Чертов квиддич!

Часы показывали 8.45 вечера. Все- таки он такой же больной ублюдок, как и другие пожиратели, раз назначил время "правосудия" в ровно 9:07 и ни минутой позже, - подумал Малфой. Пора было идти к ней. Драко не спеша встал, и кровать жалобно скрипнула. За ее дверью было тихо, но в щелке внизу виднелся желтый свет от свечи , что выдавало присутствие хозяйки номера. Бледные веки медленно закрыли уставшие серые глаза. Черная мантия спадала с его плеч до пола и юноша в ней неподвижно выжидал чего-то перед дверью, за которой, смотря в окно, стояла девушка. Дотронувшись до холодной железной ручки, Драко открыл дверь. Без стука. Он решил, что официальность в этот вечер ни к чему. Возможно, в последний вечер. "Нет, нет!" - отмахиваясь от этих мыслей, Малфой поморщился, - Что за бред? Авроры наготове, все продумано, все будет хорошо". -Готов? - повернувшись к нему, спросила Гермиона, совсем не удивленная его бестактностью. А она поступила умно, оставшись в пижаме, чтобы не вызвать подозрения в первую секунду. На ней были серая футболка и легкие синие штаны из шелка. Такая домашняя, ему никогда не удавалось разглядеть ее такой. И, даже будучи простой, она вновь заставила биться его сердце с бешеной скоростью, и это возбуждение было не от страха перед Руквудом, это он четко различил. -Все будет нормально, - все, что он мог сказать. -Да, - кивнув, скорее самой себе, Гермиона села на кровать и сбросила бордовые мягкие тапочки, обнажив худощавые ноги, - Чтобы было правдоподобней, - пояснила Герйнждер посмотрев в его застывший взгляд на ее ногах. Он стоял перед ней, такой высокий и серьезный. Его продолговатое лицо стало взрослым и другим от того, каким его помнила Гермона до смерти Темного Лорда. Это лицо стало для нее невыносимым магнитом, которое она хотела видеть каждый день и каждый час. Все моменты между ними, после которых они не знали, что сказать, и принимали это как секундные порывы, превысили всевозможные границы. Было просто-напросто глупо молчать. -Ты не считаешь, что нам нужно поговорить? - на выдохе, собрав всю волю в кулак, спросила Гермиона, но волнение и страх не позволили долго смотреть ему в глаза. "У нас все может получиться", - проскочили мимолетно эти слова в голове Драко. И чувство защитить ее любым способом выросло в сотни раз. Ту ее интонацию нельзя было спутать и подумать, что она спрашивает не про их чувства друг к другу, но слизеринец все равно ощущал себя словно на краю пропасти. Одно неверное слово, один неправильный шаг - и все кончится. Он не готов был предстать перед ней таким, каким он не скрывается под маской сарказма. Не сейчас. Нельзя было срывать броню перед битвой и стать слабым от чувств, которых так желал. А вдруг все не так радужно, как он представляет, ведь она полная его противоположность, и черт его знает, что творится в этой слишком умной головке. -Мы поговорим, но после...- найдя нужные слова, идеально подходящие для этого случая, сказал Драко. Его ответ словно окрылил ее, наконец, она была уверена, что не сходит с ума. И он был прав, говорить об этом надо будет после. *** Вчера сбылась мечта двух друзей, и, идя на зельеварение, Гарри и Рон с упоением вспоминали о своем визите в Аврорат. Настрой парней стать Аврорами только усилился, а новость о том, что Сборная Хогвартаса заняла почетное третье место на соревнованиях в Блэкпуле, еще больше приподняла им настроение. -Не думаю, что в ближайшее время буду думать об учебе на занятиях. Ну как можно вникать в какую-то травологию или астрономию, если в мыслях ты уже тренируешься с теми ребятами! - все еще находясь под впечатлением, сказал Уизли. Поттер шел рядом немного задумчивый и не особо разделял веселье друга, - Ты не согласен? -А? - посмотрев на Рона, оживился тот, - Да, согласен, - вздохнул он и снова нахмурился, - Просто я все думаю о том, что сказал Уилл... Уилл был одним из самых известных Авроров. Он многое рассказал о работе в Аврорате, опасностях и некоторых секретах. -Только не