Тридевятая Школа или Ever After High: ученический обмен

Остаток дня прошел прескучно. К Кате я, по совету Айболита, не подходила, поэтому было абсолютно нечем заняться. У Артура свои дела, Валя тоже где-то гуляет. Весело. Сидела в комнате, читая книгу под названием «Не просто сказка». Там повествовалось о персонажах из разных стран, которых интервьюировали сами Рассказчики. Эти таинственные личности вызывают восхищение, ведь их присутствие в историях перманентно. «- Моя небылица до невероятности замечательна! — поделился с нами Безумный Шляпник. — Потому что никто не знает, какой чай я подам сегодня. О-хо-хо! — после этих слов нам налили по кружке душистого напитка.» «Капитан Крюк встретил нас взволнованно: — Якорь мне в желудок! Кто вы? — но все же ответил на пару вопросов, один из которых был: «Что вы думаете по поводу отрицательных персонажей?»: — Ничего хорошего. Некоторые из них не достойны называться настоящими злодеями. С ними нет смысла бороться. Это же скучно, медузу мне в ухо! Мачеха Золушки, к примеру, самая обычная женщина. Подумаешь, хочет, чтобы падчерица убиралась. Она ведь очень любит своих дочерей. Специально экономит, заставляя Золушку выполнять дела по дому. Этого персонажа вы зовёте отрицательным? Тьфу.» «Если мы заведём речь о Сладкой Ведьме, безусловно, вы вспомните Гензеля и Греталь. Вот что мы разузнали у гостеприимной колдуньи: — Положительные герои моей сказки ведут себя, как нахалы! Вы ведь уже видели их? Тогда и рассказывать нет смысла! Постоянно чумазые, эгоистичные, назойливые. А как конфеты вымогают! Запугивают, что доложат директору, как я пыталась их съесть помимо канона! Представляете? Я, может быть, всего лишь пошутила, какие у них аппетитные щечки… Эм… То есть, вы поняли, что имею ввиду. Джинджер, дочка, выпроводи гостей!» В комнате было так тихо, что слышала постукивание бесшумных часов на руке. Было уже восемь вечера, и я решила позвонить родителем. Как-никак на два месяца уезжаю. Достала зеркалофон и набрала номер мамы. Гудки были длинными и долгими. — Утро вечера мудренее. — раздалось в трубке, я закатила глаза. — Почему все еще не спишь? — Ма-ам?! — Истинные богатыри ложатся с заходом солнца. — Еще светло. Я звоню предупредить. — Что-то случилось? — голос мамы звучал, что говориться «как в сказке», но было не до этого. Объяснила все про отъезд, и она засуетилась. — Ты всё приготовила? — Да, мам. — Всё согласовала, всех предупредила? — Да, мам. — Кто-то еще едет с тобой? — Да, мам. — Кто? — Да, ма… Не знаю. — не изменив интонации, говорила я. — Узнай. — Да, мам. — Ох, лягушечка моя. — голос стал жалостливым. — Да, мам? — Я так волнуюсь, ты ведь будешь в другой школе, с другими людьми! — Да, мам. — Скажу папе. Ох! Ты же пропустишь День Наследия! — Да, мам. — Господи, как же быть?! Обязательно будь на связи, слышишь? — Да, мам. — Люблю, целую. Ложись спать. Как приедешь, позвони непременно! Поняла? — Да, мам. — Спокойной ночи, Светочка. — Да, мам. — дослушав, отключилась. Никогда не любила подобные разговоры. Вышла побродить по вечерним закоулкам школы. Заодно нужно было наточить стрелы. Последний раз делала это две недели назад, и все имеющиеся затупились. В кабинете профессора Лешего находились нужные инструменты. На подходе донесся смех. — Добавь еще вот этого! Ха-ха! А нас не спалят? — Да все будет путём! Тащи еще чего-нибудь! — голоса были девчачьими. Не без любопытства, вошла. Внутри находились дочь Пеппи длинный чулок — Полина — и дочь Гадкого утёнка — София (она была человеком и превращалась в птенца лебедя, время от времени). Девчонки резко прекратили, насколько понимаю, хулиганство. Загородили стол, на котором что-то усиленно дымилось. — Привет… — загадочно отозвались они. — Добрый вечер… — удержалась от протяжного «эм-м-м» и добавила: — Не обращайте на меня внимания. Девочки толкнули друг друга. Они были разного роста (Чулок меньше Утенка на пол головы) поэтому выглядели дуэтом Дяди Степы и Мальчика-С-Пальчика. Утрирую, но забавно. Направившись к столу для резки металла и дробления камня, (ух, как звучит, но на деле ничего страшнее железных нержавеющих табуреток на нем не строгали) попутно подхватила стул и села на него. Кабинет представлял собой кафедру профессора, правую секцию для экспериментов с ученическими партами и полками, на которых за закрытыми стеклами находились всякие реактивы, и левую секцию, где были различные токарные столы и швейные машины. В середине пространства стоял котел. Добавляя в него ингредиенты, Леший учил будущих колдуний и преподавал нам естествознание. Взяв наконечники стрел, начала затачивать их по бокам, водя по жесткой поверхности стола. Получалось не слишком тихо, но до все равно отчетливо различались смешки девчонок. Очередная тайна, которую было бы интересно разгадать. Сделав своё дело, пожелала разнопёрым подругам удачи. Они помахали руками, не отворачиваясь. Если честно, выглядело как «иди уже». Войдя в нашу с Валей комнату, опять осталась в одиночестве. Но, посмотрев на часы, все-таки расслабилась: этот бешеный день, наконец-то, подходил к концу. Не дожидаясь соседки, легла спать.

