Моя жизнь

POV Клод Находясь в тёмном лесу, я и не думал встретить ребёнка. По его глазам было видно, что ему страшно. Страшно наткнуться на лесное чудовище, страх темноты. Лесные звуки только подливали масла в огонь, но мальчишка упрямо шел вперед. А затем произнёс те слова, тем самым призывая меня. Огромные голубые глаза, в них я вижу много боли и разочарования, когда он попросил принять меня облик человека, это меня рассмешило. У него хватило храбрости просить демона о таком, и я не мог не выполнить его просьбы. Комплимент насчёт моей внешности мне льстил, но я принял его. Видимо мальчишка сам не понимал, с какой целью конкретно меня призвал, поэтому я принял решение следить за ним. Удивило меня то, как резко меняется его настроение. Игривое и дерзкое сменяется на грустное и усталое. Радость сменяет гнев. Всё это может меняться мгновенно, за считанные секунды. Это меня в нём привлекло, его душа особенная. Когда я увидел графа Транси, моему гневу не было предела. Неужели этот старик ещё на что-то годен в постели? Этот мерзавец осквернил детское, невинное тело. Это переходит все границы даже для демона. Желание Алоиса отомстить самому меня просто вывело из себя. Что он о себе думает? Если бы он мог справиться сам, он бы не шёл ночью в лес и не призывал бы меня, наверняка сомневается в своих силах. Следующее его решение развлечь гостей вместо какого-то мальчишки меня повергло в неописуемую ярость и шок. О чем он думал? Зачем жертвовать собой ради кого-то? Глупец. Таких глупцов ещё поискать надо. Смотреть на это я не мог, поэтому был просто рядом, когда они хотели испортить столь прекрасное лицо этого мальчишки, я не выдержал и спугнул их. За время пребывания в этом поместье, мне удалось кое-что узнать, старый граф собирается убить сына ночью. Этому не бывать. Я лично позабочусь об этом. Сообщив это светловолосому мальчишке, тем самым, призывая его, наконец-то к действиям он согласился, а я вручил ему пакетик с порошком, который не производит никакого действия. Мы заключили наконец-то контракт, тёплые, пухлые губы так и манили к себе, прокусываю мальчику язык, привкус его крови сводит меня с ума, поэтому отстранившись, наношу печать. Теперь мы связаны. Вечером сопровождаю его в спальную графа. Алоис выглядел потрясающе, вот только он не знает, что всё то, что будет происходить в комнате, разработанный мною спектакль. По его окончанию довольный мальчик уходит. -Томпсон, - перевожу взгляд на старика, и тот вмиг принимает истинный облик молодого человека. – Прекрасная работа, призывай своих братьев и Ханну. Будите служить здесь. Демон кланяется и исчезает, выхожу из комнаты, иду по длинному коридору, открываю невзрачную дверцу и спускаюсь по лестнице вниз. Подвал, отличное место для совершения убийства. Зажигаю свечи, и тьму озаряет тёплый свет свеч, бросаю презрительный взгляд на загнанного в угол мерзкого извращенца и говорю: -Ну что, повеселимся? – Усмехаюсь и подхожу к дрожащему старику. – С чего бы начать? Наверно с твоего грязного языка. С этими словами наклоняюсь, открываю рот перепуганного графа и двумя пальцами вырываю его язык, кровь запачкала белую перчатку, недовольно смотрю на него и слышу, как тот жалобно скулит. -Говорить то ты теперь не можешь, а твоя прислуга мертва. И ваша светлость скоро присоединится к ним, правда? Ну, конечно, правда, - усмехаюсь и изучаю взглядом окровавленный подбородок, перевожу взгляд на его глаза и с насмешкой в голосе говорю: -Мне не нравятся твои глаза. В них столько грязи, - с этими словами выдавливаю большими пальцами рук глаза графа. Тот дрожит, дергается, издает подобие крика, но никто ему не поможет. Восстанавливаю ему глаза и снова выдавливаю их, с каждым разом проделывая это мучительно медленнее, что бы он