говори мне, что после смерти Волан де Морта, ты думал, что все пожиратели исчезли. Естественно, остались последователи, но их слишком мало и они слабы. Тем более, что Авроры круглыми сутками выслеживают их. -Да, я все это понимаю, но на душе все равно как-то стало неспокойно, когда он сказал, что один из самых опасных оставшихся пожирателей сейчас в Блэкпуле. Где Гермиона с Джинни... -Прекрати, Гарри. Он так же сказал, что его заманят в ловушку, а уже завтра, вот увидишь, мы прочитаем в газетах, что за очередная шестерка Лорда села в Азкабан. Ну а вечером мы все должны сходить в «Три метлы» и отпраздновать приезд девчонок. Как тебе такой план? -Прекрасный план, - усмехнувшись, посмотрел на друга Гарри, - Даже идеальный. *** -Сколько сейчас? - руки девушки похолодели от волнения. -Пора, - ответил Драко и подал ей ладонь. Гермиона обхватила длинные пальцы юноши и медленно подняла взгляд на его лицо. Драко сделал шаг назад, тем самым, потянув ее, и гриффиндорка встала. Вдруг в открытую створку окна ворвался ледяной поток воздуха, пустив волну мурашек у легко одетой гриффиндорки и сдув огонь единственной свечи в комнате. Ночь полностью поглотила Блэкпул и только тусклый свет луны давал тень уродливой ветке на стене. Драко обошел ее и, обхватив ее руки, прижал к себе сзади. Неровное дыхание девушки Драко теперь чувствовал напрямую. Конец волшебной палочки дотронулся тонкой кожи шеи, и Гермиона нервно сглотнула. Его теплое дыхание у уха в этой холодной комнате становилось для нее спасением, а он опять втягивал аромат ее волос, будто это как-то могло ему помочь. Время было на исходе, но нужно было сделать еще кое-что. Из-за закрытых глаз Гермиона не могла заметить слабое свечение на конце палочки у ее шеи. На лице Драко скользнула сладкая улыбка, но тут же вновь сменилась прямой линией губ. "Нет, Гейнджер, ты думаешь сейчас не о том, о чем должна".  И Гермиона услышала слова, заставившие ее глаза распахнуться от ужаса. *** На столе стояла небольшая баночка с фиолетовой бархатной крышкой, а внутри, словно светлячки, летали маленькие золотые снитчи. Джинни не была уверена, что такой подарок понравится Гарри, но ей он показался очень милым и, увидев его в сувенирной лавке Блэкпула после последнего матча, не раздумывая, купила его. Не забыв и о брате, младшая Уизли приобрела парочку свежих журналов про квиддич, и они уже были упакованы на дно собранного чемодана. Девушка оглядела комнату, чтобы посмотреть, ничего ли она не забыла. Ну, что ж, тогда чемодан можно закрыть, не без усилий, конечно, а точнее, не без заклинания. И, уже взяв в руки палочку, Джинни осенило. "Водолазка!" Она как раз собиралась идти к Гермионе поболтать перед сном. Разговоры на ночь стали некой традицией с тех пор, как девушки стали жить в одной комнате в школе. На взгляд Джинни, Гермиона сегодня была какой-то странной. Ее смех был слишком громкий и наигранный, она постоянно озиралась по сторонам. К тому же Джинни не раз ловила ее тревожный взгляд на Малфое, что также удивило ее. Хотя в последние дни Уизлии стала смотреть на блондина не так враждебно, она все равно ему не доверяла. Дощатый пол в коридоре гостиницы скрипнул под ногами Джинни. В конце горела затухающая свеча и почти не несла никакой пользы. Из ряда дверей по коридору проливали свой свет лучи из номеров. Комната Гермионы была первая по коридору и из-под нее тоже светилась желтая дорожка. "Отлично!" - уже подумала рыжая, но резко остановилась, когда эта дорожка внезапно исчезла. "Она не ложится так рано", - поразмышляла Джинни. Рыжая тихо подошла к двери и прислушалась. В ноги ударил холодный поток воздуха, но Джинни ничего не слышала, кроме отдаленного глухого смеха Дина через три номера. Но вдруг из комнаты подруги раздался голос, как показалось Джинни, пропитанный ядом. -Я ждал этого полгода, а ты сама пришла в объятия своей смерти...