xxx

– Хен, а если мама увидит? – Тэхен говорил шепотом, но даже так его голос все еще дрожал, потому что Юнги прижимал его всем телом к собственной кровати, а еще выдыхал на губы. И Тэхену безумно сильно хотелось, чтобы он его поцеловал, а еще – чтобы слез. Потому что он был совсем не готов к тому, чтобы их застукали родители. Да и вообще – чтобы родители о них когда-нибудь узнали. – Не переживай так, – ухмыльнулся Юнги, а потом коротко чмокнул Тэхена в губы. – Оппа ото всех защитит свою младшую сестренку, – он прикусил мочку уха Тэхена, а после несильно оттянул ее губами, из-за чего Тэхен прерывисто задышал, а после вцепился пальцами в простыни до побелевших костяшек. Юнги любил называть его своей младшей сестренкой. Безумно сильно любил. И иногда Тэхену даже казалось, что ему действительно нужно было родиться с вагиной вместо члена, и тогда, может быть, ему не было бы так стыдно от осознания всего этого происходящего. Ведь если он трахался со своим братом, то все еще оставался парнем. Или, по крайней мере, ему хотелось так думать. – Не говори так, – Тэхен закрыл лицо руками, а еще говорил все это, делая паузы, потому что чувствовал, как горячая краска начала заливать ему щеки и шею, как только Юнги сказал про оппу. И, если честно, Тэхен был в этом просто уверен, – Юнги нравилось его смущать. Наверное, если бы он сам был бы на месте Юнги, то ему бы такое нравилось не меньше, но думать об этом или о чем-то еще совершенно не получалось, потому что Юнги задрал на нем футболку, мазнул по ребрам прохладными пальцами, а после потянулся к паху, чтобы сжать сквозь ткань штанов вставший член. Тэхен сдавленно всхлипнул. Ему было стыдно почти что до слез. – Почему это? – удивление в голосе Юнги почти раздражало, а в купе с тем, как он медленно давил на член, не сняв с Тэхена штаны, было полностью невыносимо. И Юнги всегда был таким – делал все медленно, даже почти что медлительно, а его выдержке мог бы позавидовать каждый, потому что Тэхен точно бы не стал настолько сильно растягивать каждую прелюдию, но Юнги стопроцентно забавляло то, как Тэхен через какое-то время начинал умолять и звать его, просить о намного и намного большем. Иногда он мог даже расплакаться из-за этого. – Ведь ты моя девочка, Тэхенни, – Юнги сжал его бедро пальцами, а потом потер свежий синяк рядом с тазовой косточкой. Этот синяк, как и большинство, у Тэхена был исключительно от Юнги. Потому что ему нравилось грубо, а Тэхен совсем не умел ему отказывать. И сопротивляться он тоже не умел. – Я не девчонка, – буркнул Тэхен, еще сильнее покраснев, а потом зашипел, когда Юнги шлепнул его по бедру, а после начал стягивать с него футболку, намекая на то, что Тэхену было бы неплохо поднять руки, чтобы помочь ему. Он подчинился, и Юнги быстро стянул с него футболку, а после поцеловал в шею, лизнув то же место языком. Тэхен плаксиво застонал. – А вот и нет, ты самая настоящая девочка, Тэхен, – Юнги провел пальцами по его торсу, чуть сжал и надавил, из-за чего Тэхен выдохнул, а после наклонился ближе. – Ведь именно ты сейчас подо мной, такой покрасневший и разгоряченный. Держу пари, тебе самому бы захотелось в следующий раз надеть юбку, – Юнги провел губами по линии челюсти, а после сжал ладони на бедрах Тэхена, будто ненароком толкнувшись в них пахом. – А может правда наденешь в следующий раз? Тебе пойдет. Хочешь, я даже куплю тебе тушь или блеск для губ? – Юнги усмехнулся, а после просунул руку Тэхену под белье и сжал член, потрогав пальцами головку, из-за чего Тэхен чуть выгнулся и попытался толкнуться ему в руку. – Что скажешь, м? Тэхен сморгнул выступившие на глаза слезы, а после отвел взгляд. Чувство стыда затапливало его, а ощущение униженности скапливалось тяжестью в животе. Юнги совсем не стеснялся такое говорить, а еще так улыбался при этом, что Тэхен совсем не знал, что с этим можно было сделать и можно ли что-то вообще. Ведь, по правде говоря, если Юнги называл его своей сестренкой, то только потому, что так оно и было. Для Юнги Тэхен был готов стать кем угодно. – Хен, – захныкал Тэхен, ощущая, как одна слезинка скатилась у него по щеке. Чувство стыда возбуждало