Ночь накануне Рождества

Эта история произошла давным-давно, в декабрьскую холодную ночь накануне Рождества на темной улочке у подземного перехода. Правда это была или ложь, судить вам. Тогда он впервые увидел ее и понял, что это она. Все говорили, что смерть красивая, но никто и никогда не видел ее лица, а он... Он, задыхаясь, бегом спустился по лестнице и столкнулся с ней. - Простите, - буркнул он, толкнув ее плечом, и поднял голову. Она стояла, не шелохнувшись, пряча лицо в капюшон и не смотрела на него. - Простите, - вновь повторил он и быстрым шагом вышел из подъезда. Он прошел переулком, свернув в маленький сквер и выйдя на освещенную фонарями дорогу, остановился, ища в кармане куртки спички. Вытащив пустой коробок и со злостью смял его в руке. - Черт! Снег вокруг него закружил вихрем и лег у ног небольшим сугробом. - Спички? - вдруг прозвучал голос у него над ухом, и он резко развернулся. Перед ним стоял солидного вида мужчина лет тридцати. Он был достаточно строго одет: длинный чёрный плащ, под ним виднелся пиджак такого же цвета, белая рубашка и красный галстук. Апофеозом всего этого являлась европейская шляпа на его голове. Неизвестно почему, но ему на ум пришла ассоциация с гангстерами 30-х годов прошлого столетия. Мужчина зажег спичку и протянул ее парню, тот прикурил сигарету и собрался было уже продолжить путь домой, как вдруг мужчина заговорил о погоде, и парень по неведомой ему причине поддержал беседу, напрочь забыв о том, что совершенно недавно, буквально полчаса назад, он зверски убил ни в чем не повинную девушку. Потом мужчина затронул тему политики, и их разговор затянулся еще на полчаса, а к концу беседы зашел о тех, кого с ними нет. И здесь мужчина неожиданно сказал, что хорошо знает и помнит его деда. На прощание он пожал ему руку, которая оказалась на редкость холодной и влажной, и спустился в подземный переход. Через несколько минут, когда парень уже был готов отправиться в сторону дома, его голову посетила тревожная мысль: его дед умер в 1989 году, то есть этот человек никак не мог знать, а уж тем более помнить его деда. И этот странный деловой костюм, как будто он из прошлого века... Парень попытался его окликнуть, как вдруг понял, что не знает его имени. И в ходе разговора он несколько раз называл его по имени, хотя он ему его не говорил. Неожиданно поднялся ветер, да такой силы, что пронизывал до костей, он чувствовал, что начинает замерзать, и если в ближайшее время не окажется дома, то умрет от переохлаждения... Парень поежился, но идти вслед за незнакомым мужчиной в подземку ему не хотелось. И вдруг он отчетливо вспомнил свое детство и деда... Он пришел с родителями навестить его в больницу. Это был старик, одинокий и, как ему тогда показалось, никому не нужный. Умирал он тяжело, все стонал и на койке метался. А дыхание было сиплое-сиплое, словно кто-то душил его. В той больнице для таких умирающих был выделен закуток: чтоб на глаза больным не попадались. Так вот, в этом темном закутке дед его медленно и умирал. Для него это было потрясением: никто из врачей не оказывал ему никакой помощи, не подходил, не смотрел, не проверял. Родители его выставили в коридор, а сами метнулись к врачам. А его словно что-то тянуло к этому страшному закутку. Он заглянул туда и увидел странную картину: дед сидел на койке, понуро свесив босые ноги. Спина согнута, глаза опущены к полу, а дыхание чистое и спокойное. От удивления мальчишка раскрыл рот и, не произнеся ни слова, побежал к маме сообщить радостную новость, что дед "ожил". Но когда они вернулись, то увидели его лежащим без движения на койке и поняли, что все кончено, дед умер. Его воспоминания прервали чьи-то тихие, шаркающие шаги, которые перерастали в звонкое цоканье каблучков, и вскоре из-за угла дома вышла женщина. - Какое сегодня число?- спросил он у нее, когда та поравнялась с ним. - Сегодня день твоего рождения, - ответила она и сняла капюшон. - Я иду домой, проводишь меня? У нее было такое чистое ангельское лицо и такие безумно красивые глаза, что он вдруг испугался, что она знает его страшную тайну, знает, кто он... - Пойдем, - позвала она его тихо и, взяв за рукав, маленькими шагами устремилась в сторону подземного перехода. Было похоже, что она плыла, а не шла по снегу, так как на нем не оставалось ее следов. Внутри него будто все перевернулось, ноги стали ватными и непослушными. И он подумал, что она его с кем-то спутала и что день рождения у него в мае, и зачем-то прошептал: «Господи, спаси и сохрани». Он плохо помнил тот момент, как оказался в подземке, но когда огляделся, то понял, что это вовсе и не подземка, а какая-то старая темная комната, готовая вот-вот развалиться на части, и на него навалился панический страх... Он дико закричал, рванулся в потемках к двери, наступая на чьи-то мертвые тела. Он бился о дверь, как дикий зверь бьется о клетку, ломая когти в кровь и срывая голос от страха. В какой-то момент ему показалось, что он слышит сзади странный звук, и словно кто-то дышит там, в темноте, тяжело, сипло и натужно. Его глаза уже привыкли к сумеркам, он резко оглянулся и увидел… деда, сидящего на койке и понуро свесившего босые ноги, а рядом та женщина, что заманила его в подземку. - Зачем ты убежал? Вернись! Вернись туда и помоги моей дочери, а если не вернешься, я тебя не отпущу, ты не выйдешь из этой подземки! Никогда не выйдешь, останешься здесь, и тебя никогда не найдут! Он понял, что выхода нет, и попытался ответить ей, но не смог сказать ни слова, только в мыслях у него пронеслось: "Хорошо, я вернусь, я помогу ей, только отпусти...". Очнулся он на улице. Упитанный санитар лупил его по щекам и, увидев, что жизнь к нему возвращается, радостно гоготнул и произнес: - Ну, ты даешь, парень. А он лежал на грязном снегу в мокрой нараспашку куртке... Сил не было, голова кружилась, но ему было так хорошо, как никогда в жизни. Он вдыхал в себя ночной влажный воздух и хотел только одного - жить. Попал он в больницу с сотрясением мозга. Как позже выяснилось следствием, его подругу Алиску кто-то зверски убил, выпотрошив словно куропатку, а его сильно ударили по голове, от чего парень отключился и пролежал без сознания у подъезда несколько часов. Но он-то знал правду, он знал, что девушку убил он и что у подъезда его никто не бил по голове, а он просто поскользнулся и ударился головой о бордюр. Ему снились кошмары, он проснулся около двух часов ночи в своей палате и почувствовал, что весь горит, в ушах шум... "Это я! Где я? Почему? За что? Я же ничего не сделал! Я же ни в чем не виноват! Я не хочу!" И сквозь нарастающую волну новых звуков, сквозь вой, плачь, хохот и вопли ужаса, чистый девичий голос пропел ему прямо в ухо: « - Здравствуй Костя, пора умереть...» Всем смеяться, барабанная дробь, занавес...