Школа. Научи меня умирать

Первое, что я сделала, как только пришла домой — долго отмокала в ванной. Все тело ныло, поэтому пришлось закидаться двойной дозой таблеток. Закуталась в халат и юркнула под одеяло, голова трещала, и я прокляла всех, кто как-то связан с моей болью. Я быстро провалилась в беспокойный сон, мне казалось, что я задыхаюсь. Разбудила меня трель телефона, причем домашнего. Пришлось вставать. Спина страшно дергалась и ныла. Я задыхалась от жары, волосы прилипли ко лбу, и хотелось пить. Но я быстро, как могла, спустилась, чтобы поднять трубку. - Алло, - голос был ужасно трескучим и сухим, голова тяжелела. - Арон? – пробасил Ви. Внутри странно щелкнуло, потому что я думала о нем. - А, это ты… - Все хорошо? - Да, все нормально, а почему ты звонишь? - Ну, у тебя в телефонной книжке только три номера, и один из них твой домашний, извини… - Ничего уже не поделаешь, так что ты хотел? - Я не знаю… Может, просто услышать тебя? – его голос успокаивал. - Такое нельзя говорить… - Я же говорю это по телефону, между нами столько расстояния, так что можно я буду говорить что хочу? - Твое дело. Просто мне не удобно… Давай потом как-нибудь поболтаем, потому что… - Ладно, но мы обязательно поговорим, ясно? – он отключился, даже не дав мне ответить, что я ничего не обещала. Я молча проглотила ужин. Дядя смотрел на меня, но тоже молчал. Мы всегда молчим, и, слава богу, что никого из нас это не тяготит. Я объявила бойкот, сказав, что пока не буду ходить в школу по причине того, что в ней полно истеричек на один квадратный метр. Дядя обреченно вздохнул, но поцеловал меня и сказал, что я доведу его до седых волос. Я улыбнулась, взяла пакет конфет, заперлась в своей комнате и предалась неге безделья, которую я так люблю. Так я провалялась весь день. Телефон трезвонил, но отключив его, я снова обрела покой. Тэхён мне не поможет, да и лучше никого не подпускать к себе. Ближе к десяти раздалась пронзительная трель дверного колокольчика. Я выругалась и пожалела о том, что когда-то настояла на отказе от прислуги. Если бы это был дядя, то он бы открыл дверь сам. Как только я приблизилась к двери, то сердце неестественно часто застучало. Пришел Шуга. Сначала меня окутал шок, потому что сейчас он выглядел намного старше: потертые голубые джинсы с рванными дырками на коленях, темная кофта с большим вырезом, черное пальто и высокие черные кроссовки. Великолепен и в тоже время так отталкивает. Он был жутко напряжен, пепельно розовые волосы растрёпаны, от него несло алкоголем, а в руках бутылка чего-то янтарного и, наверняка, крепкого, костяшки рук разбиты. Я облизалась и посмотрела за его спину, машина была криво припаркована возле моего дома, значит, вел в нетрезвом состоянии. Что может быть лучше? - Я тебя нашел, - он улыбнулся как-то уж слишком нежно и трогательно, что внутри щелкнуло. - Не надо было, - я скрестила руки на груди, всем видом показывая, что впускать я его не собираюсь. Да, он вел машину, будучи пьяным, и он мог попасть в аварию, но это не должно волновать меня. Я не должна волноваться ещё о ком-то. Уже не мои проблемы, почему ему так стремно. - Ты не пришла в школу, и ммм... - он задумался, - тебя устроит ответ, что я пришел, чтобы занести домашнее задание? – он картинно развел руки. - Да, пожалуй, устроит, спасибо, все… - хотела закрыть дверь, но он ввалился внутрь так резко, что я поморщилась от его дыхания. Не розами, так сказать… - Ты должна угостить меня чаем, - он закрыл за собой дверь и принялся стаскивать обувь. - У тебя свой «чай», - он сунул бутылку мне и снял пальто. - Не будь букой, я замерз, - он огляделся. - Ты одна? – я кивнула, он хмыкнул. Мне все это не нравилось, но в тоже время волновало. Он меня сильно волновал, даже если бы я позволила ему уехать прямо сейчас, пьяным от меня… Шуга подошел ко мне, не разрывая зрительного контакта, выхватил бутылку и тут же направился наверх. - Ты куда? - В твою комнату, - ответил он, я потопала за ним. Он критично оглядел мои апартаменты, не заметив ничего примечательного; поставил бутылку на прикроватную тумбочку и плюхнулся на мою кровать. - Я не знаю, чего ты добиваешься, но это скоро станет… - Что именно? - Твое поведение! - Если я скажу, что мое желание — с тобой переспать, ты мне откажешь? – спросил он в потолок, я прикусила губу. Кровь прилила к лицу, я заволновалась. - Молчишь… - он взял мою подушку и уткнулся в неё носом. - Просто, я решил, что сильно хочу тебя, - он глубоко вдохнул мой запах, вообще, тут все пахло мной. Меня стало трясти, но я сжала кулаки. - Может, когда ты протрезвеешь, поговорим о том, что ты от меня хочешь, - он страдальчески посмотрел на меня. - Просто, я много думаю о тебе, это начинает меня раздражать. До бешенства, - он растрепал свои