его. И почти что завуалированное унижение его мужского достоинства – тоже. – Тебе нужно было сказать «оппа», – Юнги как-то утешительно потер его нижнюю губу большим пальцем и взял за подбородок, – моя маленькая милая девочка, – а потом он его поцеловал, глубоко и влажно, придерживая руками и не давая отстраниться, из-за чего Тэхен смог только задушено застонать и обнять Юнги за шею, притягивая ближе к себе и чувствуя, как слезы текли по его горячим щекам. – А теперь давай, – Юнги отстранился и вновь шлепнул его, а потом потянулся к поясу штанов, чтобы снять их. – Разведи для оппы свои красивые ножки. Тэхен подчинился и зажмурился, чувствуя, как Юнги стащил с него штаны и белье, а потом развел ноги, после чего Юнги чуть потянул его за правую ступню, чтобы согнуть его ногу в колене. У Тэхена была гладкая и мягкая кожа, так что Юнги безумно нравилось до нее дотрагиваться и слушать, как Тэхен медленно выдыхал и вздрагивал от этого. Юнги всегда растягивал грубо, а еще почти не грел на пальцах смазку, из-за чего Тэхен скулил и шипел, когда он дотрагивался пальцами до дырки, а после проталкивал туда пальцы. Но ему нравилось это. Хотя бы потому что это был Юнги и потому что его губы были по-странному нежными, когда он касался ими внутренней стороны бедра. – Посмотри, да в тебе даже хлюпает как в девчонке, – Юнги задвигал пальцами быстрее, а Тэхен сжался и потянулся к другой руке Юнги, чтобы вцепиться ему в ладонь и сдержать себя от того, что начать насаживаться на пальцы. – Это потому что ты смазки слишком много налил, – пискляво ответил Тэхен, а затем откинул голову и простонал, когда Юнги попытался протолкнуть в него четвертый палец. Это было больно, но Юнги также сжал его член и потер пальцем головку, после чего Тэхен ему все простил. – Можешь думать так дальше, если хочешь, – Юнги вытащил пальцы, а после стянул и с себя футболку и потянулся к джинсам. И Тэхену нравилось, когда Юнги раздевался во время секса, потому что он делал это слишком редко. Потому что так казалось, что они становились еще ближе друг к другу, а еще Тэхен почти чувствовал, что Юнги открыт перед ним. Юнги ненадолго отстранился, чтобы достать презерватив и раскатать его по члену, а Тэхену хотелось одновременно развести ноги еще шире и потрогать себя, но он не стал, потому что, почему-то, думал, что Юнги точно этого не одобрит. – Это чтобы ты не боялся забеременеть, – Юнги ухмыльнулся, а после наклонился над Тэхеном так, чтобы между их лицами осталось всего несколько миллиметров пространства. Тэхен фыркнул, но ничего на это не ответил, потому что чувствовал горячее дыхание Юнги на своем лице, а еще то, как ему между ягодицы утыкался его член. Когда Юнги сделал первый толчок, то Тэхен нахмурился и всхлипнул, а после попытался расслабиться, потому что у Юнги был слишком большой, и это почти каждый раз было больно и странно. Но Тэхену все равно нравилось ощущение того, как его растягивало, а еще то, как Юнги упирался лбом ему в плечо и рвано дышал. – Тебе больно? – выдохнул Юнги и толкнулся еще раз, из-за чего Тэхен всхлипнул и поерзал под ним. Внутри все распирало, горело и стягивало, но ему все равно безумно хотелось, чтобы Юнги начал двигаться быстрее и грубее. Тэхен кивнул в ответ и отвернулся, а после застонал, когда Юнги начал двигать ладонью по члену, чуть сильнее сжимая у основания. Руки у Юнги были мозолистые и теплые, и от них Тэхен еще сильнее поерзал, а после вскрикнул, когда одновременно с этим Юнги начал толкаться быстрее, чем раньше. – Тшш, вот так, да, – прошептал Юнги, а после убрал волосы с лица Тэхена, чтобы посмотреть на него. – Хочешь быстрее? – Тэхен только кивнул и облизал губы, потому что ему хотелось, чтобы Юнги его поцеловал, но ему было слишком хорошо, чтобы говорить, поэтому он захныкал, надеясь, что Юнги как-нибудь сам догадается об этом. Когда он начал толкаться все быстрее и быстрее, Тэхен обхватил его ногами за пояс и зажмурился, чувствуя, как из-за слез слипаются ресницы, и Юнги потребовалось только сильнее сжать его член, чтобы он кончил, всхлипнув и сжавшись внутри. Юнги кончил почти сразу же за ним, грубо впиваясь пальцами ему в бедра.