***

Солнце выступило из-за горизонта, даря всему живому первые лучики. Даже петухи не спешили кричать и наслаждались минутами умиротворения. В окно залетела ласточка и заверещала так, будто голодные коты резали когтями. По крайней мере, нам с Валей так показалось спросоня. — А? Что сывдб…слы…слушилос? — пробормотала Валя. Я тоже не сразу пришла в себя, поэтому пару секунд сидела на кровати в легком ступоре. Раскрыв глаза, сонно взглянула на птицу, наивно щебетавшую утреннюю мелодию. Мы с наследницей Алёнушки никак не могли привыкнуть, что иногда к нам могут залетать/забегать/заползать животные и будить. Из раза в раз выглядело это как внезапно начавшаяся пожарная сирена. Повалявшись немного в кровати, встала. Нужно было собрать чемодан в дорогу. Ну и, конечно же, взяла в руки зеркалофон проверить, что же Жарыныч успел написать с утра. «Доброе утро, дорогие Тридевятовцы! Ваш незаменимый корреспондент и некоторые ученики нашей школы отправляются сегодня в разные учебные заведения с миссией: обмен опытом и знаниями. Пожелайте нам удачи, пока оглашу список учеников, занесенных в свитки желающих. Без лишних подробностей, скажу официальные имена: Морозко, Змей-Горыныч, Пеппи длинный чулок, Хозяйка Медной горы, Трубадур, Оловянный Солдатик, Июнь, Июль, Август, сестрица Алёнушка, Царевна Лягушка, Василиса Микулишна, Один_из_Козлят, Айболит, Кощей Бессмертный, Гадкий Утёнок, Синюшка, Огневушка-Поскакушка. Извиняюсь, что данные взяты со сказок наших предков, но не обессудьте. Самой популярной среди школ на выбор, оказалось заведение Долго и Счастливо, в которое также направляюсь и я. Искренне ваш — Жарыныч». — «Да уж, » — подумала я. — «И вправду Катька не поедет…» Забросив в зеленый чемодан пару футболок, черные штаны, расческу, кофту, сапоги, зубную щетку, книжку, блокнот с карандашом, стрелы и лук, надела часы и кепку. Толкнула пару раз Валю. Зазвонил зеркалофон подруги. Решила, этого достаточно, чтобы разбудить её. Прилегла на кровать и прикрыла глаза. Всё-таки было где-то шесть часов утра. Посмотрела на лягушко-часы и снова закрыла глаза. Шесть часов сорок минут. — Да, Коль? — зевнула Валя, ответив на звонок. — Да, уже встаю. Хорошо. Хорошо. Давай. Скоро перезвоню. — подруга уселась на кровати: железные пружины страшно заскрипели. — Что бы взя-ать?! — не унималась зевать Валя. Заходила по комнате, что-то перетаскивая. Спустя минут десять, кровать заскрипела и уж тогда я открыла глаза. Соседка оделась и, держа у уха зеркалофон, смотрела в окно. — Мы собрались. Приходи. — сказала она в трубку и улыбнулась: — Готова? — Пошли. — пожала плечами я, закинув кровать пледом. — Нас сейчас Коля заберёт. — остановила она, указав на чемоданы. — Ладно, ждём. — произнесла и приняла скучающий вид. — Присядем на дорожку, что ли. — Точно! — подняв указательный палец вверх, соседка присела на чемодан. Пару секунд просидели молча, и решила спросить: — В Долго и Счастливо обещали дожди. Не забыла взять зонт? — Мы… Мы с Колей не в Долго и Счастливо едем… — зажала губы Валя и посмотрела на мою удивленную физиономию. — Ему нужно, чтобы в школе был уклон на магию. А там, вроде, на геройскую деятельность… Я… Я точно не знаю. Просто он очень хотел в Академию Волшебных существ… — она говорила, виновато опустив голову и рассматривая зеркалофон. — «Блеск.» — подумала я, посмотрев в потолок. — «Вот если Артур выдаст что-нибудь подобное, точно превращу его в скользкую жабу!» — Слушай. — не отводя взгляд с зеркалофона, соседка водила по нему указательным пальцем. — Ты ведь, по-любому, уже проштудировала новую статью Жарыныча… — Ну? — не то, чтобы я очень заинтересовалась, просто больше не о чем было разговаривать. — Только одна Эллен едет из всего их квадро-коллектива. — решила залезть в «СЛАВЯН-НЕТ» и по-быстрому