Прости, Грейнджер, но тебе и правда придется сегодня умереть. Не поверив своим ушам, Джинни дернула ручку, и дверь резко распахнулась. Все что она смогла успеть увидеть в абрисе трансгресии это платиновые волосы и силуэт палочки, упирающийся в шею ее подруги. Дин Томас, сидящий со своим другом через три комнаты перестал смеяться, услышав страшный крик. *** Блондинка повернулась вокруг себя, и юбки двух платьев красиво закрутились. -Красное или синее? - спросила Фрейа Мари, которая случайно была втянута в этот показ мод. Заплетая свои почти черные волосы, подружка блондинки сидела на ее кровати, а Нильсен перебрала целую кучу своих вещей, остановив, наконец, свой выбор на двух облегающих платьях. -Ммм, синее, - неуверенно ответила Мари, пожав плечами. К слову, она находила оба эти платья слишком вульгарными для возраста своей подруги. -Синее? Ну, не знаю… - приложив платье на себя и посмотрев в зеркало, протянула Фрейа, - Оно, конечно, безупречное, но красное, на мой взгляд, более чувственнее. Ведь главное - понравиться Драко, - и место синего платья заняло красное с треугольным вырезом. -А ты не думала, что ему может не нравиться красный? - предположила Мари, смотря себе под ноги. -С чего ты это взяла? - удивилась блондинка, не оторывавшая взгляд от зеркала. -Возможно, это мои предрассудки, но слизеринцы любят зеленый, а красный они сразу ассоциируют с гриффиндором. К тому же, вся семья Малфоев - это выпускники змеиного факультета. Скорее всего, это будет выглядеть словно красная тряпка для быка, - и девушка усмехнулась, поймав себя на такой аналогии. -А ты права, - качая головой, согласилась та, - Точно, это будет неправильно. Тогда определенно - синее платье! Бросив платье на кровать Джинни, девушка подпрыгнула к Мари и крепко обняла ее. -Спасибо! Завтра я вновь увижу его и стану красная от любви! - Фрейа засмеялась, и Мари обняла ее в ответ, словно глупую младшую сестру. Хоть ее подругу и считали все слишком энергичной и болтливой, она любила ее несмотря ни на что. Ей, скромной и зажатой, всегда сложно было найти друзей, а Фрейа в ней что-то разглядела. Пусть даже если это и была жалость к одиноко стоящей однокурснице. Спустя месяц блондинка помогла раскрыться ей и даже познакомить, благодаря своей бешеной коммуникабельности, с другими ребятами. -Я рада за тебя, - тепло сказала ей Мари. Руки Фрейи еще сильнее сжали ее, а глаза закрылись, как у довольной кошки. *** -Где же он? - нетерпеливо проныл Брутус. Он посмотрел на стоящую в паре метров от него Кеиту, но похоже она его не слышала, но не из-за старости, жажда мести и крови будто оглушила ее. Ее туманные глаза внимательно вглядывались вперед. Справа от Брутуса стоял Рори, поджав хвост, конечно, в человеческом обличие у него не было никакого хвоста, но его жалкий вид напоминал побитого пса. Вне опасности, горевший азартом, в решающие минуты от Рори не стоило ждать стоящих поступков. Амбар огромных размеров был стар, и свист ветра в его щелях вселял ужас. Его дырявая крыша пропускала лунный свет и освещала голую землю синевой. Вихрь трансгрессии заставил отшатнуться заждавшихся зрителей торжества справедливости и достать палочки. Яростно прижимая к себе дрожащую девчонку, Драко, глубоко и часто дыша, мельком оглядел амбар. -Где Руквуд?! - крикнул Малфой. -Немного задерживается, - потерянно ответил Брутус, не зная, что делать без Августа. Что было не сказать про Кеиту. Она, словно голодная гиена, стала медленно подходить к пленнице, при этом внимательно рассматривая своими пугающими глазами, выглядывающими из бордовой накидки мантии. -Я не думаю, что Руквуд будет против, если мы немножко помучаем ее перед смертью. Драко резко задрал голову, смотря на старуху сверху вниз, и сделал небольшой шаг назад. -Не стоит решать за меня, Кеита, - послышался приторный мужской голос, появившийся после трансгрессии Старуха тут же сжалась и отступила, словно поверженная в битве змея, - Простите за опоздание, - восхищенными глазами смотря на Гермиону, Руквуд обратился ко всем, - Я пришел сразу же, как почувствовал этот прелестный запах настоящего страха. Из-под