волосы. - Может, ты уйдешь и забудешь меня? - Я и так попытался затопить это в алкоголе, а в итоге захотел лишь сильнее, - он сел на кровати и подозвал меня пальцем. - Подойди ко мне, пожалуйста… - я подошла, он взял мою руку и прижал к своим губам. - Шуга, - он резко потянул на себя, я закрыла глаза. Он повел носом по моей щеке, я дернулась, но он прикусил шею. - Открой глаза, - сердце билось часто, а в уши словно ваты наложили, - открой, я сказал, - я открыла. - Отпусти меня, - попросила, но он ловко поменял положение и уселся верхом на мои бедра и сильно сжал мои ладони. - Нет, - он помотал головой. - Тебя кто-нибудь целовал? – он отпустил мои руки и расставил свои по обе стороны от моей головы, наклонился, и я заметила, что этот запах коньяка уже не так отвратно действует на меня, скорее, наоборот. - Как? - В губы… взасос? – я отрицательно помотала головой. Я уже почти расслабилась под ним, но это наше положение меня смущало. Шуга облизал свои губы и потянулся ко мне. - Тогда я буду первым, - он коснулся губ так невесомо, но я почувствовала терпкий вкус. Кровь снова прилила к лицу, и мне сразу стало жарко. Он целовал медленно, тягуче, но при этом я чувствовала, что он старается забрать из меня все живое. Я была ошарашена его таким поведением и тем, что не отталкиваю его. Сердце билось так сильно, что, наверное, он его услышал. Я прислушивалась к ощущениям внутри себя не более пары секунд. После сделала то, о чем пожалела. Я ответила и запустила пальцы в его волосы, тогда он стал смелее и напористее. Я не помню, когда мне было так хорошо в последний раз. Может, сегодня, когда я съела самую вкусную конфету? Нет, конечно, это ни в какое сравнение не идет с поцелуем, но было очень хорошо. Он положил руку мне на шею. Я вздрогнула, когда его пальцы дотронулись до моих ключиц. Во мне поселился страх. Я боялась, что Шуга потребует должок. Он целовал напористее, что уже сносило крышу. Я и не помнила ничего, наверняка, даже имя забыла. Думать о других вещах, когда он вот так прикасается ко мне - невозможно. Но тут раздался телефонный звонок. Шуга раздраженно оторвался от меня и со вздохом сел. Я лежала и хватала воздух. Звонить не переставали, поэтому я поднялась с кровати, голова кружилась от недавней эйфории. На ватных ногах добралась до телефона. Стараясь держать равновесие, я схватилась за телефонную трубку, как умирающая. - Алло? – мой голос был сиплым, таким, с каким болеют простудой. Я потрогала лоб, горячий. - Арон? – голос Ви был таким глубоким и низким, что я тут же смутилась, будто он и вправду видит меня. - Ви? - Тебя не было в школе… - он замолчал, а я ждала, что он скажет что-то ещё. Повисла неловкая тишина. - Да, я в курсе, - я прочистила горло и со свистом выдохнула, - так ты звонил, чтобы мне это сказать? - Вообще-то, Арон, я хоте… - но тут Шуга появился и выхватил трубку из моих ослабевших пальцев. - Эй, в чем твоя пробле… - Шуга зажал мой рот рукой и беспристрастно заговорил. - Думаю, это будет невозможно, - ответил он, видимо, на то, что говорил Ви. И наступила пауза. Меня охватила такая злость и обида, что я тут же отодрала его руку, но тогда Шуга просто сжал моё запястье. Сильно и безжалостно. - Это уже не твои дела. Ты испортил мне утро, я не позволю, чтобы ты испортил мой вечер. Не смей больше звонить сюда. - И положил трубку. - В чем твоя проблема? – с сарказмом спросила я, скривившись от того, что Шуга так же резко отпрянул от меня. Он смерил меня ледяным взглядом, всем видом показывая, какое я дерьмо. Его глаза были полны презрения, острые скулы то и дело поддергивались. Мои глаза остановились на его губах, немного распухших из-за поцелуя. Но сейчас между нами была самая тупейшая тишина. - Почему твой телефон у него? – с нечитаемым выражением лица спросил он. - Я должна перед тобой оправдываться? – как можно смелее спросила я, но голос надломился. Он давил меня своим приказным тоном, будто между нами ничего не значило произошедшее. А на что ты рассчитывала, идиотка? Я опустила голову, больше не в силах выносить его взгляд. Почему-то хотелось плакать. Я и не заметила, как Шуга оказался слишком близко. Настолько, что я могла дышать им. Я испытывала странные ощущения, когда почувствовала его одеколон. Холодными пальцами он поднял мою голову за подбородок. Наши лица были всего в паре сантиметров друг от друга. - Настанет время, и ты будешь обязана оправдываться передо мной, - ответил он и тут же отпустил меня. Уже не пьян. Он обулся, снял свое пальто с вешалки и вышел, а я ещё пару минут приходила в себя. Но потом глупое понимание озарило меня. Я коснулась своих истерзанных губ и усмехнулась, чтобы все-таки не заплакать. Он всего лишь хотел оставить последнее слово за собой. И уйти без объяснений и обязательств.