перечитать: — Точно… — Вчера видела Мишель, выглядела она подавлено. — Я её тоже заприметила. Но мне показалось, что она лишь показывает характер, свойственный Несмеяне… — высказалась, и в нашу дверь постучали. — Заходи! — прикрикнула Валя. Вошел Коля, спортивный парень со снежно-белыми волосами. Одет в серо-черную одежду, что контрастировало с прической. Мы обменялись приветствиями, и он покатил чемоданы. Друзья весело переговаривались, пока шли из спального корпуса на улицу, а я задумчиво шагала позади и «вновь и вновь» перечитывала список учеников. Мне никак не давала покоя ситуация с четверкой модников. Эллен никогда бы не позволила себе уехать одной, минимум, с кем-нибудь из своих друзей. Может, это как то связано и с Катей? Нет… Слишком бредовое предположение… Наверно… Перед воротами в нашу школу уже стояли экипажи, но учеников собралась только половина. Все посматривали на часы в виде герба школы, висевшие над сверкающими воротами, и зевали. Хотя нет, не все. Полина и София выглядели бодро. — Привет, Царевна. — поприветствовала меня Мира. — Привет, Микулишна. — ответила тем же тоном и, пожелав Коле с Валей доброго пути, забрала чемодан и подошла к ней. Нет, нет, мы еще не отправлялись, просто уже перестала надеяться на память. Мало ли, забуду попрощаться, и вновь возникнет ссора на ровном месте. — Ты ведь в Долго и Счастливо? — поинтересовалась она. — Точно. — Ну, ладно. Не скучно хоть будет. — только Мира сказала это, как тут же нахмурилась, смотря куда-то позади меня — Только не она… Оглянулась. Подходила Эллен. На ней был кожаный зеленый пиджак, белая водолазка, болотного цвета леггинсы и туфли с приемлемого размера каблуком. Шла она, что называется, модельной походкой и настукивала что-то в зеркалофоне, волоча багаж. Увидев нас, (хотя, скорее всего лишь Миру) огрызнулась: — Не думала, что в Эвер Афтер принимают рабочий люд… — произнесла она и отвернулась. Еще немного покривлявшись, Мирослава, все-таки, успокоилась. — Надеюсь, нас посадят в разные кареты… — Надейся. — улыбнулась и посмотрела в сторону стоянки экипажей. — Там стоит две. Твои шансы достаточно малы. — Я её на дух не переношу. — Заметно. — Быть настолько самоуверенной хамкой… Ненавижу её. — бурчала Мира. Она была достаточно красивой девушкой, это я о Мирославе. Всегда с длинной косой, в какой-нибудь милой кофточке и, тем не менее, с очень даже мужественным характером. Я никогда не переставала удивляться её поведению, ведь сама являлась трусихой. По крайней мере, мне так всегда казалось. — Мира! — донеслось до нас снизу, Один_из_Козлят, козлёнок в круглых очках и с тихим характером. Как понимаю, единственный из семи прочитал больше одной книги… Гораздо больше. — Привет, Тимка! — присела Микулишна. — Поможешь мне с рюкзаком? — он указал на сумку, размером с него самого, которую тащил, волоча по земле. — Ну конечно. — всегда отзывчивая девушка, подхватила свой чемодан, и, поставив на него рюкзак козлёнка, покатила к экипажам. Тимка пошел следом, помахав мне рукой, мол «и тебе здравствуй». Я умилилась в ответ. Подъехала еще парочка карет. На каждой красовался логотип «Хрустальной Туфельки». Своеобразная реклама, даже раскручивать бренд не надо. Ниже находились гербы школ — туда направлялись кареты. В Долго и Счастливо, как уже упомянуто, выезжали две из них. Оглянувшись, продолжила ждать Артура. Через пару минут показался Жарыныч, одноглавый дракон с фигурой человека. О том, что он один из «Горынычей» напоминали когти на руках, чешуя, глаза с желтыми белками и красной радужкой, хвост и крылья. Дышать огнём не мог, если верить ему на слово, а своё антропоморфное телосложение комментировал как «недооборотень». Может, Дейв был прав, и магии у нас действительно не хватает? Жарыныч прошел мимо, не обратив