ворота его плаща торчала белоснежная рубашка, как будто тот собрался на торжественный бал. Пожиратель сделал шаг вперед, и Малфой понял, что пора действовать. -Сlausum, - на выдохе произнес Драко, а Гермиона, застыв, перестала выбиваться, резко осознав, что она в безопасности в его руках. А его слова были для того, чтобы Руквуд был уверен в правдивости ее чувств от приближающейся смерти. -Что ты сказал? - почувствовав неладное, жилки на шее Пожирателя заиграли. И вдруг стали раздаваться спасительные хлопки, говорящие о прибытии Авроров. Пожиратели в панике стали оглядываться на хлопки трансгрессии, уже поняв, что сами они исчезнуть отсюда не могут. И только Кеита с гримасой жгучей ярости, задрав подбородок, посмотрела на Малфоя. -Предатель!!! - во всю глотку закричала та и слишком быстро подняла палочку чтобы хоть кто-то мог ее остановить, - Sicutnecessitatem moriendi!!! В ту секунду , когда прозвучало это никому не понятное заклятие, Драко успел оттолкнуть Гермиону в сторону. Ударившись о сырую черную землю, она увидела столб цвета крови, вырвавшийся из палочки Кеиты. Он молниеносно ударил Малфоя в грудь, так что тот отлетел в конец амбара. Все это произошло в считанные секунды, и, наконец, Авроры, бившиеся с Брутусом и Руквудом, без труда обезвредили Кеиту, которая даже не сопротивлялась. -Драко! - закричала Гермиона. Девушка поняла, что страх, когда она здесь появилась, ничто по сравнению с тем, что она ощущала сейчас. Встав на ноги и прихрамывая, она босиком подбежала к обездвиженному телу. Малфой, ударившийся о стенку, упал на груду старых досок. Добравшись до него, испачканная в грязи Гермиона подняла его голову. -Драко! Драко, очнись! - склонившись ближе, бормотала она, неотрывно смотря в его лицо. Из ее глаз потекли крупные слезы, - Прошу тебя… - шепотом моля его, Гермиона уткнулась ему в грудь. Слабый удар сердца Драко зажег огонь в продрогшей девушке, - Драко...  Выхватив палочку из его руки она сосредоточенно произнесла: -Enervate. Дрожащую улыбку и красные глаза увидел Малфой, когда очнулся через пару секунд после заклинания девушки, но резкий кашель заставил согнуться его. -Что с тобой?- положив руку ему на плече и утерев слезу, спросила обеспокоено Гермиона. Страшный кашель прошел, и Драко ничего не почувствовал. Ничего, что бы могло его испугать после заклятия Кеиты. -Все в порядке, - немного удивленно ответил он ей. Грейнджер бросилась к нему на шею и крепко обняла. "Все хорошо", - повторяла она самой себе, греясь в его объятиях, - У нас все будет хорошо". -Радуйся, пока есть время мальчик! - Гермиона обернулась на голос старухи. В центре амбара Авроры обезвредили пожирателей, и те стояли, окованные в цепи. За каждым стоял Аврор, готовый перенести их туда, где они должны быть. Руквуд, не теряя гордости, спокойно стоял и смотрел куда-то вперед, перед собой, а Кеита все продолжала испепелять взглядом две фигуры у стены. Казалось, рассудок оставил ее навсегда, - Ничто тебя не спасет! Гнев завладел и Гермионой, но ей хватило сдержанности, чтобы не воспользоваться чужой палочкой вновь и не пустить в нее что-нибудь, о чем она бы потом сильно пожалела. Гермиона посмотрела на Аврора, стоящего позади старухи, и кивнула ему, говоря о том, что с ними все в порядке и те могут продолжить свою работу. Раздалось шесть хлопков трансгрессии, и Гермиона с Драко остались в амбаре одни. -Все закончилось. Все хорошо, - смотря ему в глаза, тихо говорила Гермиона уже посиневшими губами. -Да, почти все, - забрав из ее руки палочку, Драко направил ее на девушку, - Foverus. Теплая волна прокатилась от кончиков палец на ногах до самой макушки, окрасив щеки гриффиндорки здоровым румянцем. -Спасибо, - сказала Гермиона, улыбнувшись. -Завтра про тебя опять напишут в газетах, - ухмылнувшись, весело подметил Малфой. -И про тебя тоже, - передразнивая его и качая головой, ответила та. -Пошли отсюда, - взяв ее руку, произнес Драко. И в следующее мгновение мрачный амбар, одиноко стоявший в поле, опустел.