не бывало. Едва слышные шаги, которые ухо Альфреда все-таки уловило, раздались по коридору, и вот Канада зашел на кухню, догадавшись, что брат кушает. Джонс по привычке даже не повернулся, чтобы поздороваться, и упорно делал вид, что не замечает вошедшего. За спиной послышался тихий раздраженный вздох. Канада вообще все делал очень тихо. Тихо ходил. Тихо говорил. Тихо дышал. Он существовал тихо. Но Альфред-то знал, что Канаде просто противопоказано повышать голос. Слишком хорошо знал. А острые, идеально белые зубы уже прикусили мочку уха, оставляя на ней заметный след. — Игнорируешь? – шепот потерялся в светлых волосах американца. От этого шепота Альфреда всегда пробирала внутренняя дрожь. Нет, не от страха, не дай Боже, он же Герой! Но Джонс не понимал, как можно, да можно ли вообще, охарактеризовать это чувство. Только он знал Канаду таким. За маской незаметного и скромного юноши с глубокими и печальными фиолетовыми глазами скрывался настоящий демон. Неистовый, опасный, властный и невероятно красивый демон. Только Альфред знал, кто такой Мэтью Уильямс на самом деле. И очень надеялся, что больше никто и не узнает. Ощущая пока еще слабые укусы в шею, Америка с невозмутимым видом потягивал колу из баночки, не отвечая на вопрос. Он ждал момента, когда Канада разозлится. Но сегодня Мэтью был каким-то слишком терпеливым, и это настораживало… Джонс подал голос только когда начал всерьез опасаться за сохранность своей шеи. Ведь, судя по ощущению жжения и покалывающей боли, на ней уже не было живого места. — А, Канада, это ты! Привет, — Джонс развернулся, ловко соскакивая со стула и широко улыбаясь, — давно ты пришел? – уж кого-кого, а изображать идиота Америка умел как никто другой. — Т-только что, Альфред, — Мэтью вновь нацепил на себя маску незаметного подростка и неуверенно улыбнулся. — Бургер хочешь? – щедро предложил Америка, втайне надеясь, что тот откажется. Так и случилось, поэтому Альфи с чистой совестью принялся поглощать вредный фастфуд, активно работая челюстью. Канада ушел из кухни, потеряв всяческий интерес после того, как Америка включил телевизор и стал смотреть мультик про Человека-Паука. Только когда брат отошел на достаточное расстояние, Альфред перестал улыбаться и впал в задумчивость. Он искренне не понимал, что происходит. Зачем Мэтью показал ему себя настоящего? Почему его тайная натура до сих пор никак не проявилась в международных отношениях? И что делать, если проявится? И кто он все-таки такой, страна Нового Света, выращенная Францией и Англией…