ни на кого внимания. Посмотрела на свои часы. Уже пятнадцать минут, как стою здесь. Ребят начали запускать в кареты, поэтому ко мне подошел Иван Иваныч. — Ждешь Айболита? — посмотрев в свиток, спросил он. — Так точно. — последовал мой ответ. — А-а-а-а! — заверещал кто-то со стороны карет. Мы с учителем посмотрели в ту сторону. Валя стояла, облитая жижей. С крыши кареты выпало ведро с неизвестным содержимым… Минуточку… Снова эта шуточка? Опять козлята?! Но не могли же они встать так рано, при условии, что кареты подъехали утром. Что-то тут не так. Жижа слегка дымилась. Стоп-стоп-стоп. Вчера девчонки что-то варили в котле, и оно тоже дымилось… — ПОЛИНА! СОФИЯ! — крикнула я, увидев подхихикивающих девчонок. Спалились с поличным! Мгновенно прекратив хихикать, девчонки повернулись, уставившись на меня. Я подходила, и по их виду, поняла, что сделала вызывающе-пугающее выражение лица. — ВАШИХ РУК ДЕЛО? — мой ор услышали, наверное, все. Девчонки нахмурились. Еще бы! Так напакостить своим одноклассникам могут только… Только… Семеро козлят, лягушки-квакушки! — Царевна. — подбежал Иваныч. — Чего раскричалась? — Они… Это они пакостят нашей школе, Иван Иванович. Лично видела, как они что-то варили вчера вечером и пытались скрыть это! Честно! — учитель посмотрел на меня, затем на девчонок и вздохнул. — Верю тебе, Света, верю. — этот ответ сменил выражение лиц двух подружек на мстительное. — Приму к сведению, но они всё равно поедут по программе, документы не переписать за десять минут. — учитель удостоверился, что я успокоилась, и отошел, уведя с собой зачинщиц. — «Ну, что ж, одной тайной меньше. Одним… Двумя врагами больше, » — погрустнела. — Что я опять пропустил? — послышала голос Артура. Молча обняла его. Он, не говоря больше ни слова, помог с багажом.

***

С Валей всё в порядке, разве что, пришлось переодеться. Нас рассадили по каретам, я оказалась в одной с Артуром, Мирой и… Эллен. Внутри салона было не тесно и не громоздко. В самый раз для четырех человек. Поправка, для четырех человек, которые нормально друг к другу относятся. Мы еще даже не тронулись, а словарный запас пополнился минимум на парочку язвительных подколок. — Иди лучше домой, тётя. — вскинув рукой, произнесла Мира. — Сейчас кто-то еще хоть слово скажет, и будет до конца дней своих копать картошку на плантации. — Эллен подняла подбородок, показывая скверное отношение. — Кто-то сам сейчас станет плантацией выдранных волос. Артуру так надоели ядовитые фразы, что он достал наушники и сидел, уставившись в окно и слушая музыку. Положила голову на плечо друга, (ничего не подумайте, просто… Просто было жутко неудобно ложиться в другое место) изображала, что засыпаю. Насколько это слово приемлемо в подобной ситуации. — Не трогай волосы. Я утром потратила на прическу больше времени, чем ты на внешность за всё своё существование. То-то у тебя такие круги под глазами. — Слушай, не нуди. А не то даже косметика не скроет того, что я сделаю с твоим смазливым личиком. — Знаешь, я уже давно мечтаю о поездке вместе с тобой на море… — внезапно вставила Эллен. — Да? С чего бы это? Хочешь замазать меня кремом для загара до смерти? — Нет. Лишь представь: мы погружаемся в воду, а потом я тебя топлю. — мечтательно прикрыла глаза Эллен. — Слушай, твоя новая тоналка тебя абсолютно не красит… Вон, сколько морщинок, — указала Мира на лицо собеседницы, сменив тему. — А тебя твоя морда не красит. — Хотя бы поскромнее тебя буду! — Скромность украшает тех, кого вообще ничего не украшает. — проговорила Эллен и наша карета качнулась: мы поехали. Прощай, Тридевятка, здравствуй, Долго и Счастливо! — Ах ты, лохудра! Хочешь чувствовать себя звездой? Так почему бы тебе сразу не сесть на ёлку? Мы с Артуром одновременно вздохнули. День предстоял до-олгим…