прочувствовал всю остроту, и прелесть этой боли. -Тебе нравится? Правда, же? Мне вот доставляет огромное удовольствие это проделывать с тобой. Смотреть, как твоё лицо меняет оттенки, как оно искажается гримасой боли и ужаса. Как твои руки сжимаются в кулаки от безысходности. -Твой противный, хриплый, старческий голос похожий на животный рёв, - оскал отразился на моём лице. – Хочешь, помогу с пальцами? – Беру подготовленный за ранее секатор, восстанавливаю ему один глаз. – Смотри внимательно. Беру его руку и начинаю секатором обрезать ему пальцы. Рёв, слёзы, пот и кровь течет рекой, а я усмехаюсь и продолжаю. Его пальцы отрастают снова благодаря мне, а я, ликуя, продолжаю эту пытку. -Тебя должен был убить твой сын. Знаешь, он очень этого хотел. Но я не хочу. Не хочу, чтобы чистая душа была запятнана кровью, такого как ты. Хрип, дерганье ногами, кровь со рта полилась с новой силой, когда тот попытался что-то сказать. -Какой ты жалкий, - усмехаюсь. – Хорошо, что тебя таким вижу только я. Хотя я был бы безмерно рад, если бы в таком положении в котором ты сейчас, тебя увидели все твои знакомые и друзья. Коллеги, родные, а так же сама королева. После этих слов ладонью проникаю в его рот и резко тяну вниз, заставляя его челюсть хрустнуть, и свесится вниз. -Так-то лучше, - подношу свечи к его седым волосам, и те моментально вспыхивают, огонь разошелся и теперь обжигал кожу, отчего можно было ощутить не приятный запах паленого мяса. -Свинья на костре, - хмыкнув, беру кинжал и с размаху всаживаю его старику в глаз до конца. Убивая при этом его самого. Касаюсь его головы, и старик обращается в прах. -Конец, - усмехаюсь и ухожу из подвала. Тело служанки, превращаю в мёртвого от «сердечного приступа» графа Транси. Который лежал в свой спальне хладным трупом. Направляюсь в спальную мальчишки, стучу и получаю ответ: -Входи, - открываю дверь, и вхожу в комнату, закрывая её за собой, подхожу к Алоису и удивляюсь его виду: Мокрые волосы, ночная рубашка одета на чистое и уже сухое тело. -Господин, не утруждайте себя больше. Это моя обязанность приводить вас в порядок. -По-твоему я сам не справлюсь с этим, Клод? – Смотрит на меня он. -Конечно, справитесь, ваше высочество, - кланяюсь ему, а он вздрагивает от моих слов, а потом тихим голосом спрашивает: -Как ты назвал меня? Повтори, - просит мальчишка. -Ваше высочество, - повторяю я. -Как? -Я всё про вас знаю, Джим Маккен, - усмехаюсь юному дарованию. -Тогда запомни, Клод. С сегодняшнего дня я не Джим Маккен. Я граф Алоис Транси, - не хочу слышать этот бред, склоняюсь над мальчишкой, тот инстинктивно склонился назад, смотрю в его глаза, слышу, как бешено, бьётся детское сердце, провожу ладонью по его щеке и касаюсь своими губами губ мальчишки, за что получаю звонкую пощечину и гневную речь: -Ты позволяешь себе слишком многое, Клод. Не смей прерывать меня, когда я говорю. -Да, ваше высочество, - отстраняюсь и жду его дальнейших слов. -Ты должен сохранять хладнокровие при окружающих. Каменное лицо, от которого будет воротить каждого, кто посмотрит на тебя. Не смей отвечать на колкости, тебе должно быть всё равно. Ты слуга, мой дворецкий для остальных. А я избалованный мальчишка, который не знает, чего хочет сам и донимает всех остальных. Тебе придётся потерпеть все мои выходки, Клод. Это ясно? -Да, ваше высочество. -Клод, - тихо позвал меня Алоис, бросаю на него холодный взгляд. -Нет, сейчас не нужно изображать из себя камень. Кстати, мы должны нанять слуг. -Я это уже сделал. -Какой же ты молодец, - произнеся это, мальчишка поднялся на ноги, стоя на мягкой постели и обнял меня, прижимаю к себе крепко мальчишку и не отпускаю долгое время. В итоге он попросил меня остаться на ночь с ним, дождавшись пока молодой граф, уснёт, я ушёл к слугам.